Придурок

Странная штука жизнь получается. Вляпался ты Василий Иванович в политику, как в дерьмо и сразу двумя ногами. Начинаются большие игры. Причем часть этой игры я веду абсолютно самостоятельно. Даже моя инициатива с сиротами, она ведь не КГБ одобрена, совсем не моим куратором, мы с ним ее даже не обсуждали. Впрочем он не может мне в ней отказать. Комсомольский вожак ведет комсомольскую работу. Предполагает создать красивую картинку в противостоянии с Западом. Ну да, попробуй ему помешать. Даже с учетом, что КПСС давно прогнила, идет борьба группировок. Делят власть, хотя пока еще дорогой Леонид Ильич жив. Да все или почти все превратилось в лозунги. Вот только идти против этих лозунгов нельзя. Даже не потому, что тебе нравится идея или ты за коммунизм. Тебя банально сожрут другие группировки пользуясь лозунгами. Ибо идешь против центральной линии партии, а значит враг, значит потеряешь власть и влияние. Парадокс прогнившей системы в том, что если делать все правильно, тебе вынуждено будут помогать все группировки в сфере своей ответственности. Во всяком случае пока… пока не пришел Горбачев, там уже надо будет играть в «Перестройку» и гласность.

Забавно другое… Ты Василий Иванович вляпался в большую политику двумя ногами и эта трясина или утянет тебя на дно или возвысит вопреки всем законам физики и логики. Вот только чем занят политик? Да на огороде раком стоит и работает своими руками. Добывает деньги, дабы осуществлять свои проекты и двигаться по карьерной лестнице. Скажи кому в США не поверят…

— Ну что, поел? Домой пойдем или не всех кошечек обошел и не от всех котов звездюлей получил? — спросил я Ваську, взяв на руки. Стал гладить. Его передняя лапка оказалось мокрой. Я взял ее в руку, чуть сдвинул шерсть, ну так и есть… Лапку даже не подрали, ее похоже прокусили в одной из баталий.

— Ветеран ты Васька, на фронтах любви. Настоящий герой на нож на на нож, точнее на клыки и когти, случится на сук (пусть будет сук) так на сук.… — не выпуская кота из рук прошел в автобус. Открыл аптечку и нашел мазь Вишневского и бинты. Мы вышли из автобуса и я присел на молодую травку. Надавил на лапку. КотЭ явно было больно, он вздрогнул, но не запищал, не стал вырываться, пытаться меня покарябать или укусить. Молчит гад, как японский партизан. Из ранки потек гной. Выдавил сколько смог и вытер стерильным бинтом, оторвав кусок зубами. Взял немного мази Вишневского на бинт и обработал рану… Затем собрался, закрыл автобус и мы пошли к бабушке…

— Ба смотри кого я тебе принес?

— Кого? Опять ежика молоком напоить? Ну что ты их таскаешь, ей Богу, как маленький. — немного поворчала на меня бабуля. Мы с Василием на руках зашли в комнату бабушки. КотЭ пригрелся у меня на руках и слегка дремал прикрыв глаза и мурча от удовольствия.

— Васенька! Где же ты был разбойник. Я тебе сейчас молочка налью, хотя нет у меня сметанка есть свежая, не из магазина своя деревенская. — Тут же запричитала бабушка. Ну все Васька попал «в плен» к бабуле, теперь закормит до смерти и будто подтверждая мои слова…

— А исхудал то как, как исхудал.

— Кабаки и бабы доведут тебя Василий до цугундера. — высказал я за бабушку мысль.