Страница 54 из 105
Тем временем подошла их очередь. Они отдали плащи деловитому эльфу в алой тоге и заплатили за программку. Эльф протянул им глянцевый буклетик с крохотными крылышками — как у снитча, только белыми, а плащи сунул в вышитый ридикюль с чарами расширения пространства. Уже в который раз Лили подумала, что такая штука, наверное, очень удобна в поездках. Петунья в декабре как раз собиралась в свадебное путешествие во Францию — вот бы уговорить ее принять такой подарок... Можно даже не ридикюль, а кожаный чемоданчик, как в той лавочке в Косом переулке...
Мимо прошуршали шелками две пожилые ведьмы — одна в строгом пенсне, другая в шляпе с чучелом птицы. Лили последовала за подругой; та свернула в самую толчею, рассекая толпу так же привычно и непринужденно, как бушприт — океанскую гладь. По сторонам негромко переговаривались волшебники, между ними лавировали эльфы, стараясь не уронить начищенные подносы: в высоких бокалах искрилось и пузырилось игристое вино, пахнущее летом и свежими ягодами. Чей-то локоть врезался в бок, кто-то больно наступил на ногу, но впереди уже маячили двери в зрительный зал — высокие, резные, из мореного дуба, и рядом с ними во весь рост возвышалась статуя Мельпомены, похожая на неприступную скалу, о которую разбивалось людское море.
Спикировавшая с потолка программка едва не задела прическу — Лили ловко увернулась, пристроилась за чьей-то широкой спиной и удачно проскользнула в зрительный зал. Здесь горели только канделябры на стенах — там, куда доставал их свет, шелковисто блестела и переливалась алая обивка, но середину рядов затапливала тень, и там красные кресла казались черными. Далеко впереди мелькнули знакомые светлые волосы и нарядная мантия. Спохватившись, Лили бросилась за подругой, обогнала какую-то ведьму с мальчиком, протиснулась мимо тучного волшебника, загородившего дорогу, и снова увидела Мэри. Та уже успела найти их места — третье и четвертое в пятом ряду — и как раз садилась в кресло. В ее руке вяло трепыхала крылышками глянцевая программка.
Лили заторопилась к ней — свернула в проход, споткнулась о складку на ковре и почти плюхнулась на соседнее сиденье. Мэри глянула на нее из-под челки:
— Что, тоже не соблазнилась их вином? Ну и правильно — редкостная кислятина... Даже не сравнить с тем, что подается к столу у Поттеров, — и сморщила нос, разворачивая яркий буклетик. Белые крылышки встрепенулись в последний раз и поникли. — О, Слизерина будет играть Хэмиш Грейг! Магглорожденный, представляешь? То-то взбесятся чистокровные снобы!
Лили рассеянно кивнула — это имя ей ничего не говорило. Осторожно потрогала бордовый подлокотник — нежный ворс словно погладил пальцы; потом бросила взгляд на занавес — тоже темно-красный и бархатный, расшитый блестками, которые складывались в очертания созвездий... Прямо как мантия Дамблдора, он как-то раз надел такую на праздничный обед в Хэллоуин. С потолка свисала монументальная люстра — толстые цепи, которые могли бы удержать и дракона, мягко обвивали тяжелое золотое кольцо. Вычурные изогнутые рожки напоминали зубцы короны, но свечи в них почему-то не горели.
— Люстра испорчена, — заметив, куда она смотрит, пояснила Мэри. — Шипит, искрит и плюется огнем — чей-то ребенок испугался злого волшебника из «Мохнатого сердца» и со страху схватился за мамину палочку. Джеймс просто до слез хохотал... говорит, там такое переплетение чар, что хрен снимешь — жалко, не они с Бродягой придумали...
Лили представила вооруженных таким заклинанием Мародеров — и содрогнулась. Это ж страшнее взрывопотама, у того хотя бы рог одноразовый!
— Ой, да ладно тебе! — фыркнула Мэри. — Можно подумать, твой Снейп не отвечал им тем же! Честно говоря, я вообще не понимаю, что ты в нем нашла: развлекаться не умеет, работает непонятно где, да еще и сомнительные знакомства, сплошь Упивающиеся да сочувствующие... Скажем, тот же Малфой — давно бы прижали гада, да улик не хватает.
Злость накатила, как цунами — внезапной удушливой волной, от которой сдавило горло и перед глазами повисла жаркая пелена. Господи, сколько можно, два месяца не виделись, а она опять за свое! Гнусный Снейп и великолепный Джеймс, великолепный Джеймс и гнусный Снейп — что, ну что ей сказать, чтобы она наконец запомнила и унялась?!
— Твой Джеймс — мерзавец и лжец, — выпалила Лили. — Северус им помог, а они с Блэком его чуть не убили, вот и врут теперь, чтобы хоть как-то оправдаться... Не веришь мне — спроси у Ремуса, — добавила она, потому что Мэри выпрямилась и уставилась на нее во все глаза, комкая в кулаке смятую программку.
Запахло цветочными духами — шурша длинной юбкой, на кресло впереди уселась нарядная дама. Собранные в высокую «башню» каштановые волосы открывали длинную шею, в тонких мочках сверкали длинные серьги.
Лили вдохнула, выдохнула и постаралась взять себя в руки.
— Перестань ругать Северуса, и я больше не скажу ни слова о Джеймсе, — она понизила голос, чтобы не смущать ту роскошную даму с прической. — А то обидно, знаешь ли, каждый раз о нем гадости слушать. Ты мне подруга, в конце концов, или кто?
Мэри потупилась и пробормотала что-то невразумительное — дескать, подруга, и именно поэтому хотела как лучше, — но тут им пришлось привстать с кресел, пропуская волшебника в строгом костюме, а потом места рядом с Лили заняла счастливая парочка: блондинка в сиреневой мантии и ее спутник — плечистый и стройный, с добродушным румяным лицом. Над ним порхала и трепетала крылышками позабытая программка — точно голубка, каких рисуют на свадебных открытках.
Что-то во внешности соседа показалось ей смутно знакомым, но тут свечи в канделябрах замерцали и погасли, и сверкающий занавес поехал в сторону — начинался спектакль. Лили откинулась на спинку кресла и приготовилась смотреть представление.
Годрик Гриффиндор оказался неожиданно хорош: высокий и статный, с роскошными кудрями и такой невероятной харизмой, что половина зала покачивалась в такт его ариям и только что не подпевала. Похоже, над его внешностью поработала целая команда трансфигураторов — но он двигался и держался так органично, что об этом было можно догадаться только по сходству с известными портретами, особенно с тем, на котором он купил меч у гоблинов, а они пришли требовать его обратно. «Слуги Рагнука», кстати, тоже играли великолепно — и не скажешь даже, что за масками серых коротышек скрывались актеры-люди... или все-таки не люди? Судя по рассказам Дейзи и Роуз, с братьев Прюэттов сталось бы и настоящих гоблинов нанять...