Страница 9 из 47
Глава 5
Осторожно, маг за работой!
Я, признаться, никогда не понимала принципов работы магии. Почему проклятие не убивает в первую очередь проклинающего? Почему пламя не жжёт огневика, а маг воды не захлёбывается первым? А некроманты почему вообще живые, они же всеми силами стараются всё вокруг себя буквально угробить?
Вот и сейчас, когда Пиранья как будто закипел, почему не стал варёной рыбкой? Ведь внутри у него всё так и клокотало!
А потом он и вовсе выдал удивительный фокус: закрутился волчком так, что его красный потрёпанный плащ расцвёл, словно цветок, и заискрил во все стороны. Чёрные бабулькины паутинки вспыхнули, обуглились и полетели повсюду клочками пепла. Некоторые, ещё красные от огня, как будто решили облепить полки и книги, и я на некоторые плеснула остатки кофе из своей кружки, а другие принялась прихлопывать, сорвав с себя фартук. Пока бегала так, бабка что-то там ещё поколдовала, и они с Пиррианом, стоя друг напротив друга, стали выяснять свои магические отношения. Резко запахло палёной шерстью, и я с ужасом увидела, что часть огненных паутинок попали на Шона. Прикрыв его фартуком, я поскорее унесла кота в безопасное место — в квартирку Марисоль.
— Ты в порядке? — спросила, как будто он мог ответить.
Кот выгнул спину и зашипел, а потом замахнулся лапой, будто гоня меня прочь. Я прикусила губу. Сколько там ещё Пирриан будет тягаться с бабкой, мне было неизвестно, но у меня быстро созрел замечательный план. Взяв с полки над кроватью увесистый хрустальный шар, я вылезла в окно, пробежала немножко по улице, а потом с разбегу ворвалась в собственную лавку. Бабуська стояла ко мне спиной, раскинув руки и швыряясь повсюду какими-то чёрными мерзкими клочьями. Всё это залепляло мою лавку, и при мысли о том, что придётся после убираться целый день, я почувствовала ярость.
Если и были до этого сомнения, могу ли я ударить пожилую женщину — они развеялись, как пепел. Эта, с позволения сказать, бабулька божий одуванчик была ведьмой! И я опустила шар на её голову.
Шар не разбился. Да и голова уцелела. Бабку только повело — то ли крепкая оказалась, то ли я всё-таки не очень сильно стукнула. Но Пирриану хватило её слабости, чтобы скрутить, связать — откуда выползли верёвки, я так и не поняла. Магия, что тут скажешь! — и усадить на стульчик.
— Вот так, посидите, тётенька, — сказал он, мрачно ухмыляясь.
И вот тут я перехватила шар поудобнее и посмотрела на мага совсем другими глазами. Да он хорош! Он вон не стал старушонку швырять оземь, а аккуратно посадил, да и ухмылка у него была просто огонь. Такая харизматичная, ничуть не портящая мужественное худощавое лицо, словно подсвеченное изнутри языками пламени.
— Ты мой герой, — вырвалось у меня. — Что будем делать с ведьмой?
— Жечь отказываюсь, — предупредил Пиранья, — но можем сдать местной полиции на опыты. Наверняка там очень любят таких мошенниц. Ишь ты, всего за десять ринтов… Как будто они у нас есть.
— А и были бы, — сказала я, — они нужны для дела, а не тратить на всякое.
Тут к нам заявились начальник пожарной части и полисмен.
— Эге, дружище Кифф, — сказал полицейский пожарному, — кажется, это по твоей части. Нападение огненного мага на мирную лавочку. Смотри, старушке совсем плохо, а девушка явно под чарами.
— Эй, ты что, напал на мою девушку? — пожарный тут же воинственно встопорщил свою бородищу.
— Я не твоя девушка, — вставила я. — К тому же мы защищались от мошенницы. Она нанесла нам урон… А почему вы вообще здесь? Пожара нет, полицию мы еще не успели позвать…
— Пожарные чары сработали, — пояснил Кифф, — а с Марвом я просто на улице встретился. Так пожара нет?
— Была пожарная угроза, — невозмутимо признал Пирриан. — Но пока я рядом, точно ничего не воспламенится, у меня всё под контролем.
— Ну-ну, — сказал полицейский Марв, — то-то у вас тут всё закопченное такое.
— Говорю вам, пришла эта старушка, сказала, что за десять ринтов нам тут устроит — и устроила, — доложила я. — А господин Праймус наоборот, предотвратил проклятие и не дал ему распространиться. Самовозгорания как такового не было, только кота чуть не обожгло, но он в порядке. Вот, теперь отмывать тут всё.
— Заберём обоих до выяснения, — сказал Марв.
Пирриан протестовать не стал.
— Я скоро вернусь, как только выяснится, — сказал он мне спокойно. — Если на моей стороне будут покупатели, не присваивай выручку! У меня все диковины посчитаны, если что!
— За кого ты меня принимаешь, — огорчилась я.
Полицейский увёл связанную старушку и абсолютно невозмутимого Пиранью, а вот пожарный Кифф остался.
— Киффер, — сказала я, — ну правда. Всё в порядке. Я освобожусь часов в восемь, погуляем.
— Да ну, — сказал на это начальник пожарной станции. — А по-моему, и так всё хорошо складывается. Я сейчас немного отлажу противопожарные чары, ты помоешь пол и стены, а потом попьём чайку.
И подмигнул, потому что чай пить вряд ли собирался.
— Нет, давай с чарами потом. У меня наверняка ещё будут покупатели, мне не до чар и не до чая, — обломала я его. — Но если хочешь помочь, я принесу ведро и тряпку. Будем отмывать всё вместе!
Как и стоило ожидать, после этих волшебных слов пожарного как волной смыло. Трудности закаляют мужчин, особенно в моменте, когда они от них очень быстро удирают. Интересно, зачем женщине такой быстрый мужчина?
Остались мы с Шоном одни. Кот вышел из убежища, огляделся и принялся прямо посреди устроенного беспорядка намывать себе лапы.
Я взялась за дело, и с удивлением обнаружила, что Шон… помогает. Чем яростней он умывался, тем меньше вокруг становилось пятен сажи. Пока я оттирала чернины с витрины и стен, полки и книги очистились будто сами собой. Когда в лавку наведались первые покупатели за сегодня, тут уже было более или менее чисто.
— Куплю тебе отборной телятины с сегодняшней выручки, — пообещала я коту с горячей благодарностью.
Тот потёрся о мои ноги и ушёл спать за прилавок.
* * *
Я продала несколько старых свитков из наследия Марисоль, но это были сущие пустяки. К моему сожалению, выручка сегодня не обещала быть приятной! Радовало разве, что Пиранье сегодня не заработать ни медяшки.
Но зато к вечеру нигде не было ни пятнышка, уж я постаралась отмыть лавку и на половине Пирриана: как-то нехорошо, если кто-то входит и видит, что половина зала уляпана сажей. Славный помощник Шон, к сожалению, больше мне не помогал: как истинный мужчина, он решил, что сделал достаточно и уже не вмешивался в женские дела.