Страница 14 из 47
У него были белые брюки и рубашка, а распахнутый на груди красный плащ являл взорам ещё и парчовый, сливочный с золотом, жилет, белоснежный галстук с золотой булавкой и кашне. В такую-то жару, как сегодня, достаточно было бы просто штанов и рубашки, уже даже плащ мог считаться за излишество. Но почём я знаю, может, огненные маги такие горячие парни, что жара кажется им лёгкой прохладой? Или наоборот, они страшные мерзляки и без своего огня всё время трясутся, как цуцики…
— Сбежал из Карассии в какой-то убогий Ясеньпень, чтобы и тут нагадить, — сказал другой маг, в чёрном костюме под тончайшим красным плащом, зато блондин, а не брюнет, как его товарищ.
На этом золота было поменьше, но в руках он держал такую роскошную трость из красного дерева, с резным набалдашником в виде головы дракона, что я аж начала завидовать. Какая удобная палка, вот ей бы от пьянчужек отбиваться! Куплю себе такую. Или лучше зонтик-трость, но тоже с хорошим таким набалдашником. Чтобы им по балде бить, оправдывая название.
— Я не сбежал, — сдержанно ответил Пирриан. — Вы чего хотели-то? Я все долги раздал, за мной ничего нет.
— Ну, раз ты лавочку завёл и смазливую помощницу заодно — то не так уж, чтобы ничего у тебя не было, — ласково сказал третий, самый рыжий и в самом красном.
Вот просто весь как помидор, да ещё с золотом. Вот так и буду его звать: Золотой Помидор. Хотя нет, много чести, пусть будет просто Томатом.
— Между прочим, я не его помощница, — сказала я, поняв, что все трое на меня глазеют.
Сказала — и спряталась за стеллажом.
— Ну-ка, ну-ка, Прииимус, — протянул самый брюнетистый в белом костюме под красным плащом. — Она ещё и разговаривает?
Уголь, вот он кто. С двумя красными глазками. Я посмотрела из-за стеллажа и переставила пару книг, вроде как занятая делом.
— Не помощница, а деловой партнёр. И мы только начали совместное дело, — сказал Пирриан. — Вы чего хотели-то? Ну допустим, я из столицы уехал, а вы-то чего припёрлись?
— Да не напрягайся ты так, Примус. Старые друзья — как хорошее вино, с годами только лучше, — сказал сливочный блондин, получивший от меня прозвище Крем — уж больно у него был сладкий голосок.
— Мы приехали сюда договариваться о создании цеха, — поведал Томат. — Такой хороший городок, а магических цехов нет.
— Есть, некромантский, держит два ритуальных бюро и кладбище, — высунулась я. — Хотите составить им конкуренцию? Не советую, закопают!
— А она смешная, — констатировал брюнетистый Уголь. — Выйди, девочка, покажись целиком. Фрагментами мы тебя уже видели.
Иногда обращение «девочка» даже льстит женщине, а иногда, вот как сейчас, чувствуешь, насколько тебя не ценят.
— Я не девочка, я хозяйка лавки, — буркнула я, хотя именно это и звучало немного по-детски.
«Я не женщина, я продавец!» — так однажды заявила в магазине готового платья дородная дама. А теперь вот и мне пришлось почти то же самое сказать, только на этот раз было не так смешно, как тогда.
— Ну иди, иди сюда, хозяйка книжной лавки и Примуса, партнёрша самого неудачливого огненного мага на свете, — позвал Томат, а Уголь еще и причмокнул, словно звал собаку.
— А мне это зачем? — спросила я.
Стеллажи давали хотя бы иллюзию защиты. Не от магии, так хотя бы от негодяйских глаз пришлых магов.
Но тут меня как будто обхватило поперёк туловища арканом и потащило к прилавку.
— Замарашка, — цокнул языком Томат. — Хотя хорошенькая.
— Не первой свежести, — хмыкнул Уголь.
— Тебе-то какое дело, — буркнула я обиженно, — я ж тебе не куст салата, а ты не кролик.
— Отнюдь не кролик, девочка, — склонившись ко мне, шепнул Уголь.
— Ты уж разберись, я тебе девочка или второй свежести, — огрызнулась я, потому что мне не нравится, когда незнакомые огненные маги, воняющие гарью, дышат мне прямо в ухо.
— Если я захочу тебя скушать, — интимно поведал он мне, — то наплюю и на возраст, и на прочие параметры, так что лучше бойся.
— Пфф, — сказала я. — Буду я бояться какую-то головёшку, из которой ещё и искру просто так не выбьешь.
— Чего это не выбьешь? — опешил Уголь.
— А того, что если уж я тебе старовата, — я презрительно окинула его взглядом, — то ты, должно быть, испытываешь какие-то сложности в постели. А мне такой мужчина уж точно ни к чему.
Пирриан ухмыльнулся, и мне понравилась его усмешка, потому что он, надо полагать, вместе со мной посмеивался над своим коллегой. Который от меня наконец-то отошёл, пробормотав что-то типа «ой да кому ты нужна!»
Я только фыркнула. Много кому нужна, но уж точно не тебе, головёшка.
— Ну так и чем я обязан сомнительной радости видеть ваши, гм, лица в этой провинции? — спросил Пиранья.
— Мы собираемся открыть в городе цех огненных магов, собираем сведения о тех, кто тут уже поселился, и вот же неожиданность: в мэрии нам сказали, что недавно в Ясенпне зарегистрировался один такой: Пирриан, видите ли, Примус, — сказал Сливочный Крем.
— И пошли проверить, правда ли это наш самый глупый, самый неудачливый и самый неумелый однокурсник, — хохотнул Томат.
— А, — понял Пиранья, — вы пришли проверить, что раз уж я прикупил тут лавочку — не собираюсь ли открыть оный цех без вас?
— Ты не имеешь на это права, — угрожающе сказал Уголь. — Даже если обзавёлся лавочкой и собираешься практиковать.
— У меня есть образование и лицензия, — спокойно ответил Праймус. — И я совершенно точно могу торговать здесь артефактами.
— Но практиковать…
— И имею право устранять аварийные ситуации по своему профилю, — напомнил он, — имею право защищать людей и их жилища. Могу даже в пожарные пойти! Потому что тушить пожары — не создавать их.
— Не можешь! Ничего ты без нас не можешь! — вышел из себя Крем. — Что ты тут врёшь с невозмутимой рожей? Ты рождён без магии, ты обыкновенный неудачник и шарлатан! Комиссия в лице нас явилась лишить тебя дара, если ты в течение трёх дней не сдашь экзамен на лицензию, которую ты потерял!
— Я не терял свою лицензию, мне её не дали из-за вас, — по загорелой «невозмутимой роже» как будто пробежали сполохи огня.
Да, эти друзья вряд ли похожи на старое вино. Это какой-то старый выдохшийся керосин: осталась одна вонючесть, а толку никакого. Экзамен они, видите ли, принимать приехали. Цех они хотят открывать. Ага.
— Вы всё сказали? — спросила я. — А теперь покиньте мою лавку. Слишком вас тут, огненных, много на один скромный книжный магазинчик.
— Тебя не спросили, — не глядя на меня, небрежно бросил Томат.