Чокнуться можно. Том 2

Глава 11

Ситуация — хуже не придумаешь. Но пока что шах и мат мне не поставили. Скорее уж это пат. Казалось бы, безысходность, стечение обстоятельств, из которых уже не выбраться.

Я давно понял, что мой предшественник чем-то здорово насолил Лене и долгое время старался изо всех сил изменить её отношение ко мне.

Но на самом деле в её памяти была заложена бомба замедленного действия. Рано или поздно она бы вспомнила, кто я такой.

И в каком-то смысле я ждал этого момента. Сейчас Лена — потенциально опасный для меня человек. И я держал её рядом с собой не только потому, что испытываю к ней симпатию. Другая причина — её воспоминания о Борзове. Человеке, в теле которого я оказался.

Был существенный риск, что она могла вспомнить об этом вдали от меня и сразу же доложить в полицию, что местный психиатр Алексей Астахов пользуется чужими документами.

Поэтому это и вправду хорошо, что всё вскрылось именно сейчас. Когда мы в одной квартире, вдвоём. Я всё ещё могу повернуть ситуацию в нужную мне сторону.

А точнее — в нужную нам обоим.

Система по-прежнему не отвечала. Перезагрузка ещё не закончилась. Для полного завершения процесса мне нужно выспаться. Возможно, ей хватит сил выдать хоть какую-нибудь информацию, но пока что я лучше сэкономлю энергию.

Пока что у меня нет ни графиков пульса Лены, ни анализа её микромимики, ни подсказок о том, какую стратегию выбрать. Сейчас я один на один с девушкой, которая меня боится.

И в то же время чётко знаю, что из-за этого страха у неё в голове зреет внутренний конфликт. Ведь она знает меня как другого человека.

Я решил промолчать. Выслушать, что скажет она.

И Лена заговорила:

— Ты не Астахов, — она помотала головой. — У тебя была другая фамилия. Я это точно знаю. То ли Бодров.. То ли..

— Борзов, — я сам дал ей подсказку. И тем самым показал, что готов к беседе.

Затем присел напротив неё. Старался не делать резких движений, чтобы не напугать её ещё сильнее. Эх, и до чего же я всё-таки «везучий». Среди всех девушек, которых я успел встретить в новом мире, мне понравилась именно та, которая уже однажды видела истинную сущность моего предшественника.

— Мой брат, Кирилл.. — продолжила она. — Кирилл задолжал кому-то денег три года назад. Не так уж и много на самом деле. Но он — человек упёртый. Отказался возвращать какую-то мелочь. В итоге за ним пришли. И поколотили. Я лишь краем глаза видела, что тогда происходило. Но готова поклясться, что ты был среди этих людей.

Она подняла взгляд. Всё ещё надеялась, что я придумаю какую-то отмазку, которая убедит её в обратном и всё снова станет хорошо. Но мы оба понимали, что это невозможно.

И самое главное — я не хотел больше врать ей. От этого станет только хуже. Если она поймёт, что мне нельзя доверять, то сразу же уйдёт, и на следующий день я отправлюсь назад в тюрьму. Такая перспектива меня совсем не устраивает.

— Помню, что именно ты велел избить Кирилла. И просил, чтобы били его не по лицу. Я видела тебя в окно, — заключила она. — Скажешь, что я неправа?

Глубоко внутри меня колыхнулось нечто чужеродное. Видимо, её история подействовала на подсознание, и в нём пробудились отголоски того самого Борзова. Души его уже нет, но многие физиологические признаки остались.

Ага, очень вовремя. Я тут же попытался погасить эту вспышку и продолжил разговор, который до этого был скорее монологом Лены.

— Ты права. Спорить не стану, — спокойно, но твёрдо сказал я. — Мне не хотелось, чтобы ты узнала правду. Но всё так и есть. Человек, которого ты сейчас видишь, когда-то был Борзовым. Тем самым, который навредил твоему брату. Однако ситуация гораздо сложнее, чем ты думаешь.

Она вздрогнула. Мои слова напугали её так, будто я вскочил и попытался её ударить. Теперь настал самый сложный этап. Я должен доходчиво ей объяснить, что случилось на самом деле.

И объяснить так, чтобы после этого она не сдала меня полиции. Насчёт того, сможем ли мы и дальше общаться, как прежде, я не уверен. Но попытаюсь выйти из этой ситуации победителем.

Проблема только в том, что в историю про переселенца из будущего она точно не поверит. Вот тогда она гарантированно меня сдаст. Только окажусь я уже не в тюрьме, а в психушке. Да уж, вот так ироничный финал!

Придумать про брата-близнеца? Нет, тоже сомнительный вариант.

Стоп.. Точно! Я могу сказать ей половину правды. Это — единственный выход. Стандартный приём. Ложь, смешанная с правдой, часто убеждает людей лучше чистой лжи или чистой правды.

Тем более эта самая ложь будет во благо.

— Посмотри на меня, — попросил я и указал руками на своё лицо. Хотел, чтобы мы пересеклись взглядами. Так будет проще наладить хоть какой-то доверительный контакт. — Внимательнее. И хорошо всё обдумай. Ты ведь знаешь меня уже не один день. Скажи, я и в самом деле похож на того человека, который навредил твоему брату? И я сейчас не про внешность, как ты могла понять.

— Я поняла, что ты имеешь в виду, — коротко кивнула она. — Хочешь сказать, что ты изменился. Но люди так быстро не меняются, Алексей.. или как там тебя звать на самом деле? — Лена тяжело вздохнула. — Это невозможно.

— В психиатрии есть такой термин — психогенная фуга. Слышала что-нибудь об этом? — поинтересовался я.

Лена помотала головой.

— Иначе этот диагноз называется радикальной трансформацией личности. Как правило, это происходит после тяжёлой травмы. С прежним мной кое-что случилось. И в каком-то смысле.. — я сделал паузу, чтобы подобрать верные слова, — Борзов не вышел из тюрьмы. Его личность там и умерла.

И это правда. Про фугу я, конечно, солгал. Но по сути перемещение из будущего вполне можно назвать таким диагнозом. Почему бы и нет?

— Подожди, — нахмурилась она. — Ты это серьёзно? Или просто пытаешься..

— Я сейчас абсолютно серьёзен, — спокойно произнёс я. — И откровенен с тобой. Не знаю, веришь ты мне или нет, но это так. То, что было в моей голове, вся эта жестокость, жадность, тупость.. Всё сгорело. Ничего не осталось. И на том месте возник другой человек. Называй это как хочешь. Можешь считать вторым шансом, магическим чудом или исключением из всех медицинских правил. Но я — не он.

Я встал и начал медленно расхаживать по комнате из стороны в сторону. Почему-то интуитивно мне захотелось повторить за Володиным, который постоянно так делал на крупных планёрках. Многих людей такой жест заставляет думать, что человек предельно уверен в том, что говорит.

И мне придётся использовать все возможные способы, чтобы повысить вероятность убеждения.