Страница 5 из 80
— Колдун, млять! — сказал третий голос.
— Не колдун, а шаман! — сказал первый.
— Попал бы в сердце, не думаю, чтобы он выжил, — сказал второй недовольно.
— Кто ж его знал, что он так резко развернётся, — тоже недовольно буркнул третий. — Бежал-бежал, встал и… Раз… В прибор и не понял.
— В прибо-о-о-р, — передразнил второй. — Сейчас гэбэшня набежит и отберут парня. Им же золото важнее, чем мужики убитые.
— Времени, чтобы пристреляться через такой прицел мало было. Просил же разрешить ночную охоту на тигра и на волков.
— Тебя бы эти тигро-волки и сожрали. Как Иваныча с ребятами. Он их точно заколдовал. Видел, как они кинулись к нему по его зову.
— Жуткий вой. Километров пять ведь было до него.
— Волчий вой далеко слышен. В густом лесу до десяти километров, а в степи, так и все двадцать, — уточнил первый голос.
— Может кончить его? — спросил второй. — При попытке бегства…
— Сам тут и ляжешь, — буркнул третий. — Они уже на подходе. Поквитаемся ещё. Не думаю, что эти оставят его живым. У них же тоже двое сгинуло.
— Может это и не этот хрен всех укнокал. Может сами гэбэшники и положили наших? А сами сдриснули…
— Они бы так землю не рыли из-за золота, — буркнул третий.
— Так их же те двое и забрали, — сказал первый.
— Их кровь тоже нашли. Много крови. Не ушли бы они. И хватит трындеть. Этот очнулся уже.
— Можно и перевернуть, — сказал второй.
Вдруг где-то недалеко раздался выстрел.
— О, млять! Что там⁈ — воскликнул обладатель первого голоса.
— Твою мать! — раздался сдавленный крик. — Ты ох*ел⁉
Вспомнив про фасеточное зрение, осмотрелся и увидел всех шестерых загонщиков, шедших, не смотря на ночь по моему следу.
— Ха! Вот я умник! — подумал я. — Они же по той же волчьей тропе пошли. Сразу и пошли. Не стали по осыпи ползать. Определились. Молодцы спецы.
Пятеро из них стояли, один лежал. Метрах в десяти от нас. Это же сколько я пролежал, что они успели подобраться так близко? Я хотел вернуться, прыгнуть в сторону в сугроб и, пропустив их мимо себя, вернуться к Бикину и ломануться…
— Куда ты по снегу ломанёшься? — подумал и вздохнул я. — Ты думал их тут от силы с десяток будет и будут они бандиты-нелегалы. А тут спецура и вполне легальная спецоперация по задержанию шпиона-диверсанта-террориста, который, вероятно, произвёл взрыв в Московском метрополитене в январе семьдесят седьмого года.
Тех армян, которых задержали, подозревали и осудили к смерти в этом году в январе, ещё не расстреляли. Но ведь у них могли выбить показания и на меня. Сделать фоторобот с моей физией… А может кто-то специально от них отводит подозрение. Возьмут меня и повесят три терракта. Я там как раз был. Может поэтому и Юрия Владимировича убили. Чтобы не мешал. А те армяне к какой-то националистической группировке принадлежали. «Национальная объединённая партия Армении», кажется. А это, скорее всего — ЦРУ.
— Что там у вас? — крикнул первый.
— Не твоё дело! — зло крикнули в ответ.
Меня попытались перевернуть на спину. Я подогнул колени и остался лежать на боку. Ноги тоже оказались спутаны.
Недалеко среди деревьев мелькали яркие лучи мощных фонариков.
— Как ваш? — крикнули оттуда.
— Очухался, — отозвался первый. — В спину пуля навылет, а он, как огурец. Затянулось всё за пятнадцать минут.
— Везёт, — вздохнули из-за деревьев.
Подошёл кто-то в белом. Я узнал Сергея.
— О, Серёжа, и ты здесь? — «удивился» я. — Охоутитесь?
Майор молча осветил мне лицо фонариком.
— Хм! Да, ты оборотень! — удивился майор.
— Я просто оборотень, а ты — оборотень в пагонах, — сказал я, вспомнив из своего прошлого-будущего.
— Что значит? — начал он, но осёкся. — С ху*ли? Я правильную службу несу. Всё по закону. У тебя ведь, наверное, и документы поддельные?
— Нет у него документов, товарищ майор, — сказал мужик, и я узнал в нём «третий голос».
— Значит спрятал. Но отпечатки-то хрен сотрёшь, да?
Майор рассмеялся и тут же смолк.
— Там одного нашего случайно подстрелили, — сказал он. — Можешь помочь?
Я чуть не рассмеялся.
— С какого хера? — спросил я. — Я в него не стрелял, хотя мог бы вас на речке сильно прорядить.
— Да? Видел нас?
— Видел. В оптику.
— Да? Не стрелял, значит хорошо. Тебе зачтётся. А если нашего вытащишь, ещё больше зачтётся.
— Я вам не верю, майор, — сказал я. — Но суть не в этом. Я не хотел никого убивать ваших, и не хочу, чтобы кто-то умер даже случайно. Ведь вы на меня повесите его гибель.
Сергей хмыкнул.
— Умный?
— Не жаловался. Только мне рука нужна. Хотя бы одна. Я так не могу.
— А говорили, что ты и на расстоянии можешь излечить.
— Излечить и пуля это разное. Тут руками надо работать. И вполне аозможно, что двумя, если рана не сквозная.
— Не сквозная. Бронежилет пробила.
— Ну и вот, — сказал я. — Надо извлекать. Одной рукой не смогу.
— Сам-то ты как? — спросил майор.
— Нормально, — сказал я, дёрнув одним плечом.
— Хм! — хмыкнул майор и и дёрнул головой.
— Поднимите его и развяжите руки. Ноги не развязывайте. Он сильно шустрый.
— Смотри, подпрыгну и улечу, — пошутил я.
— Пуля догонит, — пошутил майор.
— Тогда не развязывайте лучше от соблазна, — пошутил я.
— Время идёт, — напомнил майор.
— Время идёт, мы стоим, — пошутил я. — Зачем мне тогда вмешиваться?
— Ты правильно сказал. На тебя выстрел спишем. Так нам даже сподручнее.
— Не жалко своего бойца? — удивился я.
— Жалко, — сказал майор. — Сейчас вертолёт прилетит. Может и до госпиталя дотянет.
Я помолчал, вроде, как обдумывая ситуацию.
— Развязывайте, — вздохнул я. — Только я не понял, зачем я вам мёртвый?
— А нам похер. И за мёртвого и за живого нам бонус полагается. Только из разных источников. Живой — лучше, конечно. Денег меньше, зато звездой больше. Деньги пыль, а погоны… Короче. Поднимайте его!
Меня поставили на ноги, и верёвки на руках развязали. Посадили на скрещенные руки и понесли к раненому. Тот лежал на какой-то подстилке на расчищенном от снега участке, на нарубленном лапнике.
— Быстро они сработали, — подумал я и спросил. — Как так-то получилось?
— Не поставил на предохранитель, — буркнул один «загонщик». — Зацепился за ветку.
— Как банально просто, — подумал я.
— Как вы представляете себя, я буду вокруг него прыгать на связанных ногах? У меня не четыре ноги, чтобы я мог стоять или сидеть.