Страница 330 из 708
Я вдруг понял, что Принцесса, в отличие от людей, с недавних пор начала разбирать, кто именно с ней разговаривает: Захребетник или я. И если меня собака готова была слушаться беспрекословно, то Захребетнику делала одолжение – лишь потому, что не хотела огорчать меня.
– А её обязательно с кем‑то оставлять? – удивился Горынин.
– Обязательно. – Захребетник был всё так же категоричен. – Пусечке нужна компания. И не абы какая, а подходящая! – Он внушительно поднял палец. – Оставлять её с кем попало я не могу, чтобы не нахваталась дурных манер.
Пока Горынин хлопал глазами, пытаясь сообразить, говорю ли я серьёзно или это такая шутка, Захребетник огорошил его новой идеей.
– Вот что. Отведи‑ка меня на Змеиную горку.
«Воспитанные люди говорят: „Отведи, пожалуйста“! – с негодованием вмешался я. – Горынин тебе не лакей и не извозчик, он вообще‑то старше меня по чину. Что ещё за горка такая? И что за странные капризы, почему ты не хочешь спуститься в шахту?»
«В шахту не хочу, потому что не время туда лезть, – непонятно ответил Захребетник. – Но сами они этого пока не чуят, нужно им показать. А что за горка, тебе твой Горыныч и без меня расскажет».
С этими словами он вернул управление мне.
– Никита, будь добр, отведи меня на Змеиную горку, – постарался исправить оплошность Захребетника я. – Я… э‑э‑э… много о ней слышал. А в шахту как‑нибудь в другой раз.
Горынин пожал плечами.
– Что ж, изволь. Только предупреждаю сразу: ты, вероятнее всего, будешь разочарован. На Змеиной горке и летом‑то ничего интересного нет. А уж зимой, когда всё снегом засыпано…
– Да всё в порядке, я не капризный, – улыбнулся я. – Далеко идти?
– Не очень. – Горынин показал рукой. – Во‑он тот холм, видишь? Это и есть она.
Холм, на который он показывал, на вид ничем не отличался от прочих заснеженных холмов, но я постарался изобразить воодушевление.
– Отлично! Идём скорее. А пока будем идти, можешь рассказать мне о заклинании, которым ты тропинку прокладывал?
Заклинание оказалось не самым простым. Больших затрат оно не требовало, но необходимо было одновременно насыщать катящийся снежок должным количеством энергии и мысленно прокладывать маршрут, по которому снежку нужно катиться.
Поначалу у меня совсем не получалось. Снежок то за несколько секунд превращался в огромный ком, пригибающий к земле деревья, то использовал каждое удобное мгновение, чтобы покатиться куда угодно, только не туда, куда нужно мне.
Горынин терпеливо поправлял, направлял и давал советы.
– Ты, верно, больше по боевой магии, – понимающе сказал он. – Привык с плеча рубить. А в таких заклинаниях сила не требуется, тут важны расчёт и умение сосредоточиться.
– Не поверишь, но в боевой магии тоже далеко не всегда требуется рубить с плеча, – вздохнул я. – А расчёт и сосредоточенность чрезвычайно важны. Честно говоря, я намеревался здесь, на ваших просторах, попрактиковаться. В Москве для этого на специальный полигон надо ездить, а тут вон сколько места.
Я посмотрел на проложенные моими экзерсисами траншеи и согнутые до земли деревья.
– Так тренируйся на здоровье, – улыбнулся Горынин. – Если хочешь, я могу стать твоим напарником. Глядишь, ещё что‑то подскажу. В академии я был отличником магической подготовки.
Я знал, что у сотрудников Горного ведомства есть своё высшее учебное заведение, академия, но это было всё, что я знал. О том, где эта академия находится, как туда попадают абитуриенты и откуда эти абитуриенты берутся, официальной информации либо не существовало, либо со мной не спешили ей делиться. А слухи ходили противоречивые.
Впрочем, как я всё более отчётливо понимал, Корш отправил меня сюда в числе прочего для сведения знакомства именно с Горным ведомством. И обо всём, что мне интересно, я рано или поздно узнаю.
Захребетник в отработку нового заклинания не вмешивался. То ли не хотел мне мешать, то ли сам такой магией, как у Горынина, не владел. Захребетник был горазд именно «рубить с плеча». Раскатать кого‑нибудь в блин – пожалуйста, а более тонкую работу он терпеть не мог.
Тем более необходимо осваивать всё самому! В прошлый раз мне едва удалось удержать Захребетника, чтобы оставил в живых Розенкранца. А в следующий раз не факт, что получится. От ценного свидетеля останется горстка пепла или груда костей, а Захребетник в обычной своей манере проворчит: «Скажите, какие мы нежные!»
Нет уж. Учить новые заклинания и совершенствовать старые я буду сам, Захребетника к этому процессу не допущу. Тем более что Горынин предложил свою помощь.
– Не спеши, – наставлял он меня. – Скорость исполнения любого заклинания приходит после, со временем. Когда уж ты и задумываться перестаёшь о том, как это делаешь. А пока нужно действовать пусть медленно, но точно. Ты должен прочертить линию и держать её в памяти. И снежный ком довести до того размера, который нужен, а далее не позволять ему расти. Понимаешь?
– Да понимать‑то понимаю…
– Пробуй, – ободрил Горынин. – В десятый раз всегда получается лучше, чем в первый, а в сотый – лучше, чем в десятый.
– Угу…
«Вижу цель! – влез Захребетник. – Верю в себя!»
И загоготал.
«Да отстань, – огрызнулся я. – И так‑то нелегко, а ещё ты под руку болтаешь!»
Я сосредоточился, припомнил всё, что говорил Горынин. И брошенный мной снежок наконец покатился в нужном направлении! С размером я немного перебрал, но всё же эта попытка была гораздо лучшее, чем все предыдущие.
Горынин выглядел не менее обрадованным, чем я.
– Ну вот! Отлично же! Пока передохни, а на обратном пути ещё потренируешься. Мы уж, кстати, и пришли. Вот она, Змеиная горка, осталось только подняться.
Мы принялись подниматься на холм.
– А расскажи о горке, – вспомнил я. – Чем она так знаменита?
Горынин усмехнулся.
– Ты же сказал, что много слышал.
– Ну, мало ли что я слышал. Слухи, которые до нас доходят, от того, что на самом деле есть, наверняка сильно отличаются, – выкрутился я. – Скажи, например, почему эта горка – Змеиная?
– Считается, что под ней живёт Великий Полоз.
Угу. Это, насколько я помню, тоже сказочный персонаж. Проблема в том, что больше не помню ничего.
– Ага, – глубокомысленно пробормотал я. – Считается? Или этот Полоз на самом деле там живёт?
Горынин пожал плечами.