Страница 15 из 105
У Лили сжалось сердце. Все вокруг словно завертелось с сумасшедшей скоростью — кухня, остывающая сковородка, разноцветные чашки на столе и следящий за птичкой Нарцисс... Северус больше не собирается искать постоянное место — значит, случайные заработки, частные заказы, и совершенно ясно, кто их будет ему поставлять. А ведь в «Пророке» только позавчера писали о том жутком пожаре в поезде, в котором погибли двенадцать магглов
(1)
[Речь идет вот об этом инциденте: https://en.wikipedia.org/wiki/Taunton_sleeping_car_fire]
— эти отморозки чуть ли не каждый месяц выдвигают властям новые требования, а потом устраивают теракты...
Кажется, на ее лице что-то такое отразилось, потому что он выдернул руку из-под ее ладони и сквозь зубы прошипел:
— Да, я знаю, что ты сейчас скажешь. Что Темный Лорд исчадие ада и абсолютное зло, а Люциус его подручный, и прочая, и прочая. Но даже если и так, то чего ты хочешь от меня? Чтобы я отказал Нарциссе? Не варил укрепляющие зелья для беременной женщины только потому, что ее муж ратует за чистоту крови?
— Нет, но...
— А Сигнус Блэк? — перебил Северус. — По-твоему, подобные ему не заслуживает помощи? Раз Темные искусства, то все? Злодеи, грешники, пусть подыхают, так им и надо? И плевать, для чего они этой магией пользовались. Что они... что она не для себя старалась, не получила никакой выгоды... Все равно — спасения достойны только чистенькие. Кто сам не марается, не губит душу, всю грязную работу — чужими руками... Так, да? И по-твоему, это справедливо?
Он замолчал, опустив голову, пряча лицо за завесой волос. Все его тело сотрясала крупная дрожь — волна за волной, как от ударов тока, и пальцы то сжимались, то разжимались, словно на рукояти невидимой палочки. Рукав халата немного задрался — на бледном предплечье отчетливо проступал полузалеченный ожог. Блестящая, розоватая кожа, как под отвалившимся струпом или сошедшим волдырем... Но откуда? Он же в последнее время ничего не варил...
И только тогда до нее дошло.
— О Господи... — Лили как пружиной подбросило — он и глазом не успел моргнуть, как она уже подбежала к нему. Обняла, прижалась к спине, чувствуя сквозь махровую ткань костлявые твердые плечи, зарылась лицом в еще влажные волосы — Северус напрягся, явно не зная, как на это реагировать, но хотя бы перестал дрожать. И неловко похлопал ее по руке.
От него пахло шампунем и Севом. А еще — зубной пастой и озоновыми нотками чар для бритья.
— Опять то же самое? — негромко спросила она у черной макушки.
Помедлив, он кивнул.
— Опять перепутала какие-то чары?
Северус только слабо пожал плечами. В наступившей тишине стало слышно, как тикают кухонные часы с кукушкой и булькают за стенкой старые водопроводные трубы.
— Она жарила рыбу в тесте, — шепотом сказал он. — Решила за чем-то сходить в Косой переулок, но перепутала муку с Дымолетным порошком и забыла, что наш камин не подключен к сети...
Лили не знала, что на такое можно ответить. Поэтому не сказала ничего — только крепче его обняла, и он вздохнул и откинулся назад, затылком прижимаясь к ее груди. Сбоку на его шее пульсировала жилка.
По напольной плитке зацокали когти. Недовольно щуря разноцветные глаза, из-под стула вышел Нарцисс. Кончики белых шерстинок блестели на свету, и казалось, что его шкурка припорошена сверкающей пыльцой с крылышек фей.
— Я поставил на камин «сигналку», — чуть слышно продолжил Северус. — И на плиту на кухне, и на входную дверь... — помолчал и добавил — скорее не для нее, а для самого себя: — Но разница все равно есть. Раньше она просто замирала и все время спала...
От этих слов у Лили перехватило дыхание. На глаза навернулись слезы, затрепетали на ресницах, туманя взор дрожащим маревом: столешница расплывалась, размываясь по краям, а вместе с ней и неподвижная рука Северуса, и тролли на боку его чашки, и уходящий в гостиную Нарцисс — белый хвост покачивался из стороны в сторону...
— О Господи, Сев! Ну конечно, разница есть, ты же ее вылечил! — шмыгнув носом, Лили утерла лицо рукавом халата. — И с чего ты взял, что проблема в твоей душе? Чистота либо есть, либо нет, кровь не бывает наполовину чистой! И вообще, откуда ты знаешь, вдруг дело в чем-то другом? Она же столько лет пила свое зелье для подавления магии, мало ли как это сказалось на психике! Ты же сводил ее к целителям, да?
Он не ответил. Тогда она сменила тактику: отвела его волосы в сторону и дотронулась губами до шеи, потом еще раз, и еще, подбираясь к нежному местечку за ухом — Северус прерывисто выдохнул и медленно-медленно покачал головой.
— Целитель Стафф говорит, что она гений, — сказал он хрипло. — Темная скверна... похоже, это что-то вроде магического паразита. Пока магия спит, болезнь спит тоже. Я попробую выделить из крови элемент чистоты — если принимать его вместе с маминым зельем, возможно, Сигнуса Блэка удастся вылечить и без родственника-донора... Пятнадцать галлеонов в месяц, Лили. И курсы в Мунго. А если Нарциссе подойдут мои зелья, то и все двадцать. Почти как в магазине мадам Пота-а-аж-ш-ш...
Он зашипел, когда Лили игриво куснула его за ухо, и она тут же выпустила порозовевшую мочку и переключилась на шею. Может, все не так плохо, как ей сначала показалось? Конечно, деньги все равно нищенские, но ведь другие не предлагают и этого... А у него на руках еще мать. И учеба в Мунго, которая все равно нужна, если он хочет специализироваться на лечебных зельях. И больше никого, кто хотел бы помочь — у нее он точно ничего не возьмет, нечего даже и пытаться... А Малфои — ну и что с того, что Малфои? Это же просто лекарства, а не что-то противозаконное. Вон, целители их тоже лечат, но ни в какие преступные организации при этом не вступают...
Окончательно успокоившись, Лили поцеловала его в висок, затем в щеку, и он повернулся на стуле, чтобы ей было удобнее. Полы серого халата немного разошлись на груди, обнажая выступающие ключицы; она легонько прихватила зубами нежную кожу, и Северус шумно сглотнул.
— А мадам Потаж все-таки дура, — выдохнула Лили ему на ухо. — Впрочем, чего еще ждать от изобретательницы самопомешивающихся котлов? Даже до Мэри дошло — говорит, это все равно что променять живого любовника на вибратор...
Она так и не поняла, как это произошло. Вот только что она стояла у него за спиной, спускаясь легкими дразнящими поцелуями по шее к плечу — и вдруг оказалась у него на коленях, в плотном кольце его рук, и его пальцы робко коснулись ее волос, посылая по коже волну мурашек.