Страница 15 из 118
Я снова и снова прочищаю горло, пытаясь проглотить слова. Я не хочу произносить их вслух даже в пустой комнате, не говоря уже о том, чтобы смотреть в глаза Майло и говорить их ему. От этой мысли у меня перехватывает дыхание и сводит желудок. И пока я пытаюсь придумать, что сказать в ответ, моё сердце бешено колотится.
Рис снова сжимает мою руку. И мне хочется ударить его за то, что он знает, что мне именно это и нужно. Я не хочу, чтобы он был так привязан ко мне. Я хочу, чтобы он исчез.
Но прежде чем я успеваю отреагировать, он задаёт свой вопрос.
— Можете привести пример, как бы вы это сказали?
Трикси кивает, и я тяжело вздыхаю, а затем сбрасываю его руку со своего колена. Я бы предпочла, чтобы меня не утешал мужчина, который собирается забрать у меня ребёнка моей покойной сестры.
— Я бы снова применила трёхэтапный подход. Отвечай на эти вопросы по очереди. — Она поднимает три пальца, а затем опускает один и продолжает говорить. — Твоя мама умерла, и это значит, что ты больше никогда её не увидишь. Это нормально — грустить, и это нормально — испытывать сильные чувства по этому поводу.
У меня щиплет в глазах, когда она опускает ещё один палец.
— Ты в безопасности, и тебя любят.
Интересно, нужно ли это слышать Майло или мне самой.
— И в конце ты добавишь что-то вроде: «Вот кто будет о тебе заботиться». — Трикси многозначительно смотрит на нас, приподняв бровь, и я чувствую себя так, будто взяла тайм-аут. — Твоя мама сейчас не сможет о тебе заботиться, но мы сможем.
Я не упускаю из виду слова, на которых она делает акцент. Она говорит об этом так непринуждённо, так очевидно, но я знаю, что на практике всё будет совсем не так.
— Тогда я бы сказала ему, что ты будешь рядом и поговоришь с ним о его маме, когда он захочет. — Она просто пожимает плечами, как будто это не самый ужасный разговор в моей жизни.
Я сжимаю губы в тонкую линию и быстро киваю, как будто это компенсирует отсутствие слов. Рис неподвижно сидит рядом со мной, и на экране его трудно разглядеть, но он выглядит застывшим. Как статуя.
Когда я смотрю на него вживую, он выглядит ещё хуже. Бледный и неподвижный. Ему явно нездоровится.
И впервые с тех пор, как жизнь столкнула нас друг с другом.. Мне его жаль.