Страница 56 из 84
В кубрике меня ждали ужин, принесенный Мери с камбуза по случаю моего ранения (без комментариев, штатно, как термос), подробный пересказ моего же выхода от Дэйва, в котором я выглядел вдвое лучше, чем был, и уведомление на планшете.
«Входящее видеопослание, 1 шт., хранение оплачено отправителем».
Я посмотрел на уведомление. Потом на свой замотанный палец. Потом на часы: до отбоя сорок минут, очередь к терминалу минут двадцать, потом перевязка утром, потом наверстывать конспекты за день, потом зачетная неделя на носу, и я сказал себе то, что говорил в этом семестре уже дважды и что оба раза оказывалось враньем:
— После зачетов.
Непросмотренных стало три. Три послания лежали на узловом сервере, оплаченные вперед диспетчерской зарплатой, и ждали, пока у сына дойдут руки. Руки, вот они: одна с сарделькой, вторая целая. Сорок минут до отбоя, вот они. Терминал, вот он, за стенкой.
Я не пошел. Лег, отвернулся к переборке и уснул, и совесть моя, натренированная не хуже полки, позволила, только скрипнула на засыпании: врешь ведь. Не после зачетов. Просто каждый раз, когда мать с экрана говорит «работай, сынок», у тебя внутри что-то сжимается на размер, которого ты боишься.
Врал. Конечно, врал. В пятнадцать лет вранье самому себе, это не порок, это несущая конструкция. Снести ее можно, я потом проверял. Только сносить надо, как несущую: подведя сначала новую опору. А новой опоры у меня в ту зачетную неделю не было, была только старая, со всех сторон подпертая: работай, сынок. Я и работал.
Но тетрадь, куда я перед сном все-таки дотянулся записать день, приняла всё, как принимала всегда, и последняя строка за то число вышла такая, с сокращениями, по-учетному:
«Выход: зачет, пара сраб. Палец: 1 ст., 3 сут. Ящер: „мальчик из ямы“, вар. нет, на полку. Посл.: непросм. 3 (!). После зачетов, чест. слово».
Восклицательный знак поставила рука. Честное слово написала тоже она. Обе, как выяснилось, знали мне цену.
А за строкой, ниже, оставалось пустое место, и в пустом месте, невидимая, жила арифметика, которую я старался не производить: зачетная неделя на носу, за ней вторая половина года, а в конце года, по гудению старшекурсников, всех ждал какой-то главный зачетный сценарий, о котором говорили с той особой интонацией, с какой у нас на Целине говорили про третье озеро. Времени было мало на все. Особенно на то, что «после зачетов»: у этого адреса, я уже подозревал, не существовало почтового отделения.