Страница 39 из 67
Глава 13
В моей камере, несмотря на крошечные размеры, было некое подобие удобств. Вдоль одной из стен даже стояла кровать, и я села на нее, забравшись с ногами, потому что по полу нещадно сквозило, а смерть от переохлаждения в мои планы не входила.
Я не знала, сколько прошло времени до того, как в коридоре за пределами моей темницы зажегся огонек. Кто-то приближался, и судя по тому, какими легкими были шаги – ко мне пожаловал не один из стражников. И верно, вскоре в небольшое зарешеченное окошко заглянула девушка, светлая эльфийка, такая красивая и сияющая, что я мгновенно почувствовала себя лишь жалкой тенью.
Она не была похожа на служанку, которая принесла мне поесть, и живот ощутимо сжался, потому что я сначала толком не позавтракала, потом не смогла заставить себя пообедать, а ужин для узников, похоже, и вовсе не предполагался.
— Ты хорошо смотришься там, темное отродье, – подняв факел повыше, произнесла девушка.
Жмурясь от неожиданно яркого света, я поднялась с кровати и подошла ближе.
— Кто вы? – спросила я, и мой голос прозвучал немного простуженно. В камере было достаточно холодно, чтобы я успела продрогнуть, но в душе все еще теплилась надежда, что мое заточение не продлится долго. Возможно, это все какое-то недоразумение. К тому же, если Дамиан уехал один, то его друг, Этрэйн Элланд, остался во дворце, и он точно заинтересуется, что со мной произошло.
— Ты еще смеешь спрашивать, кто я? – повысила голос эльфийка. – После того, как заняла мое законное место?
Оу! Должно быть, это та самая невеста Дамиана, о которой говорил его брат.
— Это по вашему приказу я здесь? – спросила я, стараясь сохранять спокойствие. С одной стороны, я могла понять эту несчастную девушку, жених которой неожиданно женился на другой, еще и на дочери врага. А с другой – у меня просто не было иного выбора, и я не чувствовала себя виноватой за то, что заняла чужое место.
— Будь моя воля, тебя бы казнили, – со злостью прошипела эльфийка. – С особой жестокостью, как ты того заслуживаешь, темное отродье. Но и этой темницы вполне достаточно. Владыка не станет тебя здесь искать, он тебя даже не хватится, решит, что ты трусливо сидишь в своих покоях, боясь высунуть нос.
Похоже, она была полностью уверена в своем плане, и желудок вновь скрутило от дурного предчувствия. А что, если Дамиан не вернется? Что, если мой отец устроит ему ловушку? Или это вовсе не он прислал то приглашение? Что, если это опять происки Лисандра, который все еще надеется получить меня обратно и законно занять трон Сумеречного Континента?
— А что мешает меня казнить? – стараясь, чтобы голос не дрожал, спросила я. – Не хватает власти? Или есть другая причина?
— Ты пока что нужна живой, – процедила эльфийка и внезапно усмехнулась. – Но не здоровой. Готова познакомиться поближе со своими охранниками? Будешь с ними ласковой и, возможно, они тебя не сильно покалечат.
Как она, девушка, могла говорить подобные вещи? Неужели в ней столько ненависти, что она без раздумий готова отдать меня на растерзание? А как бы на ее месте поступила я?
— Я живой не дамся, – предупредила я. – Если ко мне хоть кто-то прикоснется, в этой камере найдут мой холодный труп. Но решать, конечно, тебе.
Пусть у меня не было магии, но постоять за себя я могла и без нее. И если кто-то из охранников действительно рискнет ко мне сунуться, чтобы немного поразвлечься, он вполне вероятно получит несколько травм, не совместимых с жизнью.
Я не знала, подействовала ли моя угроза, но глаза эльфийки опасно прищурились.
— А знаешь, – сказала она задумчиво. – Ты права. Я не стану тебе вредить. Тем слаще будет наблюдать, как Дамиан сам, своими руками, оторвет тебе голову. А потом мы с ним поженимся.
Я вполне могла представить подобный сценарий, но отчего-то угроза не подействовала. Сердце не сжалось в испуге, дыхание не перехватило. Дамиан Морвейн был тем, кто сохранил мне жизнь. И я вполне допускала, что он же мог в любой момент передумать и эту жизнь отнять. Да, это было явным нарушением нашего с ним договора, но почему-то при мысли о смерти от руки моего светлого мужа внутри меня разливалось странное тепло, как будто я уже настолько ему доверяла, что совершенно не ждала угрозы с его стороны.
— Мечтать не вредно, – хмыкнула я и отошла от решетки, пока эта злобная девица не заплевала меня своим ядом.
Фыркнув, эльфийка удалилась, лишив меня единственного источника света. Ее шаги замерли где-то в конце коридора, и до меня донеслись тихие голоса. Но как я ни прислушивалась, разобрать ничего не удалось. А еще вечность спустя мне принесли ужин – миску с водой и черствую горбушку хлеба.
Так предсказуемо. И так мелочно.
Охранник, которому пришлось войти в камеру, чтобы оставить поднос, окинул меня плотоядным взглядом, но даже не попытался приблизиться.
— Зря ты ее разозлила, – сказал он, глядя, как я принюхивалась к воде. Отравы в ней вроде бы не чувствовалось, но без магии я не могла быть полностью уверена.
— Кого? – поинтересовалась я, сделав осторожный глоток и посмотрев на реакцию охранника. Но он наблюдал за мной спокойно, практически равнодушно, и я понадеялась, что он не настолько хороший актер, чтобы так искусно притворяться.
— Лессу Офелию, – пояснил мужчина. – Она теперь не успокоится, пока не сживет тебя со свету.
— Что ж, – я сделала еще несколько глотков воды и отставила миску в сторону. Кто знает, когда мне теперь в следующий раз принесут попить. – Пусть становится в очередь. Здесь, похоже, нет никого, кто не хотел бы меня убить.
Или изнасиловать.
Но этого я вслух не сказала, чтобы не провоцировать.
И охранник, тихо хмыкнув, ушел, снова оставив меня в темноте.
Судя по тому, что с тех пор мне еще несколько раз приносили поесть, и это было что-то более существенное, чем черствый хлеб, один день сменился другим. Я успела поспать на жесткой кровати, и, кажется, даже прекрасно выспалась, потому что больше делать в темнице все равно было нечего. Я измерила ее своими шагами вдоль и поперек. Четыре шага в одну сторону и пять шагов в другую. Наверное, будь я выше ростом, то не поместилась бы на узкой койке, что стояла впритык между двумя стенами.
Туалет и умывальник были за небольшой ширмой, поэтому у меня была некоторая приватность. Скорее всего, лесса Офелия не стала помещать меня в совсем уж нечеловеческие условия, чтобы, если Дамиан разозлится за эту выходку, его гнев был не так силен. Но если она думала, что заставила меня страдать…