Страница 36 из 46
Глава 34
– Малышня, пора купаться и спать, – говорю я после ужина.
Ужинали мы в тесном кругу, домработницу и няню Влад отпустил домой.
Утомленная Анютка тут же зевает. Очень много на нее сегодня навалилось. Я и сама с ног валюсь от усталости.
– Девочки купаются наверху, мальчики внизу, – говорит Влад, – Кира, там домработница должна была оставить белье и полотенца.
– Вань, ты чего? – спрашиваю я, заметив, что мальчик нахмурился.
– Он не любит купаться, – вздыхает Влад, – просто ненавидит воду. Иван, давай так, если ты сейчас пойдешь купаться я куплю тебе новую игрушку.
Мальчик отрицательно качает головой, за его мрачным личиком я вижу самый настоящий страх.
– А если вместе? – вдруг предлагаю я, – у тебя большая ванная?
– У меня джакузи на полкомнаты, – оскорбленно говорит Влад.
– Отлично, – хлопаю я в ладоши, – сейчас мы наденем купальнички и придем. А вы набирайте воду и пенку добавьте обязательно!
Только по дороге в комнату, которую нам выделил Влад я вспоминаю, что купальников у нас ведь нет. Ладно, у меня есть велосипедки и спортивный топ – сойдет. А Анечке вместо лифчика я навязала цветной шарфик, в тон к трусикам.
Мы спускаемся вниз и идем на шум воды. Там Влад уже во всю настраивает джакузи, а Ваня сидит в углу сжавшись как маленький мышонок. Что же произошло с тобой, малыш, что ты так воды боишься?
Аня, увидев джакузи даже, хлопает в ладошки от радости и немедленно лезет в пушистую благоухающую ванну.
– Вань, не хочешь присоединиться? – спрашиваю я осторожно.
Мальчик подходит ближе и отрицательно качает головой.
Тогда я тоже лезу в джакузи и делаю Анечке шапочку из пены. Дочь счастливо смеется.
– А давай мы тоже? – подхватывает Влад и берет Ваню на ручки.
Малыш с сомнением смотрит на отца.
– Ну ты же у меня смелый, – заговорщически шепчет ему Влад, – вон девчонки плюхаются, а мы что?
Ваня поджимает губы и согласно кивает. Влад раздевается сам, потом осторожно раздевает сына. Я стыдливо отвожу глаза. Когда это Влад успел вырастить такие огромные мускулы?
Влад осторожно садиться в воду и усаживает сына к себе на колени.
– Видишь? И не страшно, – говорит он.
Я обращаю внимание, что глаза мальчика крепко зажмурены, он категорически отказывается смотреть на воду, но все таки дает себя помыть мягкой мочалкой. По довольному виду Влада, я понимаю, что это прогресс.
После совместного купания, мы разносим уставших детей по комнатам. Анютка засыпает практически сразу, даже сказку не успевает дослушать. Я подтыкаю ей одеялко, включаю радио няню и спускаюсь вниз, на кухню. Хочется выпить чашку чая перед сном, да и беспорядок после ужина убрать. Должна же я отблагодарить хозяина.
Складываю посуду в посудомойку, чувствую взгляд в спину и резко поворачиваюсь.
– Фух, напугал!
Влад стоит, облокотившись на косяк и смотрит на меня со странным выражением лица, я вдруг осознаю, что на мне лишь ночнушка и короткий халатик.
– Оставь, завтра Елена Константиновна помоет, – говорит Влад.
– Ну нет, я так не привыкла, – говорю я, вытирая столешницу, – как Ваня?
– Уснул, – говорит Влад, – в кои-то веки мы искупались без истерик.
Я щелкаю чайником и присаживаюсь за стол.
– Что с ним произошло? – спрашиваю я.
Влад подходит к кухонному островку, достает чашки, сахар, печенье на тарелочке.
– Сколько сахара? – спрашивает он, – наливая в чашки ароматный чай.
– Нисколько, я не ем сахар, – машинально отвечаю я.
Влад ставит передо мной чашку и пододвигает печенье, сам садиться напротив и отпивает горячий чай, как будто это вода, даже не морщится.
– Трудно сказать, – отвечает он на мой вопрос о Ване, взгляд его устремлен в пустоту, словно он вспоминает, – год назад я даже не знал о его существовании. Не знаю, почему его мать не сообщила мне, возможно сама сомневалась. У нас была пара ночей, а потом она попала, только написала, что выходит замуж и уезжает из города. Я не особо расстроился и продолжал жить, как раньше. А потом как-то приезжаю с работы, ливень был страшный, а под воротами Ванька стоит. Прижимает к себе бумаги в целлофановом пакете. Там записка была, что Алла, мама его, не может больше о нем заботится и отдает мне и документы на него. Свидетельство о рождении. По срокам все совпадает. Я сделал тест и он действительно мой сын.
– Его надо к психологу, он не разговаривает, боится воды…
– Кира, разумеется я водил его к разным врачам, и к психиатрам и к психологам. Все говорят, что последствия сильного стресса. Он не идет на контакт с чужими. Я уже кучу нянь сменил, и психологов тоже. Только со мной он кое-как общается, я стараюсь проводить с ним как можно больше времени, но и работу никто не отменял.
– Да, нелегко тебе, – замечаю я.
– Да что мне, пацану то еще не легче. Понимаешь теперь, почему я просил тебя пожить с нами?
– Ты не просил, а ставил ультиматум, ничего не объясняя!
– Разве? – очень натурально удивляется Влад, – по-моему очень вежливо попросил.
Я понимаю, что минутка откровений закончилась и Влад снова в своей скорлупе.
Мы еще немного сидим за чашками чая, думаем о своем.
– Пора спать, – говорю я, мою чашку и ставлю в сушилку.
– Да, – кивает Влад и подходит ко мне близко-близко.
– Спасибо тебе, – он наклоняется и легко, но очень чувственно, целует меня в губы, – спокойной ночи.
Я остаюсь стоять, как столб, оглушенная чувствами, что накрыли меня от этого почти невинного поцелуя.
Глава 35
Максим
– Что происходит? Куда вы меня тащите? – пересохший язык едва ворочается во рту.
Меня запихивают куда-то в темноту. Хлопает дверца машины. Я пытаюсь перевернуться, но ударяюсь о что-то. Похоже, я в багажнике. Куда же я вляпался, блин?!
Шевелю руками и ногами по возможности, вроде все целое, все на месте. Ничего не болит, значит, не били меня. Только башка гудит, а во рту словно кошки нагадили. Так, надо вспомнить, кому я дорогу перешел?
Не обращаю внимания на боль и тошноту, начинаю вспоминать. Вроде бы Северов взял меня на работу, предложил обмыть. Мы сели за накрытый стол, потом поехали в клуб, коктейли, девочки, потом…
Убей, не помню! Но похоже в этом клубе я с кем-то зацепился, иначе зачем меня куда-то везут? Поганое самочувствие мешает мне по-настоящему испугаться. Интересно, меня убьют или нет? Перед глазами вдруг стала бывшая жена. Видела бы она меня сейчас.