Страница 44 из 62
Марфа встретила Зиновия Шиманова в тот момент, когда он только устроился приказчиком в торгово-промышленное товарищество на паях «Ахметзян Сайдашев с сыновьями и Бакый Субаев». Она зашла в лавку купить колотого сахарку, а на кассе — он: улыбающийся, обходительный молодой человек, вежливый, внимательный и в работе проворный, что сразу было приметно. Марфе он приглянулся.
Ну какая женщина устоит, когда с ней обращается приятный на вид мужчина — ласково, с уважением, внимательно, уверенный в себе и вовсе не робкий? Да и глаза у него смотрели так, будто не существовало на свете никого более значимого и желанного, чем она сама. И Марфа, как сахар в горячем чае, мгновенно растаяла. Когда же молодой приказчик предложил встретиться, она охотно согласилась. Так и началось их знакомство.
Стали встречаться, прогуливаться под руку по тихим тенистым улицам. Ухажер однажды сводил Марфу в Панаевский театр, где на белом экране будто волшебством оживали люди и животные: пятнадцать движущихся сцен в секунду! Лошади мчались галопом, люди шевелились, будто настоящие, — чудо, которое завораживало и пугало одновременно.
Отношения сложились так, что близость стала лишь логичным продолжением романа. Все происходило с такой сладостью, с такой естественной гармонией, что казалось, эти двое созданы друг для друга. Месяц за месяцем, и каждый день был пропитан той легкой радостью, что бывает лишь в самом начале настоящей страсти.
Марфа решила, что Шиманов — мужчина достойный, задумалась о жизни с ним серьезно, строила в мыслях свое счастье. Но судьба, как водится, распорядилась иначе: он встретил другую и, не объяснившись, переметнулся к ней.
Не было громких скандалов, крики и слезы не потрясли улицы — вроде и не ругались. А все же радость улетучилась, оставив после себя лишь горечь, как это часто бывает в жизни: нежданная потеря приходит тихо, но ощущается остро.
В начале 1902 года Зиновий вдруг оженился, родив через год сына. Марфа уж и думать о нем позабыла, а он на тебе — приперся! Дескать, вот он я, принимай да уважение мне выказывай. Рубашки стирай, чаем пои.. И разрешения у нее даже не спросил: можно ли к тебе, удобно ли? И вообще одна ли ты? Может, у тебя кавалер какой-то имеется? Да еще сына своего годовалого с собой приволок зачем-то.
Верно, подгорело у него что-то крепко, коли дом бросил и на другой конец города подался к бабе, которую не столь давно сильно обидел. Походя так обидел, мимоходом, словно ноги о коврик вытер, да и пошел себе дальше, не оглядываясь..