Страница 21 из 92
На ужин поел вчерашней курицы, и сделал себе бутерброд с сыром. А после ужина вновь занялся рисованием.
В голове до сих пор засели руки отца, и я решил их нарисовать. Грубые руки работяги, без прикрас. Что-то в них было.. настоящего. Это был один из рисунков чисто для меня, что-то, что просто хотелось запечатлеть.
После рисование продолжил изучение этого мира через «интернет». Читал всё подряд, историю, политику, экономику, спорт. Надо быть в курсе того, где я.
А потом отправился спать.
* * *
Утро по уже стандартной схеме прошло гладко. На завтрак сварил себе два яйца, и это получилось куда лучше, чем попытки приготовить кашу. И в принципе сытно.
Собрался, отправился на работу. Сегодня должна была прийти Катя, та самая девушка, которой я рисовал эскиз сирени ещё в первый день. Кроме того, двое людей должны были прийти на консультацию. Один перенёсся со вчерашнего дня, он вчера написал сообщение, что не успевает.
В общем, клиенты потихоньку появлялись. С такими мыслями я дошёл до мастерской, и сразу же заметил молодого человека, который ждал меня возле двери. Лет двадцати пяти, высокий, со светлыми волосами.
— Доброе утро, — поздоровался я с ним. — Вы ко мне?
— К тебе, — хмыкнул тот. — Ты же Артём?
— Артём Сергеевич Краснов, — кивнул я. — Проходите, пожалуйста.
Я открыл дверь мастерской и впустил его внутрь. Он зашёл, немного растерянно огляделся.
— Меня зовут Никита, — представился он. — И я пришёл поговорить о Соне.
Интересное начало.
— Давай поговорим, — вслед за ним я тоже решил перейти на «ты». И приготовился слушать.
— В общем, надо что-то решать, — заявил он. — С Соней. Потому что так больше продолжаться не может. И я решил, что надо обсудить это по-мужски.
— Можно добавить в твою речь больше конкретики? — попросил я.
Пока что ничего не понятно.
— Две недели назад мы с Соней переспали, — выпалил Никита. — Она мне давно нравилась, ну и.. Короче вот.
Интересный поворот. Соня, оказывается, изменила Артёму. Ещё задолго до того, как я попал в его тело. И после этого она решила устроить Артёму скандал из-за того «лайка», чтобы видимо выставить его виноватым и порвать с ним отношения.
Только вот Артём сначала в принципе не обратил никакого внимания на её истерику, а потом в его тело попал я. Не знающий этой истории, не знающий Соню.
— И что дальше? — поинтересовался я у Никиты.
Тот опешил.
— Ну, надо решать что-то с ней, — повторил он. — А то она тут начала мне твердить, что ты как-то там изменился, и что может всё у вас наладиться.
— Если девушка мне изменила — то между нами всё закончено, — спокойно отозвался я. — Такие у меня принципы.
И то, что изменяла она не мне, а Артёму, ни на что не влияет при этом.
— То есть ты.. не претендуешь на неё? — уточнил Никита.
— Нет, — развёл я руками. — Не претендую.
Даже наоборот, я был рад, что всё разрешилось таким образом. Сразу понимал, что с этой девушкой не выстроить никаких отношений. А тут ещё и выяснилось, что она изменила Артёму.
— Тогда.. без обид? — он неуверенно протянул мне руку.
— Без обид, — пожал я её.
Может у Артёма и были бы обиды на этого Никиту. Но меня вся эта история абсолютно не касалась, мне было всё равно.
— Тогда я пошёл, — всё ещё удивлённо проговорил Никита.
И вышел из мастерской.
* * *
В десять утра пришёл первый клиент на консультацию. Молодой парень, лет двадцати. Зашёл он в мастерскую очень неуверенно, опасливо оглядываясь по сторонам.
— Здравствуйте, — кивнул он мне. — Я Матвей. Я это.. записывался к вам.
— Я помню, — кивнул я. — Доброе утро, проходите, молодой человек. Располагайтесь на стуле.
Матвей неуверенно прошёлся по мастерской и присел на краешек стула. Полез в карман и извлёк оттуда свой телефон.
— Я это.. тату хочу. Вот, цену узнать пришёл, — он разблокировал экран телефона и сунул его мне под нос.
Там красовалось одно слово «Алина». Жирными толстыми буквами.
— Хорошо, — вежливо кивнул я. — Давайте по порядку, Матвей. Кто эта Алина, и для чего вам её имя на теле?
Парень пару раз моргнул.
— Это девушка моя, — ответил он. — Мы вот уже три месяца как вместе. И я люблю её! И хочу, чтобы она видела, как сильно я её люблю!
В моём мире такой сюрприз вряд ли привёл бы к восторгу дамы.
— Послушайте, Матвей, — спокойно сказал я. — За три месяца даже приличная рожь созреть не успеет. А вы хотите клеймить себя именем этой дамы, как лошадь клеймят перед скачками. Серьёзность и любовь доказывается не татуировкой, а поступками.
Матвей насупился, и скрестил руки перед грудью. Совсем ещё юнец, хотя по возрасту Артём не намного его старше.
— А что такого? — пробурчал он. — Вон Сашка набил себе имя Оксанки. И живут вместе между прочим!
— Значит Сашка ваш человек смелый, и готов на рискованные поступки, — ответил я. — А если завтра Алина решит, что другой кавалер ей милее сердцу? Вы будете искать другую Алину? А если вам понравиться дама с другим именем?
— Как странно ты говоришь! — отозвался Матвей. — При чём тут рожь, и что ещё за дамы сердца? Я люблю её!
Да, так просто моего юного клиента не переубедить.
— Расскажите, а чем ваша Алина отличается от прочих девушек, — взяв блокнот в руки, спросил я.
— Ну.. — он задумчиво уставился в потолок. — Алина спорт любит, и вообще за ЗОЖ. И яблоки постоянно ест, у неё даже парфюм с яблоками. Любит их, говорит.
— Яблоки, значит, — я вспомнил чудесный яблоневый сад в одном поместье, где мне довелось побывать. — Интересно.
Я быстро набросал несколько линий в своём блокноте.
— Предлагаю сделать так, — сказал я. — Не будем писать имя, а набьём тонкий контур яблока. Внутри в прожилке листа мы спрячем маленькую букву А. Это будет и красиво, и связано с вашей дамой. Если вы поженитесь — это останется вашим символом. А если расстанетесь, то это просто будет красивый рисунок, напоминание о пройденном этапе жизни.
Парень внимательно рассмотрел карандашный рисунок.
— А так-то неплохо! — заявил он. — Стильно так, и оригинально. Мне нравится.
— Отлично, — кивнул я.
— Когда сможем сделать? — тут же спросил Матвей. — Сегодня?
— Сегодня нет, у меня отведено время только для нашей консультации, — ответил я. — Приходите в пятницу, в десять утра. А пока предлагаю вам купить Алине настоящих яблок. Внимание дамы любят сильнее, чем рисунки на теле мужчины.
— Понял, — он явно приободрился и повеселел. — Тогда до пятницы!