Страница 12 из 16
– Альфа, конечно. Он специально выбрал это место. Они все скоро умрут. Все начнется здесь. Придет снегопад, и все изменится. Пойдет как лавина. Вам не остановить лавину. Тебе повезет, наверное: тебя он оставит себе. Остальных соберут как урожай… – Он глубоко вдохнул носом, раздувая ноздри, запрокинул голову, будто жадно пил запах. – Но ты… ты пахнешь хорошо… – Его глаза расширились вдруг, словно он что-то понял, отсутствующий взгляд сделался возбужденным. – Твой запах! У тебя кровь, которую он ищет!
Он бросился на решетку, и Хизер инстинктивно отступила.
– Где оно?! Оно должно быть у него! – Он потянулся к Хизер, брызгая слюной. – Кощеево сокровище! Где этот вор его спрятал?! Где?!
Тут Хизер поняла, что для одного дня безумной хрени достаточно, развернулась и ушла. Чокнутый продолжал кричать ей вслед, но она не обернулась, так и шагала, мысленно костеря чертовых медведей и сумасшедших.
Агенты Старк и Мошер приехали в Коппер Лейк еще до заката. Найти больницу не составило труда: она оказалась одним из самых больших зданий в городке. Предъявив подставные удостоверения, которых у них было много на разные случаи, агенты зашли, взяли образцы и удалились.
– Ну и дыра, – пробормотал Старк, когда они оказались снаружи. Лило беспощадно, прогноз погоды говорил, что скоро ливень превратится в снег. От долгой поездки в «Субурбане» у Старка заныло колено – старая рана, получил, когда гнался за тупым бигфутом. Он отцепил от пальто бейджик Центра по контролю и профилактике заболеваний, сунул обратно в карман.
– Ну как, – отозвался Мошер, – когда-то город был покрупнее, шахты процветали. Людей тоже немало жило, потом случилась большая авария, компания обанкротилась. Множество шахтеров потеряло работу, и местечко заглохло. Так и не поднялось больше.
– Откуда ты знаешь всю эту ерунду?
– Поискал в интернете, после того как вы сказали, куда мы едем. Ну и люди тут дружелюбные. Просто времена трудные.
Морпех вступается за кучку хиллбилли, ну конечно.
– Это дыра, – припечатал Старк. Он ненавидел работать в таких местах. Прикрывать паранормальную активность в большом городе легко: там люди постоянно пропадают или умирают насильственной смертью. В маленьких городках сложнее: все друг друга знают и любят поболтать. К счастью, можно было все сваливать на диких зверей.
Агент Мошер был еще молодой, и никто его не учил вовремя затыкаться.
– Ну…
– Дыра! – прорычал Старк. Настроение у него стало особенно поганое: Грант Джефферсон не потрудился сказать, что жертва, вообще-то, коп. Прикончить обычного зараженного – это одно, но с копом все иначе. Во-первых, больше бумажной работы. – На этом конце страны только деревья выращивать и в индейских казино играть.
– Да, сэр, – ответил Мошер, сев за руль их правительственного внедорожника. Основная обязанность Бюро – удерживать существование монстров в секрете. Большинство выживших можно было запугать, чтобы молчали. С дураками разбирались по-разному: их либо выставляли психами, либо, если не помогало, принимали более экстремальные меры. В таких случаях агентам давали много свободы. Старк любил называть это «лицензией на убийство».
Так что, если помощника шерифа Бакли заразил вервольф, агент имел совершенно законное право всадить в него серебряную пулю. Вот только тогда трое других копов, сидевших в комнате ожидания, вполне могли его пристрелить. Поэтому, если результат теста окажется положительным, придется сперва ехать к шерифу, рассказывать ему, чем занимается Бюро, – а это значит еще больше бумажной работы, – потом поехать и убить его помощника – еще больше бумажек. Старк ненавидел заполнять бумажки.
Он всмотрелся в колбу, которую держал. Это был полевой набор для проверки на оборотничество. Кровь Бакли сделала раствор розоватым – на химическую реакцию требовалось несколько часов. Если жидкость останется красной, значит тревога ложная, и бумажек будет мало. А вот если посинеет – придется в них закопаться.
Старк, впрочем, не вчера пришел на эту работу. Он оценил степень увечий, поговорил с копами, побывавшими на месте преступления. Чуйка ему подсказывала, что это вервольф. А очевидные следы укусов на теле жертвы – что в следующее полнолуние вервольфов станет двое.
Но, может, он неправильно к этому относится?
Если «Бриарвуд» убьет двух оборотней, он, Старк, получит больше, к тому же, если самому не придется стрелять в помощника шерифа, то и надоевшие бумажки заполнять не надо будет.
Он покачал колбу. Тестам не всегда можно верить. Если результат будет отрицательный, а офицер все равно обратится, никто и глазом не моргнет. Такое уже случалось.
– Ну, куда теперь? – спросил Мошер, постукивая пальцем по рулю.
Если жидкость посинеет, он просто позвонит «Бриарвуду», а Мошеру скажет, что результат отрицательный. Вервольфа все равно убьют, общество защитят, только агенту Старку еще и заплатят наконец то, чего он заслуживает.
– Посмотрим, как на этой помойке дела обстоят с едой, – ответил Старк. Настроение его улучшалось на глазах.
Попрощавшись с Коновером, Эрл Предтеча проехал еще сотню миль, припарковался на остановке для грузовиков и покемарил пару часиков, надвинув бейсболку на глаза. Когда доберется до места, нужно быть в здравом уме.
Вервольфы видят сны, как все остальные. Но чем ближе подбиралось полнолуние, тем больше его сны становились похожи на горячечные видения его звериной формы. Может, сейчас они начались раньше из-за сути нынешнего задания, но проснулся он от воспоминания о том, как бежит сквозь лес, охотится, убивает, – и все ощущения такие правильные, такие естественные… Он решил, что это хороший знак. И поехал дальше.
Шли часы, поля уступили место городу, затем вернулись снова, потом заросли деревьями. Эрл никогда еще не был в Верхнем Мичигане, но виды ему нравились: холмы и леса, прямо как дома. Вот только алабамцы оказались поумнее, не стали селиться в местах, где бывает такая холодина. Стоило в лесу появиться прогалине, как на ней обнаруживался запущенный рудничный подъемник, разбитые доски и ржавые стальные конструкции, некоторые неожиданно высокие. Похоже, шахты в округе переживали тяжелые времена.