Страница 17 из 105
Поежившись от холода, Лили зажгла Люмос и огляделась по сторонам в поисках еще одной двери. Или хотя бы кого-то, у кого можно спросить дорогу. Тот старик так уверенно говорил, что здесь Сектор планирования и прогнозирования — возможно, отсюда есть прямой проход? Или ее угораздило нарваться на сбой вариативного пространства? Она прошла несколько шагов вдоль одного из стеллажей — в некоторых шариках словно плавали серебристые искры, тогда как другие казались пустыми и потухшими — и остановилась, с досады прикусив губу. Никого, только тишина, жмущиеся по углам тени и стоячий запах пыли, от которого свербело в горле.
Делать нечего, придется возвращаться через комнату с часами. Не надо было слушать этого безумного старика — уж теперь-то она точно опоздает... Лили решительно развернулась на каблуках и случайно задела плечом один из стеллажей. Чахлый огонек Люмоса высветил ряды грязных тусклых шариков — и один живой, яркий, с танцующими внутри сполохами; точно в замедленной съемке, он покачнулся и скатился с полки, и она со всей мочи рванула вперед, чтобы успеть его поймать.
На какое-то мгновение ей это даже удалось — теплый, словно нагретый изнутри шарик лег в подставленную ладонь...
...и выскользнул из неловких пальцев, жалобно дзенькнув об пол.
В испуге Лили уставилась на осколки. Боже, что она наделала, это же явно было что-то важное... Но тут над остатками шарика поднялась белая фигура — совсем еще юная девушка в длинной фате и подвенечном платье, почти прозрачная, словно сотканная из тумана и пролитого молока. Молитвенно сложив руки, она запрокинула голову, и в тишину полился глухой, какой-то потусторонний голос:
— Когда принц, который не принц, встретит свое счастье себе на беду, горе одних должно обернуться спасением многих, иначе счастье одного обернется бедой для всех. Ибо тот, кто был бы побежден, станет непобедим...
Пошатнувшись, Лили ухватилась за полку. Головокружение вернулось с новой силой — под сердце будто загнали тупую иглу, тело сковало оцепенением, и все вокруг побледнело и расплылось, словно кто-то плеснул на мир растворителем. И тогда сквозь истончившуюся ткань бытия стала проступать иная картина, нечеткая и подернутая рябью, как изображение в плохом телевизоре: кроватка с маленьким мальчиком, темноволосым и зеленоглазым, и чьи-то крики внизу — а потом скрип отворяющейся двери, и смутный силуэт на пороге, и липкий кромешный ужас, от которого сводит желудок...
...и обжигающий щеку хлесткий удар.
Она открыла глаза — волоски на шее стояли дыбом, и колени превратились в желе. Спокойнее, надо взять себя в руки, это всего лишь игра воображения... И, заорав, отскочила в сторону — на миг ей померещилось, что та черная фигура из кошмара внезапно обрела плоть и кровь... Но нет, это была просто женщина: узкое бледное лицо, огромные роговые очки, и огонек Люмоса, голубоватыми точками мерцающий в линзах...
— Не смей впадать в транс в моем зале! — яростно прошипела она, и только тогда Лили ее узнала: та самая хиппи, с которой они вчера ехали в лифте... Она помотала головой, чтобы прийти в себя, но почему-то женщину это только разозлило. Тонкий рот скривился в злобной гримасе, и в плечо Лили когтями впились цепкие пальцы, а шею кольнул кончик чужой палочки.
— Ты, маленькая дрянь! — женщина встряхнула ее так, что клацнули зубы. — Что ты видела? Отвечай!
— Я... — начала Лили, судорожно соображая, во что она влипла и как из этого выпутаться, но тут из-за стеллажа раздался спокойный уверенный голос:
— Сибилла, оставь девочку в покое. Она не виновата — Крокер увидел Дар и принял ее за одну из твоих.
И, словно спустившийся с небес ангел-хранитель, в проход шагнул Эдди. Большой и грозный — от его мощной фигуры волнами расходилась сила, и над головой светился голубоватый нимб от горящего позади канделябра. Не хватало только огненного меча в руках и ангельских крыльев за спиной.
Лили чуть не всхлипнула от облегчения.
— Эта дрянь разбила пророчество Кассандры, — не отрывая от нее ненавидящего взгляда, процедила женщина в очках. — То самое пророчество...
— Я знаю, как трепетно ты относишься к наследию прапрабабушки, но под ее мутный бред можно подогнать любое событие. И ты сама это прекрасно понимаешь, — твердо заявил Эдди, подходя к ним все ближе и ближе. В мертвенно-синем свете его лицо казалось бледным и напряженным. — Имей совесть, отпусти девочку.
Медленно и неохотно хищные пальцы на плече ослабили хватку.
— Хорошо, — недовольно проговорила Сибилла, — хорошо. Забирай свою везучую дуру...
И убрала от ее шеи палочку — быстрым движением сунула ее в карман, но отчего-то задержала в нем руку. Лили еще успела заметить в ее глазах проблеск злого торжества — и едва не влетела в стеллаж от сильного толчка в спину. Спасло только то, что Эдди был начеку и в последний момент перехватил ее у самых полок.
— Спасибо, Сибилла, — как ни в чем не бывало поблагодарил он, помогая Лили выпрямиться, а затем бросил в ее сторону: — Пошли отсюда.
И, развернувшись, первым зашагал по проходу — пружинящей, немного косолапой походкой, мягко перекатываясь с пятки на носок. Складки его мантии текли и переливались серебром, точно сотканные из лунного света.
Лили в последний раз взглянула на Сибиллу — та склонилась над остатками шарика, невербально выплетая какое-то заклинание, — и припустила следом за начальником. Стук ее каблуков глухой дробью отдавался в тишине, тогда как его поступь оставалась совершенно бесшумной.
— Прости, пожалуйста, — выпалила она, когда они свернули за стеллаж с большой серебряной пятеркой на торце. — Честное слово, я не нарочно! И заблудилась, и разбила эту штуку...
— Не бери в голову — все равно у этого пророчества истекал срок хранения, и в конце года его бы утилизировали, — не сбавляя шага, откликнулся Эдди. — Что до остального... В вариативном пространстве случился сбой, и ты по ошибке попала во вторую архивную. А Крокер увидел Дар и принял тебя за одну из сотрудниц Сибиллы. Кстати, — поколебавшись, добавил он, — они хотят, чтобы завтра ты приняла участие в одном эксперименте. Все те же флуктуации вероятностей, только на этот раз без бракованных потенциометров.
— А, это тот дымящийся прибор, — вспомнила Лили. — Который сломался, когда он его на меня направил. Кстати, я так и не поняла, а что он пытался измерить? Вряд ли во мне есть какой-то ток...