Страница 72 из 81
— Альбина, это безответственно! — в очередной раз в сердцах бросил Кацолапов, резко дернув ремень дорожной сумки. — После того, что устроил этот ублюдок посреди бела дня, оставаться здесь — безумие. Мы забираем Танюшу на все лето, хоть это решено… Поехали с нами! Твой Костик — ответственный работник, он с утра до вечера в посольстве, ты будешь дома одна. Неужели ты не в состоянии подумать о безопасности⁈ Прошу тебя!
— Папа, оторвешь ручку, а новую сумку купить мы уже не успеем, — она посмотрела на часы. — Слишком поздно, все закрыто. В немецкой торговле есть только один недостаток: товаров полно, но магазины слишком рано закрываются.
— Я не об этом тебя спросил, Альбинка…
— Папа, хватит. Мы уже все решили, я никуда не полечу, — негромко ответила она. — Мой дом сейчас здесь, с Костей. Кузнецов выставил охрану. Все будет хорошо.
— Мне бы твою уверенность!
Тем временем Мирослава Семеновна постоянно обнаруживала, что забыла положить то кофточку внучки, то курточку, то ботиночки. Обнаружив очередную недостачу, она то и дело дергала мужа.
— Мира, прошу тебя, — наконец не выдержал он. — Не на Северный полюс едем. Домой, в Москву! Не хватит там ей какого-то барахла — пойдешь и купишь, если совсем припрет.
Жена чиновника посмотрела на него округлившимися глазами:
— Сеня, ты давно ходил по московским магазинам?
— Мира, зачем мне ходить по магазинам? — Кацолапова искренне удивил вопрос жены. — В конце концов, у меня для этого есть ты.
— Ах, я! — Мирослава Семеновна оторвалась от сборов и пристально посмотрела на мужа.
Кацолапов понял, что погорячился.
— Мирочка, был не прав, прости старого дурака, — миролюбиво начал он.
Но было уже поздно. Глаза супруги метали громы и молнии. Обычно сдержанная и полная царственного достоинства, она сорвалась — недавний стресс не прошел даром.
— Эх, Сеня, Сеня! Вы там у себя в министерствах совсем от жизни оторвались. От народа! — холодно заметила Мирослава Семеновна. — Может, если бы вы хотя бы изредка спускались со своих номенклатурных облаков, так и пользы было бы больше…
— Мира, прошу тебя!
— Вот что я тебе скажу, дорогой: если Танечке чего-то не хватит, сам пойдешь за покупками.
Арсению Дмитриевичу стало не по себе. И даже не потому, что он давно уже забыл, как и где делают покупки обычные люди. Но Кацолапов хорошо знал свою жену: в случае чего, она от своих слов не отступится.
— Бери, что хочешь, — сдался замминистра. — Три чемодана — так три, четыре — так четыре. Если хочешь, можешь захватить Танечкино постельное белье.
— А что? Это идея! — Мирослава Семеновна грозно зыркнула на мужа, аккуратно сворачивая маленькое байковое платьице. — Ты проверил, билеты на месте? Это тебе не Москва, никто ждать не будет.
— Мира, все на месте. Я проверил!
— Кузнецов обещал, что машину до аэропорта будут сопровождать его люди. Это в силе?
Кацолапов тяжело вздохнул, поправил роговые очки и подошел к жене, бережно опустив руку ей на плечо.
— Все под контролем, дорогая. У нас будет «зеленый коридор» от самого дома. Вопрос нашей безопасности находится на личном контроле министра Бара. Посольство со своей стороны сделает все необходимое.
Танечка не знала, как себя вести. От переполнявших девочку эмоций хотелось то плакать, то смеяться. Здесь, в Бонне, у нее уже появились друзья, а там, в далекой Москве, все казалось новым и непривычным.
— Татка, не грусти, — Альбина легонько хлопнула дочку по руке, — поедешь с бабушкой и дедушкой на дачу. Там река, ребята, найдешь себе новых друзей, А когда вернешься, у тебя появится новое занятие: будешь писать им письма и рассказывать про Германию. Они тебе будут отвечать… Это очень увлекательно…
— Мамулечка, а как же я буду без тебя, без папы?
— Кто там собирается скучать без папы? — Стрелец подхватил дочку на руки и закружил по комнате.
Впервые за последние дни он вернулся с работы в превосходном настроении. Все необходимые шаги были предприняты, ловушки захлопнулись, компромиссы согласовались. Оставалось только ждать результата.
— Малыш, ты заметить не успеешь, как закончится лето, и снова будешь дома, — произнес он, поправляя девочке непослушную прядь. — Поверь мне, мама знает, что говорит!
Июнь 1973 года. Лесная дорога в районе замка Бирлингховен
Ночной туман лениво наползал из низин, окутывая вековые деревья. Раскаленный за день асфальт все еще отдавал сухое тепло, но здесь, в лесной глуши, воздух уже стал сырым и прохладным. На узкой извилистой дороге, огибавшей замок Бирлингховен, американцев ждала засада генерала Вольфа.
В глубине лесной просеки, полностью скрытая за раскидистыми ветками елей, притаилась оперативная машина. У самой кромки шоссе, демонстративно стоял зелено-белый «Фольксваген» с проблесковым маячком на крыше и надписью «Polizei» на борту. Все выглядело так, словно обычный дорожный патруль Северного Рейна-Вестфалии выставил рутинный пост для проверки документов в связи с объявленным планом «Перехват».
Капитан Ханс Вернер, командир диверсионной группы Штази «Молния», небрежно прислонился к крылу патрульного автомобиля. На нем была форма западногерманского полицейского, в кобуре на поясе лежал уставной «Вальтер-П1». В Главном управлении разведки МГБ ГДР Вернер имел репутацию одного из самых безжалостных и результативных ликвидаторов. Но сегодня приказ был однозначным: взять объект и доставить его в Берлин живым.
Вернер взглянул на часы. Стрелки неумолимо приближались к половине второго ночи.
Из лесного массива бесшумно, словно материализовавшись из самого тумана, вынырнул его напарник, одетый в гражданское:
— Командир, Бад-Годесберг подтверждает: американский фургон технического обслуживания покинул посольство через слепую зону парка. Немцы ничего не заметили. Машина движется строго по маршруту — прямо к нам в лапы. Скорость высокая, идут под сотню. Будут через пару минут.
В глазах Вернера вспыхнул хищный огонь. Миша отдал приказ работать ювелирно, без единого лишнего выстрела.
— Всем, всем — полная готовность, — негромко скомандовал капитан. В ответ рация коротко затрещала. — Напоминаю: брать живым! Живым!
Впрочем, Вернер мог и не напоминать. Его люди были слишком хорошо обучены, чтобы допускать подобные ошибки и нарушать приказы шефа.