Страница 163 из 708
Он перехватил управление и распахнул дверь. На пороге стоял невзрачный человек в сером, с совершенно не запоминающимся лицом. Однако Захребетник его тут же узнал, а следом за ним я.
«То самый! Который следил за нами под магической маскировкой!»
«Спокойно, Миша, я с ним разберусь».
– Добрый вечер, Михаил Дмитриевич, – серый человек низко поклонился. – Господин Гробовщик велел передать вам письмо.
Он протянул мне сложенный вдвое лист бумаги.
– Он просит вас обязательно прочитать его и немедленно дать ответ. От этого зависит жизнь одного важного для вас человека.
«Дядя! Эта сволочь взяла в заложники дядю!»
«Миша, спокойно, я сказал. Обещаю, с твоим дядей ничего не случится».
Захребетник взял письмо, развернул и пробежал взглядом по строчкам.
«Дорогой Михаил Дмитриевич! Вы меня весьма огорчили во время нашей последней встречи. В ответ на моё предложение, весьма щедрое и великодушное, вы грубо ответили отказом, да ещё и в крайне бесчестной форме. Будь я благородным человеком, то вынужден бы был вызвать вас на дуэль и убить. На ваше счастье, я всего лишь мещанин и держусь в первую очередь за выгоду, а не за глупые устаревшие понятия. Так что моё предложение всё ещё в силе, и сегодня мы решим наши разногласия. А чтобы вы бездумно не лезли в драку, я решил стимулировать ваш мыслительный процесс и пригласил в гости одного дорогого вам человека. Ему ничего не угрожает, если вы будете благоразумны, и он останется в живых, если сделка состоится. Не торопитесь, Михаил Дмитриевич, и не бросайтесь сломя голову решать всё силой. Обдумайте ситуацию хорошенько, а затем мой человек проводит вас ко мне. До скорой встречи!»
Меня аж передёрнуло от издевательского тона письма. Скотина! Ну, ничего, доберусь я до Гробовщика и с удовольствием задушу своими руками. Схвачу за горло и буду…
«Фу, как неэстетично! – Захребетник мысленно скривился. – Слишком много чести душить его лично. С подобными нечестивцами надо поступать по‑другому. Я покажу как».
– Что вы решили, Михаил Дмитриевич?
Серый человек снова подал голос, внимательно смотря на меня.
– Проводишь меня к Гробовщику, – бросил Захребетник. – Но сначала я допью чай. Жди!
Он захлопнул дверь, но к столу возвращаться даже не подумал. А вместо этого сходил в спальню, вытащил из комода револьвер и сунул за пояс под сюртук. Вдобавок он нацепил на нос «регента», словно обычное пенсне, и спокойно пошёл к двери.
– Веди, – бросил он серому человеку. – Надеюсь, мне не придётся идти пешком?
– Конечно, нет, – серый снова низко поклонился. – Путь неблизкий, и внизу вас ждут дрожки.
Экипаж пересёк город, освещённый редкими фонарями, проехал тёмные пригороды и выкатился под яркие звёзды ночного неба. Мы двигались куда‑то в сторону Баташевского сада, где я так и не сподобился побывать за время, проведённое в Туле. Не удалось этого сделать и на этот раз – дрожки свернули на боковую дорогу и повезли меня куда‑то на север, вдоль реки Тулицы.
Мы проехали ещё вёрст пять, пока из темноты не показалась тёмная махина то ли большого овина, то ли сарая‑переростка. Из‑под широких дверей которого выбивалась полоска света.
– Прошу вас, Михаил Дмитриевич, – серый человек остановил дрожки, спрыгнул на землю и сделал рукой приглашающий жест. – Господин Гробовщик ждёт вас.
В голосе серого мне послышалась издевательская насмешка – он был уверен, что я не вернусь после встречи с его хозяином. Ну, это мы ещё посмотрим. А вот серого в любом случае надо ликвидировать превентивно, чтобы не ударил в спину во время разборок с Гробовщиком.
«Согласен, так и сделаю», – кивнул Захребетник и, распахнув двери, вошёл в овин.
– Доброй ночи, Михаил Дмитриевич!
Гробовщик, стоявший у дальней стены, обернулся и расплылся в радостной улыбке.
– Как я рад, что вы приняли моё приглашение. А то вашему любезному другу было без вас очень и очень грустно.
Он сделал шаг в сторону, и мне открылось чудеснейшее зрелище. Привязанная к стулу Мария, она же репортёр Норд, с кляпом во рту. Девушка дёргалась, мычала и кидала гневные взгляды на Гробовщика.
«А, может, ну его? – Захребетник хохотнул. – Развернёмся и уйдём, пусть ему эта ненормальная остаётся. Пожалуй, я даже готов пощадить Гробовщика, если он увезёт её в таком виде куда подальше».
«Идея интересная, но он не согласится. Или доплату потребует огромную».
– Итак, Михаил Дмитриевич, готовы вы обменять то, что нужно мне, на жизнь вашей возлюбленной? Посмотрите, как она надеется на вашу помощь! – Гробовщик цокнул языком. – Умеете вы, Михаил Дмитриевич, выбирать девушек. До чего хорошенькая у вас подружка. Пожалуй, будь я помоложе, то попытался отбить её у вас.
Захребетник стоял, засунув руки в карманы, и слушал с безразличием деревянной колоды.
– Эй, – Гробовщик махнул рукой серому человеку, – убери‑ка нашу гостью, чтобы она не слышала лишнего.
Тот рысью подбежал к привязанной Марии, ухватился за спинку стула и выволок его из овина через боковую дверь. Та пыталась что‑то сказать и едва не сыпала искрами, бешено вращая глазами.
– Ну так что, Михаил Дмитриевич, – Гробовщик потёр ладони, – вы готовы отдать мне требуемое? Всё равно вы не знаете, как его использовать.
– Так уж и не знаю, – Захребетник усмехнулся. – Не считай других глупее себя, Гробовщик.
– Не смеши меня! – Гробовщик заржал, как конь. – Откуда тебе знать? Ты же, прости господи, всего лишь пацан без опыта. Я сам видел, как погасили твой родовой исток. Сколько силы у тебя осталось? Ещё пару раз плюнуть в меня огнём? Этого не хватит, чтобы победить меня. Уж поверь, я отправил в могилу не один десяток таких глупых мальчиков, как ты. Знаешь, почему меня называют Гробовщик? Потому что после встречи со мной хоронят в закрытом гробу, дабы не шокировать родственников.
– В закрытом гробу, значит? Какой пафос, какая экспрессия! Ты действительно хотел этим меня напугать? Меня! – Захребетник расхохотался. – Ты ещё глупее, чем я думал. Мало того что ты схватил девицу, не имеющую ко мне отношения, так ты ещё и не понимаешь, о чём говоришь. Древний дух, значит? Мёртвый колдун, который даст тебе силу? Выкинь книги, из которых ты это вычитал. Души нечестивцев не возвращаются из ада, никогда. Зато в мир живых могут приходить совсем другие гости. Догадываешься, какие?
Захребетник поднял руку, и его ладонь окуталась густым рыжим пламенем. Вязким и густым, словно смола.