Страница 15 из 54
Глава 4
На следующий день, вернувшись с работы, Лада попала сразу в эпицентр скандала. В этот раз — по поводу добавления сосисок в борщ.
— Да что он такое придумал, Лада! — возмущалась Тамара Сергеевна, пока дочь раздевалась. — Я хорошую косточку говяжью купила, оссобуко, не дешевое, между прочим! Бульон сварила, как надо. А он мне — сосиски положи!
— Мам, ты купила сосиски?
Про сосиски Лада вспомнила в самый последний момент.
— Давай, сегодня без сосисок.
— Но с сосисками вкуснее!
— Да где ты такое вообще видел! — подбоченилась Тамара Сергеевна. — Не кладут сосиски в борщ.
— А деда Леша кладет!
Тамара Сергеевна обернулась к дочери.
— Лада, что за деда Леша?
— Елисей с мальчиком дружит. Это его дедушка.
Тамара Сергеевна фыркнула.
— Да что какой-то там дедушка может понимать в борще? Конечно, такой только и умеет, что сосиски куда угодно пихать!
— Он хороший! — Лесь даже на месте подпрыгнул. — И борщ у него вкусный! И вообще, он — раз…
И Лесь со всех размаху захлопнул себе рот ладошкой. Судя по всему, слова про го-су-дар-ствен-не-ю тайну он принял всерьез.
— Что — раз? — подозрительно спросила бабушка у внука.
— Разносторонний человек, — пришла на помощь сыну Лада. — Слушайте, так борщом вкусно пахнет. Пойдемте есть!
И незаметно за спиной передала сыну пакет с сосисками.
Перед уходом домой Тамара Сергеевна решила выдать дочери очередную порцию педагогических наставлений.
— Что там за мальчик такой, ты хоть в курсе?
— Хороший, — дипломатично отозвалась Лада. — Я у них была дома, нормальная семья. И Елисей спокойнее стал после того, как начал дружить с Русланом.
Тамара Сергеевна покачала головой. Почему-то снова неодобрительно, хотя Лада вроде бы сообщала позитивные новости.
— Балуешь ты его, Лада. Строгости тебе не хватает.
— Мама! — Лада обернулась на вход в кухню. — Ну, Лесь же услышит!
Тамара Сергеевна вздохнула и встала.
— Ладно, поеду я домой. Устала.
— Спасибо за борщ, мамочка! Он у тебя самый-самый вкусный! — Лада вспомнила, что так и не поблагодарила мать толком.
— Да ладно, что такого-то, в самом деле, — Тамара Сергеевна с неумело скрываемым удовольствием приняла и благодарность, и дочерний поцелуй. — А ты все-таки с ним построже, Лада. Это мальчик, с ними надо твердой рукой.
Лада закрывала за мамой дверь, думая о том, что это «твердой рукой» прозвучало так, словно Тамара Сергеевна о собаке говорила. Наверное, в таких выражениях с детьми будут инструкторы разговаривать в школе хэндлеров. А ребенок — это не собака.
А еще думала о том, что когда мама пытается быть строгой с Елисеем — она словно бы проецирует на него свою неудавшуюся личную жизнь, развод, то, что одна воспитывала дочь, разочарование в мужчинах. И как будто мстит… Нет, не мстит, это слишком громкое слово! — но как будто возлагает на Елисея ответственность за весь мужской пол. Мама разочарована в мужчинах, и Елисей тоже попадает под это раздачу. А так неправильно, Елисей ни в чем не виноват.
Только сможет ли сама Лада избежать этой же ловушки? У нее ведь с доверием к мужчинам тоже… не очень.
Лесь выглянул в прихожую.
— Тамара уже ушла?
Лада не помнила, называл ли Елисей когда-то ее маму — бабушкой. Кажется, он всегда называл ее Тамарой. А мама не возражала, говорила, что она слишком молода для бабушки. Хотя Ладе казалось, что маму это в глубине души задевает, просто она не показывает виду. Характер у мамы такой — фиг в чем сознается. И фиг его согнешь.
Как и у ее внука.
Лада наклонилась и чмокнула Леся в макушку. Он не стал вырываться.
— Мам, добавим сосиски в борщ?
Лада рассмеялась.
— Давай.
Следующая неделя началась с сюрприза. Выражался он в том, что на занятия в школу хэндлеров дети снова поедут с Алексеем Валентиновичем.
— Ладушка, ну это же семь остановок на автобусе! — как обычно, громко и без тени сомнений говорил в трубку Алексей Валентинович. Вот и еще один сюрприз — теперь она внезапно не только без «Владиславовны», так еще и Ладушка! Хотя, вообще-то, это сюрприз скорее приятный. — Да еще дорогу два раза переходить!
Вот для Елисея это вообще не проблема, он самостоятельный. Вынужденно, конечно. Потому что бабушка и сама не особо горела желание отводить и забирать внука из школы. И внук к этой идее относился с абсолютно солидарной неприязнью. Так что за способность Елисея проехать семь остановок и два раза перейти дорогу Лада не переживала. Но в целом, в новом месте все же спокойнее, если рядом будет взрослый.
— Хорошо. Я вам очень благодарна буду, если вы и в этот раз Елисея тоже возьмете.
— Да какое там «благодарна»! Это даже не обсуждается!
— Елисей обратно от остановки до дома сам дойдет! — поспешила предупредить Лада. Снова забирать сына от Евдокимовых ей совсем не улыбалось. Хорошего — понемножку.
Алексей Валентинович что-то буркнул под нос — неожиданно для него тихо.
Вторым сюрпризом стало то, что Елисей каким-то, не иначе как мистическим образом, снова оказался в гостях у Руслана. О чем ее уведомили сообщением: «Мы кормим Кондратия». Какой Кондратий, там же были Фокс и Венди! Оказалось, что Елисей уже дома у Евдокимовых, и уже кормит ящерицу — в этот раз тараканами! Лада велела ему возвращаться домой. От Евдокимовых, на самом деле, недалеко идти, это на машине кругами ехать десять минут. А Елисею по прямой — буквально пятнадцать. Трубку тут же перехватил Алексей Валентинович и заявил, что сам приведет Елисея, что уже темнеет и одному нельзя.
Пришлось отрывать тушку от дивана, собираться и ехать за сыном. Как-то слишком бурно у них дружба с Русланом завязалась.
— А вы как раз к чаю!
Это какой-то заколдованный дом, честное слово! Как ни придешь, всегда к чаю. Лада попыталась увильнуть, но не тут-то было. И, самое главное, Елисей на глаза не показывался, оставив ее в тесной прихожей один на один с Алексеем Валентиновичем.
— Да мы поедем… Позовите Елисея, пожалуйста!
— Заняты они, заняты, — Евдокимов-самый-старший, пользуясь преимуществом в росте, уже вовсю тащил с плеч Лады куртку. — Давайте-давайте, только заварил чай.
— Да я… Я же ничего не принесла к чаю… — бормотала Лада, позорно признавая поражение.
— А мы купили! — Алексей Валентинович пристраивал куртку на вешалку. — Такой же, только шоколадный. Вы в прошлый раз с орешками принесли, ну а я сегодня — шоколадный! Идите сюда, — поманил к себе.