Страница 71 из 76
Глава 24 Деза
Зоя снова спрятала глаза. Сергей ждал. Он понимал, как важно сейчас не допустить промашки, и думал о том, как так вышло, что предателем оказалась византийская принцесса. Наконец она заговорила:
— Всё было оговорено заранее, ещё там, в Константинополе. Угрозами меня заставили пообещать, что я буду шпионить. Дядюшка умеет убеждать — я хорошо знаю, — он слов на ветер не бросает. Но я ничего такого не передавала. Правда. Я ведь и в самом деле почти ничего не знаю. А от меня требовали, чтобы я вынюхивала активнее.
Сергей молчал. Открытие сбило его с толку. Если она не передавала секрет пороха — тогда кто? И вообще, она работала на василевса, а секрет ушёл к Владимиру. Как?
— Какие у тебя отношения с Доброгой? — спросил он.
Зоя подняла на него глаза. В них мелькнуло удивление.
— С Доброгой? Никаких. Видела несколько раз, он заходил к нам. Володя с ним на короткой ноге, для него Доброга вместо отца.
Сергей откинулся на табурете. Вот оно. Доброга — из дружины Мстислава, один из самых близких его людей. Володя вырос рядом, знал его с пелёнок. И если мальчишка в виду малолетства сболтнул лишнего — не со зла, не по глупости даже, а просто потому что доверял, — что с него взять? Он же не чуял в нём врага. Тот был ему как отец. А какие тайны при таких отношениях?
— Хорошо, — сказал Сергей. — Кто к тебе приходил, кроме этого? — он тоже посмотрел на трубку. — И как ты передавала информацию?
Зоя ответила сразу, без запинки, как отвечают на то, что давно решено:
— Кроме него — ещё двое. Один из ваших, сотник. Все зовут его Когтем, но я знаю его под именем Варда, друнгарий из гвардии дядюшки. Второй тоже здешний, я его иногда видела. Имени не знаю.
— Передавала как?
— Письменно. Либо отдавала этим, либо оставляла в условленном месте. Там, за окном, лавочка стоит. Между бревном и доской щель — вот туда совала. Оттуда же забирала инструкции.
Сергей слушал и понимал что это очень похоже на ту агентурную сеть, которую он мечтал построить в Константинополе, — с явками, донесениями, с человеком в высоких кругах, — всё это он видел сейчас перед собой. Только работала она не на них, а против них. И работала, судя по всему, неплохо.
Он только открыл рот, чтобы спросить ещё что-то, — но тут заревел ребенок, громко, требовательно, как умеют младенцы. Зоя тут же подхватилась, и разговор оборвался на полуслове.
В дверях показался Володя. Заглянул, встревоженный.
Сергей махнул ему — иду, мол, — и вышел.
— Что с ней? Как она? О чём вы говорили? — зачастил парень.
Сергей кивнул на лестницу:
— Пойдём вниз. Не будем мешать.
Спустились. Сергей сел за стол. Володя уселся напротив, не сводя с него глаз.
— Слушай, ты Доброгу давно видел? — спросил Сергей.
Володя пожал плечами:
— Да уже прилично. Точно не скажу, но наверное месяца полтора-два назад. Ты же сам знаешь.
— Ясно, — сказал Сергей. — А помнишь, о чём говорили?
Володя задумался:
— Да не особо. Так, ни о чём таком. Он интересовался, чему я научился, что нового узнал, что думаю дальше делать.
Сергей замолчал. Володя — пацан не глупый. Постоянно трётся среди промышленников: то у Магомеда в мастерской, то с Дроновым что-то обсуждает. На пароходе, на строительстве, подолгу торчит. Ну и вообще книжки читает, причём уже довольно серьёзные — пока не научная литература, но уже что-то около того. И вполне возможно, что в них он и мог наткнуться на тот же состав пороха. Да и вообще, просто пересказать что видел, что слышал, а Доброга уже сам сделал выводы. В общем, как возможная утечка информации Володя подходил на сто процентов. Только что с этим знанием делать?
Ответ на этот вопрос мог дать Владимир.
Сергей поднялся, посмотрел на Володю. Тот сидел напротив, встревоженный, и явно ждал объяснений. Но объяснять было нечего. Пока нечего.
— Не выходи пока из дома и не выпускай Зою.
Парень нахмурился, открыл было рот, чтобы переспросить или возмутиться, но Сергей сделал жест рукой, предупреждая возможные вопросы:
— Жди меня, — сказал он. — До моего прихода никуда. Усёк?
Володя кивнул. Сергей развернулся и вышел.
Первое, что он хотел сделать, — поставить охрану возле терема, но подумал, что не стоит. Одна часть его твердила, что надо хватать тех, кто причастен, тем более Зоя указывала на конкретных людей. Другая же часть советовала не торопиться.
Поднявшись в девятиэтажку, он зашёл в подъезд и сразу — в квартиру, где лечился Владимир. Князь спал. На кухне сидела Инга, на столе стоял термос, пара чашек, что-то в тарелке, накрытое полотенцем. Сергей спросил:
— Давно спит?
Девушка ответила:
— Да только уснул.
Сергей шагнул к дверям в комнату, заглянул, вернулся на кухню.
— Слушай, если разбужу — ничего не нарушу? Хуже ему не станет?
Инга пожала плечами:
— Ну, вообще не должно, по идее. Но, если что, я тебя предупреждала.
Сергей кивнул:
— Конечно, как скажешь. А пока прогуляйся, пожалуйста, минут тридцать. Думаю, у тебя есть дела.
Девушка заулыбалась: возможность уйти с поста представлялась нечасто, и вскоре за ней хлопнула входная дверь.
Сергей же пошёл к князю. Тот уже не спал — смотрел сквозь прищуренные веки.
— Симулируешь? — спросил Сергей.
Князь привстал на локтях, потом сел:
— Что это я симулирую? Совсем даже не симулирую, хотел подремать, а тут ты топаешь. Стряслось чего? Прибежал — лица на тебе нет.
Сергей пододвинул табурет, сел рядом, потом встал: эмоции переполняли его, и он принялся за рассказ, меряя комнату шагами. Говорил сбивчиво, перескакивая с одного на другое, но Владимир слушал не перебивая. Смотрел на него внимательно, чуть прищурившись, и по лицу было видно: удивлен.
Выслушав, Владимир покачал головой:
— О как… Неожиданно, однако. И ты думаешь, девчонка правду сказала?
Сергей остановился, развернулся:
— Скорее да, чем нет. Я бы на её месте врать не стал.
— Тогда всё ещё запутаннее, чем я думал. У тебя курить есть? — князь встал, поправил рубаху.
Сергей ответил:
— Есть. А тебе можно?
Владимир удивлённо посмотрел на него:
— А почему нет? Я что, какой-то не такой?
Сергей не стал объяснять про вред курения, тем более для ослабленного организма, и показал на дверь:
— Давай на кухне покурим. В подъезд-то тебе нельзя выходить.
Они прошли на кухню, сели за стол. Сергей поднял термос, побултыхал — он был почти полный — и спросил у князя:
— А может всё-таки чайку?