Страница 83 из 110
Я ждал, пока все соберутся, стоя у доски, спокойный, как удав.
Все были в сборе и готовы к работе. Отлично. Обойдемся без долгих вступлений и мотивационной чуши — такой команде не нужны речи, им нужна конкретная задача.
— Ребята, — сказал я спокойно, указав на дату на доске. — У нас есть две недели. Ровно четырнадцать дней. Через две недели мы должны показать рабочий прототип не здесь, на стендах, а на реальном проблемном доме.
Я сделал паузу, давая словам впитаться.
— Я не буду вам толкать речи про высокие ставки. Мы тут все из тех, кому «больше всех надо». Но теперь «надо» сделать это быстро. Либо мы сейчас вкалываем так, как никогда в жизни, с минимумом сна и отдыха, либо можем сворачивать эту лавочку и идти дальше перебирать бумажки и получать свою зарплату. Выбор за вами.
В лаборатории стало тихо. Вот так. Просто и прямо. Без пафоса. Да или нет. Я им не начальник, который приказывает. Я лидер проекта, который объяснил ситуацию и обрисовал цель. Дальше выбор за ними. И в этом выборе я совершенно не сомневался, зная этих ребят.
Конечно, мне не хотелось загонять людей. Я считал, что успех руководителя определяется тем, насколько расслабленно могут работать его сотрудники, при этом выдавая нужный результат. В прошлой жизни без проблем прощался с управленцами, которые выполняли и перевыполняли план, но при этом держали сотрудников за рабов без права на сон, отдых и жизнь вне работы, то и дело щелкая хлыстом.
Но сейчас — всего две недели. И потом можно будет немного выдохнуть. И я буду с ними. Такая у меня жизненная позиция, настоящий лидер не имеет права присесть, прилечь, поесть, попить, посрать, поспать, пока у последнего из его людей не будет такой возможности. А еще, если он может себе позволить ничего не делать — то зачем он такой вообще нужен?
Тишину нарушил Илья. Он сделал шаг вперед, на его лице все уже было написано.
— Две недели? Дмитрий Сергеевич, да я вам эту железяку за одну соберу! Только дайте мне официальное разрешение на доступ к складу списанного оборудования. Там такие кристаллы валяются, такие катушки — закачаешься! Мы из этого хлама конфетку сделаем!
Василиса медленно покачала головой. Она подошла к доске, взяла другой мелок.
— Это безрассудно, — ее голос был холодным, но деловым. — Система не откалибрована. У нас есть рабочая формула для одного типа отложений. Для одного! А в реальной проводке их могут быть десятки. Риск паразитных резонансов, который может разрушить кабель, равен девяноста процентам.
Она начала быстро писать на доске формулы и перечень рисков. Я смотрел на ее записи и кивал. Она была права. Но это была правота теоретика.
— Риск есть, не без этого, — сказал я, когда она закончила. — Но скажите, Василиса Дмитриевна, что хуже — рискнуть с работающим прототипом и в худшем случае его потом допилить, или сто лет разрабатывать идеальный чертеж?
Она замерла с мелком в руке.
— Провал — тоже результат, — продолжил я, глядя ей прямо в глаза. — Он покажет нам узкие места. Он даст данные для работы. А успех.. Успех даст нам все. Финансирование, оборудование, людей. Свободу делать то, что мы считаем нужным, а не то, на что хватит бюджета.
Финансирование и люди — это правда, но не вся. Главная цель аврала — шум. Нам нужна огласка. Нужно вытащить проект на свет, ведь это лучшая защита от тварей, привыкших к темноте. Газетные заголовки работают надежнее защитных заклинаний: если о нас узнает вся губерния, убрать нас по-тихому станет себе дороже.
Василиса несколько секунд молчала, глядя на доску. Потом резким движением стерла свой список рисков.
— Хорошо, — сказала она. — Тогда нам нужен план. Декомпозиция задачи, — она начала чертить на доске блоки. — Блок питания. Блок генерации поля. Блок управления. Илья, тебе — первые два. Мне — третий. Дмитрий Сергеевич, на вас — алгоритм аварийного отключения и общая интеграция.
Мария поставила поднос на стол, всем своим видом выражая исключительную решимость.
— А на мне — кофе, еда и чтобы вас никто не трогал. Все заявки, все бумаги — я беру на себя.
— Вот и отлично, — тут же подхватил я. — Как раз по бумажной части есть первое и самое срочное задание. Нам нужен ордер на полевые испытания от городской Управы. Доступ в подвал, временное отключение энергии. Без этой бумажки через неделю мы со своим прототипом дальше порога лаборатории не уйдем.
Я быстро набросал на листке суть запроса, адрес дома. Для меня это была просто еще одна задача в общем плане, формальность. Я и представить не мог, что эта рутинная, казалось бы, бумажка станет первым выстрелом в нашей маленькой войне.
— Справитесь? — спросил я.
— Будет сделано, Дмитрий Сергеевич, — без тени сомнения ответила Мария, забирая листок. — Сегодня же все подготовлю и подам.
Она развернулась и почти бегом направилась к своему столу, уже на ходу доставая планшет, чтобы найти нужные бланки.
Вот. Вот это команда. Илья — мотор. Готов пахать. Василиса — мозг. Уже не спорит, а ищет решение, пускай и не переставая ворчать. Но главное — если до меня ей дела нет и не было, то вот проект.. Проект для нее был важен. Это ключевая перемена.
Без Марии мы бы потонули в бюрократии через день. Они были в деле. Все. Теперь главное — не мешать им работать, а только направлять. И делать свою алгоритмическую часть, без которой никакого чуда не будет.
Марафон начался.
Я сразу подписал Илье все необходимые бумаги, и он с горящими глазами умчался на склад. Вернулся через пару часов с левитирующей тележкой, доверху заваленной тем, что любой другой назвал бы хламом. Но он всем своим видом напоминал кладоискателя, а не мусорщика. К вечеру он уже начал паять.
Тем временем Василиса, окруженная горой древних фолиантов и современных научных книг, исписывала свои блокноты. Она бормотала что-то себе под нос и периодически подходила к измерительному стенду, чтобы провести короткий тест, сверяя свою безумную теорию с практикой.
Я же продолжил работать над «мозгами» нашего аппарата, поскольку моя задача была самой сложной — написать для этого всего управляющую программу. Только вместо кода у меня были руны, а вместо компилятора — собственная голова.
Принципы этой алгоритмической магии мы с Баюном уже обкатали в теории. Я потратил не один вечер, пытаясь сплести простые заклинания в логические цепочки. Но то было гораздо проще. Сейчас же нужно было написать первую в мире рабочую программу для конкретного сложного устройства.