Страница 146 из 708
«Да у них там гранаты не той системы. То ли дело самовар! Вот уж Зубов обрадуется».
«О, да! Второго такого любителя чая во всём городе не найти…»
За разговором с Захребетником как‑то и время незаметно прошло, и раздражение улеглось. Действительно, получается, что Мухин и Розалия, сами того не подозревая, сыграли мне на руку. А с жалобой я, надеюсь, быстро разберусь.
Дом мещанки Тихозапеваловой мне показали мальчишки, играющие в пыли на дороге. Домик небольшой, но опрятный, с огородом и палисадником.
Дверь открыла дородная женщина лет шестидесяти. Она посмотрела на мою форму и неуверенно спросила:
– Почта?
– Никак нет. Государева Коллегия Магической Безопасности. Я по поводу вашей жалобы относительно порчи, наведённой на кота.
– О… – удивилась Тихозапевалова. – Неужто письмо моё получили? Я уж новое писать собиралась.
– Получили, конечно. Почему же не получить?
– Ох, да вы бы знали, какой ротозей у нас почтальон! Вот буквально недавно, на прошлой неделе…
– Я здесь по поводу вашей жалобы, – пресёк дальнейшие разглагольствования я.
Тихозапевалова посмотрела на меня с недоумением.
– Так а для чего же вы ко мне пришли? Вы к соседке ступайте! Я и дом укажу. Вон тот, с резными ставнями и петухом на крыше. Видите?
– Вижу.
– Вот там она живёт! Злобу на меня давно уж затаила, ещё с Пасхи. Куличи у меня тогда удались – ух, хороши! Когда я в храм принесла святить, все соседи завидовали. А у неё тесто вовсе не поднялось. И, стало быть, с того самого дня…
– А порча‑то что из себя представляет? – снова перебил Тихозапевалову я.
Перевёл взгляд на кота, развалившегося на крыльце. Толстый, серый, с лоснящейся шерстью, он грелся на солнышке и на мой приход не отреагировал никак. Окатил презрительным взглядом и снова прикрыл глаза. Даже хвостом не шевельнул – не говоря уж о том, чтобы подвинуться.
– Кот, сколь я могу судить, жив, здоров и прекрасно себя чувствует?
– Ах, вы не понимаете! – Тихозапевалова, наклонившись, взяла кота на руки. – Вы только взгляните, какой красавец мой Базиль! Редкой породы, британский голубой. Я когда‑то прислуживала в одном богатом доме, хозяйка обожала породистых кошек. И в благодарность за службу разрешила мне взять одного котёночка. Я как чувствовала, что Базильчик принесёт мне удачу! – Тихозапевалова чмокнула Базильчика в лоснящуюся морду. Тот недовольно зажмурился, но стерпел – привык, видимо. – Котята получаются удивительно хорошенькими! К Базильчику даже из соседней губернии приезжают, он очень знаменит. И вдруг эта стерва наслала на Базильчика порчу. Ах, это всё от зависти, конечно.
– Да в чём порча‑то? – Я никак не мог взять в толк, что с котом не так.
Тихозапевалова вдруг порозовела. Что‑то пробормотала себе под нос.
– Будьте любезны, говорите внятно. Так что?
– Базильчику не понравилась кошечка.
– Э‑э‑э… Гхм. – Мне пришлось закашляться. – Вы имеете в виду, что он…
– Да‑да, именно это! Обычно Базильчик кидался на кошек, словно тигр. А в прошлый раз, да и в этот тоже… Он просто отвернулся – как будто никакой кошки рядом нет! Понимаете? Как будто ему всё безразлично. Когда кошка попробовала ластиться, Базильчик залез на шкаф и оттуда свысока наблюдал за её метаниями. Никогда прежде с ним такого не было! Что это, скажите, если не порча?
Захребетник гомерически ржал. Так, что в кои веки даже комментировать не мог. А мне приходилось сохранять серьёзный вид.
– Сколько лет назад, говорите, хозяйка подарила вам котёночка?
– Ох, дай бог памяти… Одиннадцать лет тому.
– Так и чего же вы хотите от бедного Базильчика? Он служил вам верой и правдой одиннадцать лет! Можно сказать, отдал всю свою мужскую силу. – Мне стоило немалых трудов сдерживать смех. – Но, увы, у всякой силы есть предел. Оставьте уже бедолагу в покое, дайте ему тихо и безмятежно встретить старость. Порча здесь ни при чём, уверяю вас.
Базильчик посмотрел на меня с благодарностью.
Вот бы все жалобы так разбирать! Только желательно ещё не мотаться при этом в Ямскую слободу…
На обратном пути я попросил Кузьму заехать на самоварный завод, но на проходной сказали, что управляющий уже ушёл. Посоветовали, чтобы застать, приходить в первой половине дня. Я пообещал, что так и сделаю, и велел Кузьме отвезти меня на почту.
Возвращаться в Коллегию смысла уже не было, а почта находилась неподалеку от новой квартиры. Из‑за суеты с переездами и прочим я несколько дней не проверял пришедшие на моё имя письма.
Доехали мы быстро, но едва я вышел из пролётки на мостовую, как на меня налетел разгневанный вихрь.
– Стойте!
Я обернулся. И вздохнул.
Ну, что тут сказать. Рано или поздно это должно было случиться. Ко мне приближалась Норд А., она же просто Мария. Лицо её пылало гневом.
– Вы негодяй, господин Скуратов! – объявила Мария и вскинула руку, чтобы влепить мне пощёчину.
Руку я перехватил. И вторую, в которой Мария несла увесистый ридикюль, на всякий случай тоже придержал.
– Вы меня обманули! Из‑за вас меня едва не забрали в участок!
– Совершенно не понимаю, причём тут я. Я вас вот уже неделю не видел.
– Всё вы прекрасно понимаете! Сыромятников никакой не марсианин. Из‑за того, что я следила за ним, меня чуть не…
– Не припоминаю, чтобы я просил вас следить за Сыромятниковым, – перебил я. – Напротив, я вам русским языком сказал, что этим занимается наш сотрудник. Что вам совершенно незачем…
– Ах, прекратите! – Мария топнула ножкой. – Вы разыграли меня, как глупую девчонку! Но не думайте, я этого так не оставлю! Я вас ещё выведу на чистую воду!
Она сердито вырвалась из моих рук и погрозила кулаком.
– Вы ещё пожалеете, что так со мной обошлись. Я доподлинно знаю, что вы не так просты, как кажетесь! Ни на миг с вас глаз не спущу, так и знайте!
С этими словами Мария развернулась и пошла прочь.