Страница 368 из 708
«Даже если я в самом деле только о ней и думаю?»
«Это на здоровье, а вести себя надо солидно. Чтобы она не думала, что ты о ней думаешь. Вот когда станешь женихом, тогда можно будет бегать. А сейчас нечего баловать. Понял?»
«Нет».
«Да ну тебя!»
В этих спорах прошёл весь день, и если бы не Захребетник, к моей работе наверняка было бы много нареканий. Но допускать промашки Захребетник мне не позволял.
Ровно в шесть часов, быстро попрощавшись с коллегами, я выбежал из мастерской. Доху надевал на ходу.
«Несолидно это, – ворчал Захребетник. – Сейчас – ладно, никто не видит, а как к дому княжны подойдёшь, шагай спокойно, без спешки».
Наставления казались мне дурацкими. А приблизившись к дому княжны, я понял, что так думаю не я один.
Елизавета высматривала меня, стоя на крыльце. И, едва завидев, побежала мне навстречу.
Агнесса Леопольдовна смотрела ей вслед негодующим взором. Наверняка незадолго перед тем она наставляла Елизавету примерно так же, как Захребетник меня.
– Здравствуйте, Михаил Дмитриевич! – Елизавета остановилась передо мной.
– Мы ведь уже здоровались, Елизавета Фёдоровна.
– Ах, да. Верно. – Елизавета рассмеялась.
– Как прошёл ваш визит?
– О, просто замечательно! Сейчас я вам всё‑всё расскажу. Идёмте?
Мы пошли по дороге рядом. Елизавета принялась рассказывать. Прежде всего о том, как она волновалась. Она ведь впервые приехала сюда, если можно так выразиться, главой делегации. Обычно всем занимался дядюшка, а она, Юра и прочие просто его сопровождали.
Слово за слово, я выяснил, что делегация, приезжавшая в Гумешки полгода назад, была весьма многочисленна. В традиционной ежегодной поездке государя и его семейство сопровождало большое количество приближенных лиц. Присутствовали, к примеру, государыня – супруга Петра Алксеевича, вдовствующая государыня, их фрейлины, повар, лейб‑медик и масса других людей, не считая прислугу. Общим числом человек двадцать.
– А не было ли случайно среди этих людей господина Розенкранца? – небрежно осведомился я.
– Бабушкиного ювелира? Над которым сейчас идёт судебный процесс? – удивилась Елизавета. – Нет, ну что вы. Господин Розенкранц сюда никогда не приезжал.
«Облом, – прокомментировал Захребетник. – А жаль, красивая версия вытанцовывалась».
Елизавета вдруг остановилась и всплеснула руками.
– Постойте, Михаил Дмитриевич! А не вы ли тот Скуратов, благодаря которому Розенкранца арестовали?