Дикая Сторона

Глава 29 РИС

— Что, чёрт возьми, это было? — выплёвываю я слова через весь кабинет Энтони, прежде чем дверь успевает захлопнуться за мной. По пути я прошёл мимо нескольких коллег, и хотя они вежливо поздоровались, они держались подальше благодаря массивной грозовой туче, нависшей над моей головой.

Энтони смотрит на меня поверх оправ своих очков в проволочной оправе. Он, как всегда, в костюме, и его голова выглядит свежевыбритой.

— Тоже рад тебя видеть, Рис.

Я даже не утруждаюсь сесть. Я слишком взвинчен.

Вместо этого я швыряю телефон на стол, хватаюсь за спинку стула и нависаю над его столом.

— Я пытался дозвониться до тебя. — Я киваю на свой телефон. — Странный сюжет «я-увёл-твою-девушку» с чересчур сексуальными намёками должен сгореть в аду. Я не буду играть в эту грёбаную игру, Энтони. Я рестлер, а не актёр мыльной оперы.

— Да, но ты выглядишь так, будто сам можешь стать им. — Он широко разводит руками, словно представляя себе заголовок. — Он украл его девушку, а теперь украдёт и его чемпионский пояс, — шутит он, явно не обращая внимания на мою ярость.

— Это всегда было «нет». Заканчивай это. — Я всегда настаивал, что не хочу таких сюжетов, и угрожал уйти, если они напишут мне такой. И я был достаточно востребован, чтобы это сходило с рук.

Пожилой мужчина откидывается в своём вращающемся кресле, смотря на меня поверх сложенных пальцев.

— Ты согласился на это, когда взял внезапный отпуск, чтобы жениться. Плюс, интернет гудит о том, что ты появился в том промо с сияющим новым обручальным кольцом на пальце.

Чёрт, мне следовало снять его. Это кольцо Тэбби. Не реквизит.

Но он не гнушается использовать мою личную жизнь в своём шоу.

Я скрежещу зубами от накатившего на меня чувства защиты. Я всегда знал, что Энтони мне не друг. Он бизнесмен, акула с долларовыми знаками в глазах, и я мог держать его на коротком поводке только потому, что он нуждался во мне больше, чем я в нём.

До того самого звонка. И я бы позвонил снова, но это не избавляет меня от желания оторвать ему голову.

— Отличный свадебный подарок, Тони, — выжимаю я сквозь зубы.

Этот придурок просто улыбается.

— Расслабься. Тебе же не нужно её трахать. Мы говорим о поцелуе, когда придёт время..

— Абсолютно нет. — Мои костяшки белеют, пока я вцепляюсь в стул.

— И разоблачение, но ты вернёшь себе чемпионство. Это выведет тебя на территорию полного детского фейса и даст Уиллу тот самый полный хил-тёрн, который мы ему так и хотим.

Шок лишает меня дара речи. Детское фейс означает, что он хочет сделать меня «хорошим парнем», а хил-тёрн Уилла означает «полностью плохим парнем». Лично я предпочитаю занимать среднюю позицию, но, похоже, мне такой вариант не предоставляют. Я сжимаюсь, когда смотрю на босса.

— Я этого не сделаю.

Он пожимает плечами.

— У тебя есть контракт, и ты дал словесное согласие. Ты слишком честен, чтобы сказать, что нет.

Чувство беспомощности пронзает меня. Это возвращает меня в детство. Переезды. Определение в новые семьи. Решения о моей жизни, когда у меня не было права голоса. Моя сила отнята.

Слова застревают у меня в горле. Годы, потраченные на работу в этой компании. Путешествия, потерянный сон, травмы, истощение, одиночество. И вот к чему это меня приводит.

— Эль не была против творческого направления, так что пришло время проглотить свою гордость и присоединиться.

Я усмехаюсь.

— Конечно, она не была против.

Последние два года я успешно отбивался от её ухаживаний за кулисами. Она — яркий пример человека, который точно знает, чего хочет от меня: стать моим партнёром в компании, чтобы вместе создать наследие в рестлинге. Быть привязанной к самому высокооплачиваемому и, возможно, самому популярному рестлеру в списке. Может быть, в этом мы подходим друг другу. Но меня она совершенно не привлекает.

Но больше всего я ей не доверяю, и это, возможно, самое неприятное из всего. Она ничего обо мне не знает, так что я, хоть убей, не могу понять, почему она преследует меня по каким-то поверхностным причинам.

Именно из-за этого дерьма я и остался одиноким.

Подобное дерьмо заставляет меня думать о Табите. Как ни странно, я ей доверяю. И от всей этой ситуации у меня щемит в груди от тоски по ней.

Она бы сейчас отчитала Энтони. Она бы за меня заступилась.

Эль знает, что мне это не понравится, но всё равно хочет это сделать.

— В понедельник вечером ты откроешь шоу, и пока ты будешь говорить, Джейк и Аксель набросятся на тебя сзади. Ты начнёшь уверенно, но потом всё быстро пойдёт наперекосяк. Эль выйдет с креслом и спасёт положение. В конце ты сделаешь что-нибудь милое и позволишь ей увести тебя. Тебе нужно получить разрешение жены или что-то в этом роде? — Последнюю фразу он произносит с усмешкой.

У меня сводит челюсти. Если бы я не был так зол, я бы рассмеялся. Потому что это до смешного глупо. Мне никогда не предлагали романтическую сюжетную линию, и я совершенно ясно дал понять, что она мне не нужна. По личным причинам и потому, что это не имеет особого смысла с моим характером горца-затворника.

В этот момент мой телефон загорается, и я вижу свой новый фон — селфи, которое Табита сделала, надев мою маску. Прямо под ним отображается текстовое уведомление от неё.

Свет привлекает внимание Энтони.

— Тэбби? Она милая.

Что-то во мне рычит на него за использование её прозвища. Это кажется слишком личным, и мне это категорически не нравится.

— Её зовут Табита, не то чтобы тебе нужно было знать. Потому что ты? Ты будешь держать имя моей жены подальше от своего грёбаного рта.

Мой босс поднимает брови, словно и развлечён, и удивлён, оказавшись на принимающей стороне моей ярости.

— Мне остались недели до возвращения моего титула на крупнейшем событии года, а ты хочешь, чтобы меня «спасла» моя поддельная девушка после того, как два второсортных громилы нападут на меня? — Слово поддельная звучит на моих губах куда правдивее, чем когда-либо в отношении Табиты.

— Мы остановились на жене. Вы тайно поженились. Тайная любовь. Спешка к алтарю, пока Уилл не остановил вас. Такова история. Так что не забывай носить кольцо.

Нож, который он вонзил мне в живот, проворачивается.

— Это чертовски нелепо! Зрители никогда не купятся на это. — Мой гнев вспыхивает, и гнев Энтони тоже.

Он резко вскакивает, кулаком ударяя по столу. Он известен как мудак и крикун, но его вспышки обходили меня стороной. До сих пор.