Страница 77 из 78
Я посмотрел на кокон и сплюнул. Как только я стану столпом мироздания, на меня тут же навешают ограничений, и я превращусь в того, кто может лишь точечно вмешиваться в дела смертных и, вообще, моя жизнь радикально изменится. Я, конечно, подозревал что этот день настанет, но не думал, что так быстро.
— Старик, — воскликнул я в пустоту неба, — ты ведь не думаешь, что я смогу склонить голову перед небесами и превратиться в жалкого божка, что только и может, что интриговать? Если так, то вы с Хроносом два дурака.
— Я и не сомневался, — рядом возник дед.
Выглядел он в точности так, как и в моём детстве: клочковатая жидкая бородка, лицо, состоящее из морщин, и мудрые с искорками смеха в глубине глазами.
При его виде в горле встал комок. Дедушка. Человек, которого я безмерно любил и буду любить, висел передо мной полупрозрачной тенью себя прежнего.
— Поэтому мы выбрали тебя. Ты, тот кто может изменить не только мир, но и всё сущее. Мы верим в тебя, и я так тобой горжусь, внучок. Лучшего внука и пожелать было нельзя.
Он подплыл ко мне и обнял. Я ощутил его прикосновения, тепло и любовь, что он пронёс даже сквозь смерть.
Он отстранился от меня и посмотрев в глаза сказал:
— Прости старого дурака за то, что обрёк тебя на все эти испытания. За то, что отобрал дом и семью. За всё, — его глаза намокли.
Я широко улыбнулся:
— Спасибо, что был со мной и поделился своей мудростью. Я не оплошаю.
Дед утёр слёзы и тоже улыбнулся.
— Я не знаю, как тебе стать старшим богом, но Хронос просил передать, этот невыносимый бог, всегда всё знает, и то, что твоя душа позовёт мою в этот самый момент, — он прочистил горло, и пародируя бесстрастность бога времени продолжил: — Стать старшим богом не сложно, отринь всё или же прими.
Я моргнул и несколько секунд глядел на виноватое лицо своего деда, который разводил сейчас руками, а потом засмеялся. Где-то с минуту я не мог остановиться, а когда утёр слёзы и отдышался, произнёс:
— Спасибо за то, что передал совет. А теперь мне пора.
Дед удивлённо посмотрел на меня, а я, улыбнувшись ему, переместился к кокону, в котором зарождался старший бог Чермак. Я уже точно знал, что буду делать. И нет, я не буду исполнять чужие мечты и чужие желания. У меня есть моя цель — стать самым сильным во вселенной, и я теперь точно знаю, что должен сделать, чтобы достичь её!
Коснувшись рукой шершавой поверхности, я произнёс:
— То, что ты оказался в этом мире — неизбежность. Как и наша встреча. Если я стану богом времени, то мироздание не позволит мне достичь поставленных целей, как бы я не старался. Но есть один вариант, — на этом я с силой вогнал золотой меч в поверхность кокона и надавил со всей силы. Для этого пришлось сконцентрировать всю дарованную Хроносом силу в одной точке на острие.
Существо внутри сопротивлялось, но я вливал всё больше и больше сил пока не достиг центра, где был Чермак и его жертва.
— Даже если ты поглотишь его, то это лишь временно избавит тебя от голода, — прошептал я.
— Ты не можешь этого знать, — прошептали мне в ответ.
— Я уже убивал тебя, — и с этими словами направил ментальные образы своих воспоминаний из клетки демонических душ. А так как менталист из меня специфический, то Чермак ощутил всю ту боль, что я причинил его телу в том измерении.
— Это действительно я… — с ужасом в голосе произнёс он.
— Сколько бы ты ни ел, всегда будет мало. Ты демон обжорства и на этом всё сказано.
— Но в этом… в нём так много силы, она кажется безграничной.
— Его источник временный. Он где-то занял эти силы чтобы убить меня и уничтожить империю. Ты это уже должен был понять.
Около минуты мой странный собеседник молчал, после чего всё же спросил:
— И что же делать?
— Первое — ты покинешь тело этого парня, — заявил я.
— И тогда ты убьёшь меня, — тут же сделал свои выводы Чермак. — Да и я не понимаю, что ты говоришь, — тут же добавил он, явно находясь в смятении от своей первой фразы. Видимо, он убедил себя, что является одним целым с носителем и не разделяет его и себя, но при этом всё же понимает где-то на подсознании, что всего лишь паразит.
— Я не убью тебя, клянусь.
— Тогда что ты предлагаешь? Как утолить этот голод?
— Я приму тебя, и мы станем единым целым.
Повисла тишина, и даже пульсирующие бронзовые прожилки перестали светится.
— И это поможет? — осторожно произнёс Чермак.
— Пока не попробуем, не узнаем, — хмыкнул я и, вытащив клинок, засунул в образовавшуюся брешь руку по самое плечо. — Клянусь, что не уничтожу тебя, когда ты освободишь тело этого человека.
— Я принимаю, — донёсся голос, и я ощутил, как в руку потекла энергия.
И было её столько, что, когда она добралась до сердца, я потерял концентрацию и свернувшись в позу эмбриона, понёсся вниз.
В ушах завывал ветер, но я не обращал на это внимание. Всё моё естество сосредоточилось на одной единственной задаче — не потерять себя. Приняв Чермака, я чувствовал, как он пытается подавить мою волю и разум, а ещё всю ту мощь, что он поглотил у Морфея. Я ощущал, как сердце и источник претерпевают изменения, как мышцы становятся крепче, а волшебная энергия — плотнее.
А ещё мне было БОЛЬНО. Настолько, что я не мог дышать, но я не терял присутствия духа и сражался.
В некотором роде, сделка была весьма простой: я впускаю в себя Чермака, а дальше, кто победит в сражении за тело, тот и останется жить.
Для меня же победа в этом поединке не только жизнь, но и свобода, а одно без другого быть не может. Мне совсем не улыбалось стать вторым Хроносом, жить бесконечную жизнь бесправной опорой мироздания, вроде как могущественной, но с такими ограничениями, что даже смерть представляется как роскошь. Если же я поглощу Чермака, то его сила станет пожирать бесконечную энергию старшего божества и я смогу стать опорой для вселенной, но при этом не ограниченным по всем фронтам. Я не был уверен, что это сработает, но… Хронос в это верил или знал. Поэтому я не смог выследить и убить Чермака там, в кемеровской тайге. Хронос не желал мне своей судьбы и дал мне шанс.
Чёртов бог времени оказался куда человечнее, чем хотел казаться. Вот же…
Я выдохнул и сначала подчинил боль, благо с ней у меня близкое знакомство, благодаря ментальному аспекту. После чего обратил взор внутрь себя и ясно увидел щупальце. Оно было склизким и черным, а ещё совсем небольшим, размером с мелкую рыбёшку.