Страница 1317 из 1396
Я засомневалась. С одной стороны, все уверяли, что именно за мной оставалось решение касательно часов работы лавки. Опубликованный в «Новостях Скромной Гордости» график вряд ли можно было считать законом. Но, с другой стороны, казалось хорошей идеей открыться вовремя, чтобы продемонстрировать: события последних суток не выбили меня из колеи. Также зрелище мирно распивающей чай на террасе Корали поможет поддержать мою репутацию.
Я отправила ее за один из столиков, пока делала кофе и нарезала пирог. Затем демонстративно уселась спиной к пастбищу, чтобы уменьшить шансы на подслушивание нашего разговора Болтом.
– Так ты правда считаешь, что на его территории находятся фрагменты древней римской мозаики? – тихо поинтересовалась Корали.
– Только Фелисити как дипломированный специалист может определить точно, но она почти уверена в этом. Затем ей предстоит решать, останавливать ли стройку или выдать согласование на ее продолжение.
Корали кивнула на пастбище позади меня.
– Похоже, она сразу велела прекратить использование техники. Она стоит без дела, пока Болт по старинке копает землю лопатой. – Она рассмеялась. – Куда только запропастились его рабочие? Вернее, рабочий. Извини, Барнаби. – Она на секунду посмотрела на небо.
– Я думаю, Болт не заплатил Магнусу, и тот объявил забастовку.
– Это точно замедлит стройку. – Корали наклонилась ко мне и понизила голос: – На прошлой неделе я стригла Эндрю, и он рассказал про отчаянное финансовое положение старины Теренса, предположив, что он взял слишком много проектов с ограниченными сроками и слишком много кредитов, поэтому теперь не способен выделить деньги на разработку пастбища. Информация подтверждает твою версию о невозможности заплатить Магнусу или другим строителям.
– Но обнаружение золота римлян облегчило бы ситуацию.
– Только не говори, что, помимо мозаики, Болт нашел еще и сокровища.
– Нет, просто он допускает такую вероятность, хотя я в ней сильно сомневаюсь. Это Фелисити подогрела его жадность, упомянув о случае с кладом в Тетбери, обнаруженны на раскопках в две тысячи десятом году. Пара горшков содержала золотые римские монеты общей стоимостью около четверти миллиона фунтов.
– Да, такое сокровище спасло бы Болта от финансовых неурядиц, – протянула Корали. – Может, нам скинуться всей деревней и купить ему металлоискатель? – Она снова взглянула на небо. – Кажется, я почувствовала каплю дождя. Он бы пошел на пользу моим бобам. Кстати, твои слова натолкнули меня на мысль о целой сумке с маленькими плитками, которую отдала мне Нелл за последнюю стрижку. Она дружила с фермером, жившим по соседству до того, как тот продал пастбище Болту. Уверена, именно оттуда они и взялись.
– А у тебя сохранилась та сумка? – спросила я, испытав прилив надежды.
Однако Корали покачала головой.
– Нет, я использовала плитки при изготовлении подставки для чайника и тогда очень радовалась дешевизне материала. Но если они и правда были частью римской мозаики, то клиенту повезло гораздо больше. Жаль, не припоминаю, кому продала изделие. Ладно, после драки кулаками не машут, ничего не попишешь. Нелл могла получить плитки и совсем из другого источника. Или я просто ошиблась. Они вполне могли оказаться современными и не особо ценными.
Я собрала оставшиеся от пирога крошки в аккуратную горку в центре тарелки.
– Если бы Нелл не умерла, то можно было бы спросить у нее. На данном этапе не помешало бы получить дополнительные свидетельства, что на пастбище находили предметы времен Древнего Рима. Уверена, Болт приложит все усилия, чтобы выкрутиться из ситуации.
– Но ты вполне можешь пообщаться с Нелл когда угодно, – прокомментировала Корали, со звяканьем опуская чашку на блюдце.
– Только не говори, что веришь в загробный мир и ясновидение – один из твоих талантов.
Меня бы это не удивило, но я совершенно не хотела соглашаться на спиритический сеанс. Кроме того, показания с того света вряд ли приняли бы в суде.
Мистика и сверхъестественные явления пугали меня еще с тех пор, как мы с подругами воспользовались доской для вызова духов во время совместной ночевки, получив крайне странные послания от покойного дядюшки одной из присутствовавших. Конечно, годы спустя я поняла, что та просто всегда первая касалась указателя пальцем и двигала его, направляя к нужным буквам, чтобы получить ответ.
– Медиумы-шмедиумы, – отмахнулась Корали со смешком. – С чего ты вообще взяла, что Нелл в загробном мире? Она жива и здорова, просто переселилась в дом престарелых в Уэнделбери.
– Где это? Далеко отсюда?
Название звучало знакомо. Майлз Суонсон предлагал посмотреть в той деревне коттедж, но я отказалась, так как уже влюбилась в лавку древностей Скромной Гордости.
– В двадцати минутах езды на машине. Если ты заранее предупредишь, уверена, в доме престарелых разрешат навестить Нелл. Она очень общительная и до сих пор сохраняет ясность ума. Просто слишком слаба физически, чтобы жить одной и ухаживать за домом в таком возрасте.
Я всплеснула руками, едва не опрокинув столик, и воскликнула:
– Почему мне раньше никто об этом не сказал? Все говорили о Нелл таким скорбным тоном, что создали вполне однозначное впечатление, будто она умерла при трагических обстоятельствах. Вот я и боялась расспрашивать о деталях, чтобы никого не расстраивать. Включая себя, если бы оказалось, что ее настигла ужасная гибель в моем коттедже.
Корали откинулась на спинку стула, накренив его на две ножки, и расхохоталась.
– Обязательно расскажи эту историю Нелл. – Она посмотрела на часы. – Ой, мне уже пора бежать, или Моди Фрэмптон заявится на порог салона раньше меня. Дай знать, нашли ли вы общий язык с Нелл, и обними ее от моего имени.
Только когда она подхватила свой лоскутный баул со спинки стула, я заметила повязанный на ручке шарфик веселой расцветки, почти один в один похожий на тот, которым едва не задушили Фелисити.