Лидория

Глава 15. Магия близости

Несколько дней меня никто не беспокоил, я надеялась, что мне станет легче и я успокоюсь, но легче не становилось. Ашинар посылал прислугу разузнать, все ли у меня хорошо, но сам, к счастью, не тревожил меня, хоть я и знала, что это ненадолго.

Ближе к ночи, когда замок уже собирался ко сну, я стояла у окна, мне нравился открывающийся вид из этой комнаты. За окном в ночи весело и ярко поблескивали огни замка и близлежащего поселения, создавая атмосферу волшебства. Пальцы всё ещё помнили тепло его кожи, губы — вкус поцелуя, а тело — силу его объятий. Я тряхнула головой, пытаясь отогнать наваждение.

— Он просто лживый манипулятор, — твердила я себе. — Использует меня ради замка, ради своей власти. Не поддавайся, Ника! Не хватало еще влюбиться в этого самоуверенного дракона.

Но сердце шептало другое. Там, в Башне Трёх Лун, когда наши магии сплелись, я ощутила нечто большее, чем просто ритуал. В тот миг, когда его губы коснулись моих, мир перестал существовать. Остались только мы, два потока, слившиеся в один, наши силы, наши тела.

Я обхватила себя руками, пытаясь унять внутреннюю дрожь. В груди бушевала буря противоречивых чувств: гнев, обида, недоверие и в то же время странное, пугающее притяжение к этому опасному, загадочному существу, окружившему себя мрачной репутацией.

Внезапно за спиной раздался тихий звук, едва уловимый шорох, словно кто‑то переступил порог. Я резко обернулась, уже догадываясь, кого я там увижу. Он не мог отсиживаться на расстоянии от меня слишком долго, эти несколько дней свободы и так были роскошью. Нам предстоял еще один обряд Единения, и мы не оговаривали, когда это должно случиться, но полагаю, что в ближайшее время.

Ашинар стоял в дверях, залитый мягким светом, исходящим от камина. Его силуэт казался таинственно притягательным, а глаза мерцали разноцветными отблесками. Он не вошёл, просто стоял там у двери, глядя на меня так, будто видел насквозь. Мое сердце сжалось под натиском обуревающим меня чувств к этому мужчине.

— Я не могу оставить тебя и не хочу отпускать, — произнёс он тихо, и в его голосе звучала непривычная, почти уязвимая нотка. — Не теперь, когда всё только началось.

— Ты уже ушёл, — бросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — И очень вовремя. Как-то же ты справился несколько дней.

— Ушёл, потому что ты настояла, — он сделал шаг вперёд, но остановился, словно боясь спугнуть меня. — Но не перестал думать о тебе ни на мгновение.

Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри всё сжимается от его слов. Только не это, только не сладкие речи, намекающие на привязанность этого мужчины. Я не хочу этого знать, не хочу и не могу доверять ему. Мы с ним не пара, я обычная девушка, а он дракон. Который скрывает не одну тайну, который славится чудовищем, хотя в действительности оказался спасителем Лидории. Я просто не могу быть рядом с ним, такие истории не для меня, мое место в Ветренном крае, а не в этом холодном, будто неживом замке с его странными полуодичалыми обитателями.

— Зачем ты пришел? — спросила я, стараясь говорить холодно. — Чтобы снова убедить меня в том, что всё было неизбежно? Или чтобы напомнить о следующем обряде? Так я не забыла, я помню.

— Чтобы сказать правду, — он наконец пересёк порог и закрыл за собой дверь. — Да, обряд нужно будет повторить. Но не только поэтому я здесь.

Он подошёл ближе, но не слишком, оставил между нами расстояние, которое я могла бы преодолеть одним шагом или увеличить ещё на несколько, отступив назад, но я осталась стоять на месте. Не собираюсь трусливым зайцем бежать от него.

— Николь, — его голос стал ниже, бархатнее, — я не лгал, когда говорил, что вижу в тебе нечто большее, чем союзницу. Ты первая женщина за долгие века, кто заставил моё сердце биться не только ради долга или жажды власти.

Я замерла, не в силах отвести взгляд. В его глазах больше не было хищного блеска, только искренность, которую он больше не пытался скрывать. Или я видела в них только то, что желало видеть мое сердце. И когда только успела проникнуться к нему этими страстными чувствами, когда он обучал меня или когда сбежала от него, припоминая время, проведенное с ним здесь, его взгляды, нежные касания?

— Ты думаешь, мне легко было скрывать от тебя правду об обряде? — продолжал он. — Я боялся, что ты откажешься. Боялся потерять шанс спасти Лидорию. Но ещё больше я боялся потерять тебя. И страстно желал близости с тобой. Хотел этого до безумия, но ждать твоего согласия не хотел. Я поступил подло, но не жалею об этом.

Его слова ударили в самое сердце. Я хотела злиться, хотела оттолкнуть его, но не могла. Потому что где‑то глубоко внутри знала: он говорит правду. Я знала, потому что и сама в тайне желала близости с ним, просто запрещала себе думать о том, что он испытывает ко мне интерес как к женщине, я была поглощена изучением магии и мыслями о Ветренном крае, планом побега. Чем угодно, лишь бы не смотреть в глаза реальности.

— Почему именно я? — прошептала я, чувствуя, как дрожит голос. — Почему ты хочешь меня? Разве мало женщин вокруг тебя?

— Потому что ты единственная, кто видит во мне не дракона, не хранителя замка, инструмент власти и денег, а просто мужчину, — он медленно поднял руку и осторожно коснулся моей щеки. — Ты увидела меня настоящего, Николь. И это изменило всё. Ты знала обо мне столько лжи, но предпочла сложить обо мне свое собственное мнение, узнать, каков я на самом деле.

Моё дыхание сбилось. Я хотела отстраниться, но вместо этого сделала шаг вперёд, навстречу его прикосновению, это произошло против воли, мое тело само подалось к нему, нуждаясь в его близости, тепле и силе. Разум и чувства вели отчаянную войну.

— А если я не готова? — тихо спросила я. — Если я всё ещё злюсь на тебя?

— Тогда дай мне время доказать, что я достоин твоего прощения, — его пальцы скользнули по моей щеке, спустились к подбородку. — Дай мне шанс показать тебе, что наши чувства не просто часть обряда. Что они реальны. Показать, насколько сильно я желаю тебя.

Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Но его близость, его голос, его магия, всё ещё звенящая во мне, лишали воли. Очень сложно было сосредоточиться, сопротивляться магнетическому, почти животному притяжению.

— Хорошо, — выдохнула я, сама не веря, что произношу эти слова. — Я дам тебе шанс. Но только один. И если ты снова солжёшь…

— Не солгу, — перебил он, и в его взгляде вспыхнула такая решимость, что я действительно была готова поверить. — Клянусь.