Страница 36 из 77
— Прошлый «я» курил, пил и издевался над людьми. Я же, как сама могла заметить, веду здоровый образ жизни, — произнёс я. — Он не знал, как лечить людей, а я — знаю. И хочу дальше следовать этому пути.
— Погоди.. Допустим.. — заикнулась она. — Допустим, это и вправду возможно. Но у меня в голове не укладывается, как ты тогда сменил имя и стал врачом?
— Я купил эти документы, — честно признался. И это — самое опасное признание. — Когда вышел из тюрьмы, меня не покидало ощущение, что я должен лечить. Что это единственное, чем я могу заниматься. И я благодарю судьбу за то, что эти изменения во мне произошли.
Лена замолчала. Я понимал, что внутри неё идёт страшная борьба. С одной стороны — образ человека, который навредил её родственнику. Бандит. С другой — человек, которому она долгое время доверяла. Тот, кто взялся спасать людей в Тиховолжске. Врач.
— Зачем ты мне всё это рассказал? — наконец заговорила она. — Неужели ты не понимаешь, что я могу прямо сейчас пойти в полицию?
— Прекрасно понимаю. И не стану тебя останавливать. Если ты считаешь, что это правильно — поступай как знаешь, — кивнул я. — А касаемо твоего брата.. Дело в том, что до этого момента я даже не помнил о нём. Большая часть моих старых воспоминаний исчезла. Знаю, что в это трудно поверить, но это так. Однако я готов помочь твоему брату, чем смогу. Если «прошлый я» и в самом деле навредил ему.
— Знаешь, что самое страшное? — не дожидаясь, когда я закончу, снова заговорила Лена. — Я ведь весь вечер сидела и надеялась, что ты найдёшь какое-нибудь оправдание. Что ты скажешь, будто на самом деле это был не ты. Или тебя кто-то заставил. Мне очень не хотелось.. всё это терять.
Я понял, что на самом деле она собиралась сказать: «не хотелось терять тебя», но не решилась произнести это вслух.
— Так что скажешь? Каково твоё финальное решение? — решил подвести итог я.
— Я не могу обещать, что уже завтра забуду то, что видела три года назад, — вздохнула она. — И уж тем более не могу сказать точно, правду ты сказал или навешал мне лапши на уши. Но одно могу сказать точно. Сейчас я не вижу в тебе человека, который заслуживает тюрьмы. И я тебе верю.
Она как-то неловко, всего на мгновение коснулась моей ладони. А затем тут же отпрянула. Но напряжение между нами окончательно спало.
— Значит, мир? — улыбнулся я.
— Выходит, что так, — она тоже попыталась улыбнуться, но ей всё ещё было тяжело оставить старые мысли — это я понимал. Тут поможет только время.
Лена ушла на кухню, чтобы поставить чайник. Но на деле ей просто нужно было побыть одной.
Что ж.. Эта ситуация была неизбежна, неприятна, но я снова победил. Даже без системы я понимаю, что скоро всё наладится и сдавать она меня не станет.
Стоило мне подумать про нейроинтерфейс, как перед глазами сразу же всплыло сообщение.
/Перезагрузка приостановлена. Совместимость с объектом «Лена» увеличена до 75%. Внимание: обнаружен критический уровень эмоционального напряжения. Рекомендуется отдых для продолжения перезагрузки/
Ой, а то я не знаю! Очнулась, наконец. На этот раз и без системы справился. Прошёлся, можно сказать, по лезвию ножа. Одна неправильная фраза — и весь разговор бы провалился.
Стоит это учесть на будущее. Я слишком привык использовать бесконечный ресурс того интерфейса, что был у меня в прошлой жизни. Здесь так не получится. Нужно иногда себя ограничивать. В любой ситуации, где можно решить проблему своими силами, лучше интерфейс не включать. Экономить энергию.
Так или иначе, всё, что произошло — к лучшему! Сегодня я разобрал огромный пласт дел и экстренных ситуаций, а также получил пару важных уроков для самого себя.
Теперь уж точно пора на заслуженный отдых.
* * *
Утро тридцатого апреля началось с хороших новостей от моей системы. Стоило мне зайти в больницу, как появилось сообщение:
/Система перезагружена. Текущий уровень совместимости: 35%. Примечание: экстремальное психоэмоциональное напряжение в фазе адаптации привело к ускоренной синхронизации нейронных связей/
Ничего себе! А это серьёзный скачок вперёд. Таким макаром я за пару месяцев уж точно доберусь до своей изначальной позиции. Добью эти сто процентов.
Надо будет ещё побольше узнать про эти «места силы». Может, хоть пойму, откуда они тут появляются.
Войдя в кабинет, я обнаружил, что Полины на месте ещё нет. А вот это странно. Уж кто-кто, а моя медсестра никогда не опаздывает. Мне иногда кажется, что она ночует в поликлинике.
— Алексей Сергеевич, простите, — стоило мне о ней вспомнить, как в кабинет влетела сама Полина. На ходу поправила локон выбившихся волос и приступила к отчёту. — С утра проходила планёрка. Устраивали разнос.
В этом вся Полина. Даже о разносе говорит так безэмоционально, будто мы цифры в отчёте обсуждаем.
— Ничего страшного, Полина. Отдышись хоть немного, — предложил я. — Перед праздниками всегда чёрт знает что происходит. Но сегодня сможем выдохнуть. Пациентов будет немного.
— Так вы не в курсе? — прищурилась Полина. — Я как раз хотела вам напомнить, что утвердили график на майские праздники. Вы ведь знаете, что у вас там куча дежурств?
— Капитанов предупреждал, — я кивнул. — Послезавтра заступаю.
— В том-то и дело, что эта информация уже устарела. Всё поменяли только что. Бахаев вчера.. Ну, в общем, вы сами догадываетесь, что он вчера сделал. Решил заранее отпраздновать майские. Его отстранили от дежурств в дни праздников. Так что, Алексей Сергеевич, вы остаётесь сегодня. В ночь с тридцатого на первое.
— Да ладно? — вздохнул я. — Ну молодцы, что тут сказать! До дежурства меньше суток, а я узнаю об этом только сейчас. Хоть бы позвонил кто!
— Смена с восьми вечера и до восьми утра. Потом.. — она сверилась со своим блокнотом, — третьего числа у вас дневное дежурство, и ещё в ночь с десятого на одиннадцатое.
Я с трудом сдержался, чтобы не присвистнуть на весь кабинет.
Ночь перед праздником будет не менее «весёлой», чем окончание Первомая. Учитывая, что в Тиховолжске очень уж много любителей отравиться алкоголем, чувствую, ночка будет что надо.
Да и тех же панкреатитов, скорее всего, будет выше крыши. Сейчас начнутся шашлыки. А жирное, жареное мясо редко доводит до добра. Каким бы вкусным оно ни было.
— Ну, ничего страшного, — подытожил я. — Отстреляюсь как-нибудь. А с кем я там сегодня дежурю? Кто терапевт?
— Андрей Александрович Жаров, — ответила Полина.
— Ну тогда вообще никаких проблем. С доктором Жаровым дежурить — одно удовольствие, — заключил я.