Страница 90 из 116
Ее бедро соскальзывает с моего, открывая мой полувозбужденный член. Одна ее рука ложится мне на щеку, а губы находят мои в медленном, влажном поцелуе. Ее дыхание мягкое и теплое. Она издает тихий стон, когда поцелуй углубляется, превращаясь в некое единение, сплетение душ и сердец. Ее вторая рука скользит по моему животу, пальцы лениво перебирают волоски и опускаются к члену. Она обхватывает меня ладонью и ласкает твердеющий ствол нежными пальцами, мягко поглаживая большим пальцем чувствительную головку.
Еще один тихий стон срывается с ее губ, когда я прихожу в полную боевую готовность в ее руках, словно одно лишь прикосновение к моему твердому члену доставляет ей удовольствие. И, боже мой, от этого мужчина чувствует себя настоящим властелином мира.
Я стону от ее прикосновений, беспомощно и инстинктивно толкаясь в ее руку.
— Блядь, Морган. То, как ты трогаешь меня. Боже.
В ответ она закидывает бедро мне на живот, обеими руками проводя по моей груди, наваливаясь на меня всем телом. Ее грудь упругая и теплая, соски упираются мне в ребра. Ее губы жадные, язык настойчивый, дыхание отчаянное, и время от времени сквозь зубы прорываются тихие всхлипы.
А потом она садится на меня верхом, ее киска прижимается к моему животу, трется об него. Она прикусывает мою нижнюю губу и рычит, как голодная тигрица. Ее бедра извиваются, а мой член – это ноющий, набухший железный прут, пульсирующий и обжигающий мой живот. Я чувствую, как ее киска трется об меня, а потом ее складочки скользят по моему стволу, и я невольно подаюсь бедрами вперед. Желание кончить внезапно становится таким всепоглощающим, мощным и отчаянным, что я едва могу связно мыслить. Я запускаю пальцы в ее волосы и целую ее со всей страстью, на которую способен, рыча от желания.
Я провожу руками вниз по ее спине, слегка царапая ногтями нежную кожу – ее позвоночник выгибается от моих прикосновений, а затем Морган подается вперед, трется промежностью о мой живот и снова прижимается к моему члену.
— Морган, — выдыхаю я, тяжело сглатывая и часто дыша. — Блядь. Я чертовски сильно тебя хочу.
— Ной, — шепчет она, задыхаясь от возбуждения.
Затем обвивает руками мою шею и утыкается лицом мне в грудь. Я чувствую, как ее бедра двигаются, прижимаются ко мне, ее влажная киска трется о мой живот, а потом я чувствую, как головка моего члена упирается в ее скользкое лоно. Она что-то бормочет мне в шею и всхлипывает, уткнувшись в мою ключицу…
С громким, протяжным криком Морган насаживается на мой член, заполняя свой пульсирующий канал моей ноющей плотью.
— НОЙ! — Это мольба, крик потрясенного удивления. — О боже. О боже. О… мой… бог.
Я даже говорить не могу. Я едва могу вдохнуть, чтобы издать стон в этом сокрушительном экстазе.
— Морган! — хриплю я. — О… блядь.
Ее губы впиваются в мои с такой внезапной яростью, что наши зубы сталкиваются, и она прикусывает губу. Она всхлипывает от боли, но всхлип сменяется стоном возбуждения, когда она скользит своей киской по моему члену, впуская его в себя сантиметр за сантиметром. Медленно. Намеренно. Она не может продолжать поцелуй, когда я вхожу в нее до упора. Морган лишь приоткрывает рот, дрожа и издавая отчаянные, пронзительные стоны.
— О боже. Ной. — Она впивается ногтями мне в плечи, извивается на мне, ее киска скользит по моему животу, насаживаясь на меня так глубоко, как только возможно. У меня болят яйца, я не могу дышать, не могу двигаться, не могу думать. — Твой член… — Морган всхлипывает мне в рот, качая головой, словно не может подобрать правильное слово. — Такой… чертовски… огромный!
В ответ я могу лишь хрипло застонать – в основном потому, что, выдохнув слово «огромный», она пропускает мой член через свой канал, замирает, оставив лишь головку между своими складками, а затем резко и с силой опускается на меня.
— Очерточерточерт! — как мантру повторяет она, пока я врываюсь в нее, а ее упругая, сочная, твердая, красивая задница шлепается о мои бедра. — Ной… Ной. О боже, Ной. Я сейчас снова кончу. Твой член – Ной, как же чертовски хорошо чувствовать его внутри.
Все мое существо настроено на нее. Ее слова, ее похвала, ее мольбы разрывают мне сердце и пронзают до глубины души. Мое тело – оголенный провод, искрящий и потрескивающий. Каждая мышца напряжена до предела, пока я сдерживаюсь – я потеряю контроль при первом же толчке. И дело не только в том, что я не хочу кончать так скоро, я просто не хочу напугать ее или причинить боль своей неистовой потребностью в ней.
У Морган, однако, другие планы.
— Ты нужен мне, — шипит она, снова зарываясь лицом в изгиб моей шеи. Ее слова звучат напряженно, резко и тихо. — Ной, пожалуйста. Ты мне нужен. Дай мне это, Ной. Мне нужен твой член. Мне нужно… черт, ты нужен мне.
Я сжимаю ее задницу и толкаюсь в нее.
— Я твой, детка. Чувствуешь меня? Я так глубоко в тебе, Морган.
Она качает головой.
— Не… недостаточно. Трахни меня, Ной… жестко. Возьми меня. Пожалуйста, боже, трахни меня, Ной, пожалуйста, трахни меня. Пожалуйста, Ной. Перестань сдерживаться. Перестань быть нежным. Перестань быть милым. Перестань быть заботливым и просто… просто трахни меня.
Со свирепым рыком я отбрасываю самоконтроль. Хватаю ее за бедра, приподнимаю и с силой насаживаю на свой член, одновременно толкаясь в нее. Морган впивается зубами в сухожилие на моей шее и кричит, как дикий зверь, вонзая ногти мне в грудь так глубоко, что потом останутся следы.
— ДА! — вопит она. — Еще!
Склонившись надо мной – ее черные волосы водопадом спадают на наши лица – она сжимает мои щеки и судорожно целует, прижимаясь дрожащими губами, задыхаясь и сплетаясь со мной языком, выпрямившись на коленях.
Я сжимаю в ладонях ее идеально округлые ягодицы, раздвигаю их, вхожу в нее, и мой член с влажным хлюпающим звуком заполняет ее. Наши тела соприкасаются, и она беззвучно вскрикивает, когда я вхожу в нее так глубоко, как только могу. Она подается мне навстречу, дрожащими руками обхватывает мое лицо, широко раскрывает рот, прижимаясь губами к моим губам, и мы дышим в унисон.
— Трогай себя, — рычу я. — Прямо сейчас, Морган.
— Да, Ной. Да. — Она подчиняется мгновенно: одна рука на моем затылке, другая ныряет между нашими слившимися телами, чтобы надавить на свой твердый клитор. — НОЙ!
— Кончи для меня, милая, — говорю я ей. — Кончи для меня. — Я толкаюсь вверх, отстраняюсь, толкаюсь снова, жестко, и остаюсь глубоко внутри. — Кончи для меня прямо сейчас, Морган. Обхвати мой член, пока я внутри тебя.