Остров рома

Интермеццо 5

Когда Рокко Перри вышел из дома своей любовницы, моросил дождь, как и часто в это время. Зима уже отступила, но солнце на небе появлялось достаточно редко, а по вечерам с неба лилась вода. Он поднял воротник пальто, перешел через дорогу и сел в машину, которая ждала его на углу, там же, где и всегда.

Там стоял черный Паккард, который он купил в прошлом году, и который ему перегнали из Америки. А за рулем ждал все тот же водитель, что и всегда, молодой тихий парень Джузеппе. Он сопровождал своего босса почти всегда и везде, никогда не задавал вопросов, и ему можно было доверить любое дело, даже самое деликатное. А сопровождать босса к любовнице было делом достаточно деликатным.

Перри снял шляпу, стряхнул с нее капли дождя и сел в машину, на заднее сиденье.

— Домой, — сказал он.

— Да, дон Перри, — ответил Джузеппе и завел мотор.

Машина тронулась с места и покатилась по мокрому и блестящему в свете фонарей асфальту. Перри откинулся на сиденье, закрыл глаза и задумался о делах, которые предстояло решать в ближайшее время. И все они были связаны с Капоне.

Одну из крупных поставок взяли полицейские по ту сторону границы, и партнеры не получили того, что им полагалось, и теперь требовали вернуть деньги. Перри подозревал, что эти копы были связаны с Капоне, и что алкоголь на самом деле дошел до адресата, только через третьи руки и по совсем другим ценам, но высказать никому ничего не мог. Стефано Магаддино был мафиози старой школы, и просто так обвинить его было нельзя, к тому же никаких связей с аутфитом у него не имелось, по крайней мере явных. С Лучано вот были, но тот вообще уехал из страны налаживать свой бизнес на Кубе, и никакого интереса к северному соседу США не проявлял.

Чертов Аль, наглый выскочка. До чего же он уверенно вел себя, до чего же нагло, как будто совсем не боялся. Просто вошел в их страну, а Перри, несмотря на то, что был итальянцем, уже считал себя канадцем, выкупил треть алкогольной промышленности и считает, что не только не должен платить дань, а что может сам ставить условия.

И таких проблем было много, не крупных, но все они превращались в большой ком. А то, что начались они именно после появления Капоне, вполне однозначно указывало на их источник.

Открыв глаза, Перри заметил, что машина свернула куда-то не туда. Обычно они ехали по шоссе к дому на окраине города, но на этот раз Джузеппе повел автомобиль в сторону промышленного района. Фонари тут стояли редко, не горели через один, а прохожих на улице практически не было.

— Джузеппе, куда мы едем? — спросил Перри.

— На главной сегодня перекрыли дорогу, чертовы ремонтники, дон, — ответил водитель. — Так будет быстрее.

Чуть успокоившись, Рокко снова погрузился в свои мысли. Машина свернула один раз, другой, а потом повернула в сторону какого-то склада.

— Джузеппе, какого черта? — проговорил Рокко.

Он понял, что происходит что-то неправильное, нагнулся, потянулся к щиколотке, где носил небольшой револьвер, но не успел он сомкнуть пальцы на рукоятке, как Джузеппе резко затормозил, и Рокко швырнуло вперед. А когда он разогнулся, то увидел в руках водителя пистолет, направленный прямо на него.

— Что за… — начал было Рокко, но договорить уже не успел.

Первая пуля вошла ему в грудь, отбросив назад, на сиденье, вторая почти сразу же следом — в шею. Перри захрипел, чувствуя, как воздух проникает в его грудную клетку через не предназначенные для него отверстия, а по груди стекает кровь.

Он поднял руку. В тот момент он сам не понимал, чего хочет — то ли воззвать к милосердию, то ли напоследок проклясть собственного убийцу, но проговорить ничего так и не успел, потому что Джузеппе выстрелил в него в третий раз. На этот раз в голову.

И Рокко Перри, босс семьи Перри и фактический владелец провинции Онтарио, точнее всего ее криминального мира, перестал существовать.

Джузеппе посмотрел несколько секунд на своего босса, после чего вышел из машины, поежился — дождь шел, но он-то до этого сидел в теплой машине, и махнул рукой. Из-за открытых ворот склада выехала машина, а потом из нее вышло трое людей. Один из них — Луи Кампанья, которого Капоне не так давно отправил в Гамильтон, подошел и заглянул в машину, убедившись, что Перри мертв.

— Чисто сработано, — сказал он.

— Как договаривались, — ответил Джузеппе, явно переигрывая — ему было не по себе. Ведь он только что убил своего босса, и очень могущественного человека.

— Ты все правильно сделал, парень, — ответил Кампанья, запустил руку во внутренний карман пальто и достал из него толстый конверт. — Теперь ты в нашей Семье. Здесь двадцать тысяч долларов. Заляг на какое-то время на дно, а потом мы с тобой свяжемся.

Джузеппе взял конверт, сам не зная зачем, открыл его, увидел две толстые пачки купюр по сто долларов.

— Спасибо, мистер Кампанья, — проговорил он, пряча конверт во внутренний карман.

И в этот момент один из людей Кампаньи, стоявший чуть позади, сделал шаг вперед, обхватил Джузеппе рукой и одним отработанным движением всадил нож ему под лопатку, точно в сердце. Провернул и вытащил.

Джузеппе захрипел, судорожно пытаясь вдохнуть, упал на колени, а потом лицом вниз. Его убийца наклонился, вытер свой стилет о его пальто, после чего сложил и спрятал в карман.

— Тот, кто предал один раз — предаст и во второй, парень, — проговорил Луи, наклонился и забрал конверт с деньгами. Сунул его в свой карман, после чего обратился к своим: — Грузите его в машину.

Двое парней подхватили труп Джузеппе и усадили его на заднее сиденье рядом с его мертвым бывшим боссом. А потом Кампанья сел на пассажирское сиденье машины, один из его людей за руль. Третий же сел за руль второй машины.

И они поехали. Методика избавления от трупов была отработана еще в Чикаго, тем более, что у них поблизости тоже было большое и глубокое озеро, и на его дне нашла свой последний приют куча врагов «аутфита». Пришло время использовать для этого и Онтарио.

Кампанья подумал, что, наверное, эти озера будут преследовать Капоне всю жизнь.

Двумя машинами они поехали через безлюдные улицы Гамильтона в сторону берега озера Онтарио. А дождь, продолжавший идти, уже смывал пятно крови, оставшееся у склада.

Место, выбранное для последнего пристанища Рокко Перри, оказалось заброшенным причалом. Когда-то его использовали для погрузки угля для пароходов, которые путешествовали по озеру, но компания давно разорилась, и про него забыли. Здесь не было никакого освещения, ржавые конструкции едва угадывались в темноте ночи.