Страница 37 из 65
Ох, блядь, жидкость невероятная на вкус. Она сладкая, напоминает ананасовый сок, что вообще не имеет смысла, но я не могу насытиться. Я выпускаю кончик с лёгким звуком и облизываю губы.
— Мне нравится, — говорю я.
— Правда?
— Ты не представляешь, какой ты вкусный. Я пила бы тебя каждый день. Можно ещё?
Он кивает, и я чувствую, как он становится ещё горячее — его температура растёт.
Я закрываю глаза и теряюсь в этом процессе, двигая ртом вверх-вниз по его члену. На нём нет ни вен, ни бугров, и контраст между горячей сталью и прохладной смазкой кружит мне голову. Словно пьёшь холодный ананасовый сок в жаркий летний день. Я стону, качая головой, пытаясь взять его как можно глубже. Благодаря его гладкости это легче, чем обычно, я расслабляю горло и принимаю почти весь его объем, пока не чувствую, как головка упирается в самое горло.
Его яйца твёрдые, и я гадаю, просто ли это декор или они имеют реальное назначение. Я играю с ними в любом случае, разминая, пока работаю ртом над остальным. Хотела бы спросить его, но сомневаюсь, что он знает сам. К этому моменту я знаю его анатомию лучше, чем он сам.
Кастиен стонет и рычит надо мной, его руки впиваются в простыни. Я слышу, как ткань рвётся под его огромной силой.
— Тебе стоит остановиться, — говорит он, его голос звучит напряженно. — Или я… я не смогу… сдержаться.
Я двигаюсь быстрее вместо того, чтобы остановиться, глядя на него снизу вверх, желая, чтобы он видел: я даю ему разрешение. Я хочу этого.
Я хочу выпить его всего. Не могу насытиться его вкусом. Я всегда любила минет, но никогда не была фанатом вкуса спермы. Это то, что я могу терпеть, потому что хочу доставить удовольствие партнеру. Особенно когда встречалась с парнями, которые пили слишком много пива или курили, вкус был горьким и неприятным, и мне приходилось заставлять себя глотать. Но я могла бы часами сосать идеальный член Кастиена только ради того, чтобы получить больше этой ананасовой жидкости. Если его Эфирное Ядро на вкус такое — значит, я хочу съесть его. Короче говоря, я хочу пожрать его сердце.
Он кончает с громким стоном, и его серебристое семя заполняет мой рот, освежающее и сладкое. Я проглатываю всё. Новая порция пульсирует наружу, и я слизываю каждую каплю, не желая тратить ни грамма. Я облизываю его, вычищая всё дочиста, проводя языком по каждому сантиметру стали, чтобы убедиться, что забрала всё.
Он обмякает, и матрас пружинит под его весом.
Я забираюсь на него сверху и усаживаюсь верхом, прижимая свою киску к его члену. Он всё ещё твёрд. Я вся в поту, капли стекают по позвоночнику и между грудей, в то время как он лежит подо мной, выглядя безупречно и первозданно.
— Ты когда-нибудь бываешь мягким? — спрашиваю я.
— Только не тогда, когда я рядом с тобой, — отвечает он.
— Ты был твёрдым всё это время?
— С того самого момента, как встретил тебя.
Его признание заставляет мои глаза закатиться. Я прикусываю губу и начинаю тереться киской вверх-вниз по его длине, покрывая его своей влагой. Он кладёт руки на мою грудь и разминает её, и жар от его ладоней заставляет меня ахнуть. Я выгибаю спину и трусь о него сильнее. Он плавно скользит между моих складок, и давление на клитор почти заставляет меня кончить снова.
— Я могла бы кончить только от этого, — говорю я. — Но я хочу, чтобы ты был внутри меня.
— Я хочу быть внутри тебя, — говорит он.
Я усмехаюсь.
— Хорошо, что мы хоть раз на одной волне.
Я обхватываю основание его члена и направляю головку к своему входу. Мы смотрим друг на друга, и это мгновение растягивается в целую вечность.
— Мне придется действовать медленно, — говорю я. — Ты… большой. Мне это нравится, но мне будет нелегко.
— Я в твоей власти, — говорит он.
Я слегка надавливаю, чувствуя, как обжигающая сталь раздвигает меня.
В моей власти. Он заставляет меня чувствовать себя такой могущественной. Чёрт возьми, я становлюсь зависимой.