Когда упало небо

Глава 4

Небо в огне.

До того, как первый город обратился в пепел, до того, как первая ударная волна сорвала плоть с костей, было мгновение всеобщего, немого созерцания. Мгновение, когда человечество и звери, разделенные континентами и языками, инстинктами и верой, одновременно подняли головы и увидели в небе знамения своего конца.

Уссурийская тайга, Дальний Восток России.

Тигрица, хозяйка здешних сопок, лежала на прогретом солнцем камне. У ее лап возились трое полосатых тигрят, неуклюже борясь друг с другом. Воздух был чист и пах прелой листвой и кедром.

Вдруг мать замерла. Уши её нервно дёрнулись, уловив низкочастотный гул, идущий не из леса, а будто из-под самой земли. Гул нарастал, превращаясь в громоподобный рев, от которого задрожали вековые деревья.

Тигрица вскочила, рыкнув на тигрят, заставляя их прижаться к земле. Она посмотрела на северо-запад, туда, откуда шел звук. И увидела…

Из-за горизонта, разрывая девственную синеву неба, ввысь устремились огненные столбы. Один, пять. Они оставляли за собой идеально ровные, широкие белые следы, будто гигантская невидимая рука расписывалась в небе огненными перьями. Это были межконтинентальные баллистические ракеты РС-28 «Сармат», прозванные на Западе «Сатаной». Они поднимались из своих шахт в глубине Сибири. Тигрица не знала, что это такое, но весь ее первобытный инстинкт кричал об угрозе. Она зарычала, яростно, бессильно, в пустое небо, на эти огненные письмена, предвещавшие смерть ее мира.

Северная Атлантика, круизный лайнер «Oasis of the Seas».

На верхней палубе гремела музыка. Диджей сводил очередной танцевальный трек. Сотни тел двигались в ритме у светящегося бассейна. Официанты разносили коктейли. Смех смешивался с криками чаек. Вечеринка была в самом разгаре.

Оливия Чен, устав от танцев, отошла к борту, чтобы посмотреть на океан. Она видела, как солнце садится за горизонт, окрашивая облака в розовый и оранжевый.

«Как красиво», — подумала девушка, радуясь тому, что все-таки отправилась в этот круиз.

И вдруг она заметила странные «падающие звезды», которые, однако, не падали, а наоборот, стремительно летели вверх, прямо из воды. Одна, вторая, третья… целая дюжина.

— Что это? — вырвалось у неё.

Оливия оглянулась. Другие люди также застыли в изумлении. Кто-то снимал на телефон всё происходящее. Девушка не сомневалась, что уже этой ночью в интернете появится видео с кричащим заголовком, о тайнах океана.

— НЛО? — кто-то предположил за спиной.

Это нечто вырывалось из океанской глади в нескольких милях от лайнера, оставляя за собой кипящий след, и с оглушительным ревом устремляясь в стратосферу. Никто на палубе не знал, что это были баллистические ракеты подводных лодок Р-30 «Булава», запущенные с атомного подводного крейсера проекта 955А «Борей-А», который нес боевое дежурство в глубине.

Музыка затихла. Диджей замер с открытым ртом. Сотни отдыхающих, миллионеров и простых отпускников, высыпали на палубы и молча смотрели на это ужасающее зрелище. Веселье испарилось. Коктейли застыли в руках. В наступившей тишине был слышен лишь шум океана и отдаленный, затихающий рев ракетных двигателей, уносящих двенадцать ядерных апокалипсисов к берегам Америки.

Майами, Флорида, США. Парковка у ночного клуба.

В запотевшем «Форде Мустанге» было жарко и тесно. Джейк стянул с Изабеллы платье. Его руки исследовали тело, губы впились в шею. Мир сузился до пространства заднего сиденья, до запаха ее духов и вкуса кожи. Он как раз целовал ее обнажённую грудь, когда земля под машиной задрожала.

— Что это, землетрясение? — прошептала Изабелла, отстраняясь.

— Нет… — прислушался Джейк.

Это был не гул, а нарастающий рев, от которого завибрировали стекла автомобиля.

— Джейк, мне страшно!

— Тихо. Всё нормально.

Он выглянул через лобовое стекло. Ночное небо над океаном озарилось оранжевым светом. Прямо из-за горизонта, из океана, поднимались огненные следы. Это был ответный удар. Американские подводные лодки класса «Огайо» выпускали свой смертоносный груз, ракеты UGM-133A Trident II.

Джейк и Изабелла замерли, забыв о своей наготе, о страсти, обо всем. Они сидели, прижавшись друг к другу, но уже не от желания, а от леденящего ужаса. Их маленькая, интимная вселенная была разорвана вторжением гигантских, огненных фаллосов, несущих смерть миллионам. Они смотрели, как символы их защиты превращаются в прелюдию гибели.

Горы Вирунга, Руанда, Африка.

Серебристоспинный горилла Квизера, вожак стаи, сидел на поляне, наблюдая за своим семейством. Его годовалый детеныш неуклюже карабкался по его спине. День был спокоен. Внезапно тишину джунглей разорвал оглушительный, ни на что не похожий вой. Это был не рев хищника и не раскат грома. Это был механический, режущий уши визг.

Между деревьями, над самой землей, пронеслась темная, сигарообразная тень. Она летела так низко и быстро, что листья на деревьях закружились в вихре. Это была российская крылатая ракета глобальной дальности с ядерной энергоустановкой 9 М730 «Буревестник». Та шла на сверхмалой высоте, огибая рельеф местности, направляясь к своей цели где-то в южном полушарии.

Квизера вскочил на ноги, издавая яростный крик. Он прижал к себе детеныша, ударяя себя в грудь и бросая вызов невиданному небесному монстру. Он не понимал, что это, но чувствовал исходящую от объекта неправильность, угрозу самой жизни, самой природе.

Гранада, Испания. Крыша дома в квартале Альбайсин.

Матео и София лежали на старом ковре, глядя на звезды и на подсвеченные огнями стены древней Альгамбры.

— Я люблю тебя, — прошептал Матео, проводя рукой по ее волосам. — Что бы ни случилось в этом мире, я буду любить тебя всегда.

— И я тебя, — ответила София. — Наша любовь будет вечной, как эти звезды.

Молодые люди соприкоснулись вначале руками, а потом и губами. И в этот момент они увидели новые звезды. Яркие, быстро движущиеся точки, оставляющие за собой тонкие, светящиеся следы высоко в небе. Они летели с запада на восток. Возможно, это были французские M51 или британские Trident II, выпущенные из Бискайского залива. Те неслись над нейтральной Испанией к своим целям в России.

Романтический момент был разрушен. Они сели, обнявшись, и со страхом смотрели, как небо расчерчивают огненные росчерки. Их «вечность» внезапно обрела вполне конкретный, ужасающе короткий срок.

Денвер, Колорадо, США. Палата хосписа.