Страница 45 из 80
— Подвижные, — подумал я. — Выдвигаются, когда судно пришвартуется. Наш сухогруз как раз встанет под оба. Так и рассчитаны расстояния между трюмов.
— Точно встанет, — согласился я. — Вон там — однозначно.
— Да, пусть смотрят, — махнул рукой Хироси Инагаки. — Пошлите, я вам что другое покажу.
Он повёл нас по бетонной дорожке, шедшей вдоль бетонной, круто наклонной, почти вертикальной, словно замковая стена. Мы прошли мимо пятиэтажного бетонного корпуса какого-то, вероятно когда-то жилого, здания, оставшегося слева. За ним была «живая» территория, на которой росли трава, деревья.
— Ух ты, — сказала Тиэко. — Красиво. Тут даже есть земля.
— Здесь и была земля, — сказал Хироси Инагаки. — Вон, видите, скала поднимается, а по ней лестница. Между домов.
Бетонная лестница поднималась на самую скалу между многоэтажными, тоже похожими на жилые, домами.
— А где же шахта? — спросил я.
— Устье на самой вершине. У подножья не рискнули ставить. Штормами бы разбило. А шахта под землёй. Потом брали из скалы щебень и отсыпали остров. Почти сто лет добывают здесь уголь. Остров увеличился в десять раз. И дальше возле побережья Кюсю есть острова с угольными шахтами. Ещё рабочими. Эта самая старая.
Жилых зданий было много.
— Это сколько же здесь работало шахтёров⁈ — удивился я.
— Там под землёй настоящий термитник. Здесь ещё несколько горизонтальных проходов в штольню есть, но вертикальный один. А под островом целый лабиринт. На глубину шестьсот метров уходят уровни. И это диаметр «шара».Представляете?
Я представил и обомлел.
— Нихрена себе! — вырвалось у меня.
— Хотят взрывать, — сказал Хироси Инагаки. — Нижние уровни уже затоплены. Воду перестали откачивать.
— Вы нас в шахту не собираетесь спускать? — насторожилась Тиэко. А то я знаю вас. Наслышана.
— Нет-нет! Что вы! Мы здесь в горизонтальных проходах поснимаем, а затопление в бассейне устроим. Здесь побегаем немного, постреляем, повзрываем. Нам разрешили. Всё равно тут взрывать всё будут. По крайней мере — шахту. Очень многие сюда хотят попасть. Любители экстрима…
— Пошлите, покажу места съёмок.
Мы пошли. Поднялись наверх к маяку и к «устью», как Хироси Инагаки назвал вход в вертикальную штольню с клеткой и устройством её спуска-подъёма.
— Работает? — спросил я, показывая на клетку.
— Работает. Надо только запустить генератор. Но пока не будем шуметь. Красиво, да?
Мы стояли на самой вершине скалы на видовой площадке. Вокруг нас раскинулся мёртвый бетонный город, а за ним море. Тут действительно работало очень много шахтёров.
— Тысяч пять, наверное, — прикинул я, насчитав около пятнадцати многоэтажных зданий, но их было гораздо больше.
— Жутковато, — сказала Тиэко. — Терпеть не люблю ужастики. Так, я не поняла… А где шахтёры-то, которые тут будут работать?
— Не будет много шахтёров, — покрутил головой Хироси Инагаки. Тут, вроде как, незаконно будут добывать. Чёрные старатели.
— Чёрные, — сказала и хмыкнула Тиэко, — Натурально — чёрные! Шахтёры, ведь.
— Пираты, они и на шахте пираты, — сказал Хироси Инагаки.
— Логично, — сказал я.
— Пошли, я вам горизонтальный вход покажу.
— Вон там, наверное, — показала рукой вниз Тиэко.
— Нет. Там уголь из шахты подают по конвейерам в бункеры. Вон и вон… Вход рядом.
Мы спустились по бетонной дорожке шедшей наклонно вниз мимо скалы справа и отвесной стены вниз, отгороженной бетонным парапетом.
— Метров пятнадцать лететь, — подумал я и сказал. — А остров не продаётся?
Хироси Инагаки оглянулся на меня.
— Зачем он тебе? — спросил он. — И за сколько бы ты его купил?
Я пожал плечами.
— Рублей за тысячу бы купил. Или в аренду взял.
— Тут жить⁈ — Тиэко расширила от притворного ужаса глаза и рот, но прикрыла его ладонью.
— Почем японцы так делают? — подумал я. — Они рот прикрывают, даже когда еду в него кладут. Стесняются.
Мы спустились вниз и вошли в какое-то здание. Пошли коридором, заваленным каким-то хламом и ломанной мебелью и остановились у стальной двери с большими ручками запирающими дверь на клиновидные задвижки, какую я видел в наших бомбоубежищах. Дальше вёл широкий тёмный тоннель, но режиссёр смело переступил высокий пород, называемый на кораблях «комингс» и опустил настенный рубильник. Тоннель осветился.
— Смелее, — сказал Хироси Инагаки. — Мы чуть-чуть посмотрим и назад.
И мы тоже, один за другим, перешагнули высокий порог, а потом ещё какое-то углубление в полу, типа поперечного желоба. Пока я раздумывал, на что это похоже что-то сзади прогрохотало.
— Млять! — выругался я.
— Мамочка! — крикнули женщины кто по-русски, кто по-японски.
— Пиз*ец! — высказался режиссёр Андрей Милюков
Обернувшись, я понял, что он прав.
Сверху упала другая дверь-плита. Жёлоб был именно для неё.
— Экстренное закрывание, — сказал я. — Что это за бункер?
— Мне сказали, что это вход в шахту, — пролепетал Хироси Инагаки.
— Ага! Аж два раза! Таких входов в шахту не бывает, если в них не добывают уран.