Страница 9 из 13
Глава 2
Им не потребовалось много времени, чтобы найти место, откуда доносились звуки. В небольшой нише в центральном коридоре, который более или менее разделял дом на две части, стояла Анастасия фон Биверпелт и, похоже, вела интимный разговор со зверем, который показался Вере смутно знакомым. Анастасия склонялась вперед, приковав взгляд к морде собеседника.
Вера прищурилась, пытаясь вспомнить, кто же это. Это был самец выдры, на талии которого висел пояс с инструментами; одет в свободную рабочую одежду и кепку, по которой можно определить, что он является сотрудником компании «Этвотер и сын». «О, вспомнила», – подумала Вера. Она часто ходила по Речной улице и видела там деревянную вывеску с надписью «Этвотер и сын» над дверью обшитого вагонкой здания. Пока лисе не требовались услуги этой компании, но Ленор время от времени приглашала их для мелких работ у себя в магазине. Это была ремонтная служба, которая бралась за все: от мелкого бытового ремонта до сантехнических работ. Очевидно, этот самец выдры был «сыном». Он стоял очень близко к Анастасии, а для друзей просто Стасе, и что-то нашептывал ей в ухо. Его слова (что бы он там ни говорил) привели к застенчивому хихиканью, которое и вызвало такое сильное раздражение у Эдит.
– Анастасия фон Биверпелт! – рявкнула старшая бобриха. – Сколько раз тебе повторять? Что, ради всего святого, ты делаешь? Мистер Этвотер должен заниматься ремонтом мойки в кухне. Почему ты ему мешаешь?
– Я ему не мешаю, – возразила Стася. – Я тебе мешаю, Иона?
– О нет, Стас… я имел в виду, э-э… Она мне совсем не мешает, миссис фон Б. Мы просто… э-э…
Иона Этвотер запнулся, выглядел он робко и глуповато (насколько это возможно для выдры), при этом не встречался взглядом с Эдит.
– Надеюсь, вы помните, где находится кухня, мистер Этвотер, – заявила Эдит, в голосе которой явно слышался приказ туда отправляться.
– Конечно, миссис фон Б., – пробормотал он, отступая от Анастасии и кивая Эдит и Вере перед тем, как пойти в сторону кухни. Вера обратила внимание на то, как юная бобриха следила за каждым его шагом.
Поведение Анастасии сильно отличалось от того, как вел себя пристыженный самец выдры. Она явно была довольна собой и даже выглядела жизнерадостной.
– Ты что-то хочешь сказать мне, дорогая мама? – спросила она, подначивая Эдит.
– На самом деле хочу! – снова заговорила бобриха, гневно глядя на дочь. – Я не могу понять, почему ты продолжаешь порхать по жизни, словно ничего не изменилось. Мне бы хотелось, чтобы ты вносила свою лепту. Вместо этого ты отвлекаешь нанятого работника и не даешь ему выполнять то, ради чего его пригласили! Это неприемлемое поведение, ты понимаешь это?
Голос Эдит стал звучным – таким, каким она привыкла говорить на заседаниях советов директоров и всяких комиссий. Она прекрасно знала, как нужно выступить, чтобы заставить всех думать, что единственный разумный вариант – это делать то, что она только что предложила.
– М-м, я вас покину, чтобы вы могли продолжить дискуссию, – тихо произнесла Вера, не желая влезать в семейную ссору. Любопытство – это, конечно, хорошо, но всему есть предел.
Эдит удивленно повернулась к ней, и Вера поняла, что бобриха так расстроилась, что на некоторое время забыла о ее присутствии. Это объясняло срыв: обычная Эдит скорее предпочла бы умереть, чем выносить семейные дрязги на всеобщее обозрение.
Она быстро взяла себя в лапы и предложила официальным тоном:
– Позвольте мне проводить вас, мисс Виксен. – После этого Эдит гневно посмотрела на дочь и добавила: – Мы поговорим позже, дорогая.
– О, жду не дождусь.
Анастасия послала ей воздушный поцелуй и побежала наверх. Неодобрение матери ее нисколько не тронуло, и юной бобрихе было плевать на мнение Эдит об ее отношениях с «нанятым работником». Вообще-то было очевидно, что отношения Стаси и Ионы – это нечто гораздо большее, чем просто легкий флирт.
Мать молодой романтической натуры явно пришла к такому же выводу. Эдит вздохнула, покачала головой и больше ничего не сказала. Она проводила лису к входной двери с застывшим на морде выражением долгих страданий.
– Спасибо большое, Вера, за помощь с организацией мероприятия. Это важно для жителей нашего города, а я в последнее время уже на пределе сил, – заявила Эдит фон Биверпелт, явно пытаясь вернуть самообладание. – Я уверена, что в этом году «Гулянья среди цветущих яблонь» ждет настоящий успех.
– Вы правы, мэм, это нужно городу. Но еще много времени. Мы напомним горожанам, что мероприятие нужно посетить и принести пожертвования.
Вера попрощалась с хозяйкой, но, как только тяжелая дверь за ней закрылась, она услышала вопль Эдит:
– Стася! Спустись сюда немедленно!
Покинув дом, в котором разгорался семейный скандал, Вера направилась вниз по ведущей от особняка дорожке, чувствуя облегчение оттого, что удалось сбежать. Один раз гнев Эдит был направлен на нее, и об этом у Веры остались очень неприятные воспоминания, но ей удалось хорошо справиться с этим. Без сомнений, Стася сейчас получит от матери по полной программе. Но повлияет ли хоть как-то этот разговор на чувства юной бобрихи к новому кавалеру? Маловероятно. Анастасия росла, всегда получая то, что хотела. И если ей захотелось романа с определенным самцом, только дурак станет ей мешать.
Вера задумалась о том, как разные животные реагируют на перемены в жизни, вспомнила о знакомстве с Анастасией и ее сестрой-близняшкой, когда они считали себя наследницами без забот и проблем. Но, узнав после потери отца множество секретов о том, что происходило в Тенистой Лощине, они поняли, что особняк фон Биверпелтов больше не будет центром внимания, и оказались выброшены из своего маленького мирка. Тем не менее, несмотря на все это, Анастасия продолжала жить так, словно абсолютно ничего не изменилось. Она вела праздную жизнь и совершенно точно планировала так жить и дальше. В отличие от нее, Эсмеральда выбрала совсем другой путь. Она устроилась на работу в кафе «За кружечкой у Джо», что вначале вызвало ужас у ее матери. Эсмеральда стала зарабатывать деньги и завоевала уважение жителей города, которые думали, что больше трех смен она не продержится. Вопреки ожиданиям, у юной бобрихи все прекрасно получилось, и она быстро стала неотъемлемой частью коллектива кафе и всего города.