Страница 88 из 351
Глава 35
Сумрачное утро совсем не было добрым. Заутреню я пропустила, встречая рассвет танцем с лучами – последним перед отъездом Роха. Когда-то я была бы счастлива избавиться от старика, но сейчас понимала, что замок покидает единственный человек, который мог остановить Йарру.
Засов, который вчера сломал граф, был толщиной с мою руку.
Проводить Роха мне не позволили – стражники, пропустив островитянина, скрестили перед моим носом алебарды. Пожав плечами, я вернулась в замок. Тим еще не вернулся, и я позволила себе всласть пореветь, обнимаясь с подушкой. Светлые, ну что со мной не так? За что мне все это? За что боги прокляли меня флером?!
В дверь постучали. Я бы не удивилась, окажись это Йарра – как же, овечку никто не охраняет! – но раздался женский голос:
– Госпожа, его сиятельство велел вам передать…
И торопливый шорох шагов.
После вчерашнего все слуги как вымерли. Они прятались в убираемых комнатах, на кухне, стараясь не попадаться на глаза. И я их понимала – сама бы с удовольствием превратилась в невидимку.
Под дверью я обнаружила небольшую, в пару ладоней, шкатулку. Запертую. Хмыкнув, ощупала ее в поисках скрытых пружин, и, не найдя, засунула шпильку в замок. Внутри лежал символ Светлых – искристая четырехконечная звездочка на черном бархате. Такие носят все послушницы. Рядом – витая серебряная цепочка и записка: «Спящий амулет переноса. Активируется мысленным посылом «Сейчас!». Используй его в момент опасности». И приписка ниже: «Мы с Аланом будем ждать твоего возвращения».
Вот так просто, «мы с Аланом». Ни предостережений, ни угроз. Но почему-то сразу вспомнились виселицы вдоль дороги и головы дезертиров на кольях.
Я спрятала амулет на груди и начала переодеваться в уже опротивевший монастырский наряд: новая, взамен порванной, рубашка, панталоны из хлопчатобумажной ткани, новые нижние юбки, гладкое серое платье. Расчесала и стянула в плотные пучки волосы, надела чепец и опустила вуаль.
Под ложечкой противно сосало, но не от голода, а от волнения. Аппетита не было совсем, я лишь попила воды и лишний раз порадовалась частой вуали на лице, скрывающей припухшие губы. Надеюсь, принцесса живет в отдельной келье – синяки на руках и шее будет сложно объяснить ночными бдениями.
Уже стоя в дверях, я вернулась и сожгла записку Йарры, торопливо нацарапала новую, для Тима, что люблю его и буду скучать. А потом сожгла и ее – не хватало, чтобы еще и Тимар оказался за решеткой. Я перекинула плащ через руку и мысленно попрощалась с комнатой – удастся ли мне обвести Дойера вокруг пальца?
Отряд сопровождения уже ждал меня. Знакомый капитан почтительно поклонился, вслед за ним отсалютовала и его десятка – четыре лучника, шесть меченосцев. Солдаты поблескивали стальными кольчугами под горло, кроме основного оружия у каждого на бедре висел кинжал, а к седлу был приторочен арбалет. Как королевскую особу сопровождают, ей-богу.
Появился граф. Лично осмотрел каждого воина, подтянул подпруги Вороны, сам, подняв за талию, посадил меня в седло. Дамское, демоны побери! Под глазом у Йарры красовался отличный синяк, прокушенная губа распухла, и солдаты старались не смотреть ему в лицо.
– Амулеты переноса, – положил он на ладонь капитану два заряженных авантюрина. – Берегите госпожу, Левайр!
– Да, мой господин! – стукнул себя в грудь капитан.
– Все, отправляйтесь. Удачи, Лаура.
Я не шевельнулась. Больше всего я хотела, чтобы на месте Йарры был Тим. Именно его спокойных, чуть насмешливых напутствий мне сейчас не хватало, только он умел иронично поднимать бровь, одновременно выдавая: «Не пытайся казаться глупее, чем ты есть на самом деле!» Однажды я слышала, как Тим говорил это Алану, правда, сдобрив смачным «Задницу в горсть и пошел!». При мне таких выражений брат себе не позволял.
Ну что, Лира, попу в горсть и – здравствуй, Лизария!
Нет, не Лира.
Эстер.
Портал открылся в полуовале дольменов, врытых в высокий холм. Интересно, а кто такой умный додумался здесь выходную точку устроить? Мы же как на ладони!
– Место считают проклятым, госпожа. В радиусе десяти лиг нет ни ферм, ни жилья, даже дорогу новую в обход проложили.
Хм…
– И давно его проклятым считают?
– Лет десять как. – Капитан отделил своего коня от связки, запрыгнул в седло. – С тех пор как маг его сиятельства развесил здесь призрачные фонари и несколько свистелок.
– Каких свистелок? – удивилась я.
– Ну штуки такие, – очень понятно объяснил Левайр. – Гудят на ветру, будто души неупокоенные. Аж дрожь берет.
И, в подтверждение его слов, порыв стылого ветра, зашелестев сухими будыльями травы, засвистел, зарыдал, отражаясь от избитых непогодой валунов.
Бр-р…
– Вы часто здесь бываете, капитан? – спросила я, когда мы спустились с холма и напрямик, через заброшенные поля, поскакали к дороге.
– Время от времени, – ушел от ответа он. Ясно. Значит, не скажет. – Я хочу узнать больше об окружающих землях. С укладом монастыря я знакома, а вот о том, что находится вокруг, кроме названий, не имею представления.
Капитан заметно расслабился. Можно подумать, я у него военную тайну выпытывала!
– Что же интересного вам рассказать… Легенду о Зианне знаете?
– О реке?
– О реке и о девушке. Жила-была Зианна, прекрасная, как солнечный день, с глазами синими-синими, как небо, и влюбилась она в воина-наемника Эрайна.
– Райана? – среагировала я на характерный «й».
– Наполовину райан, да, – кивнул капитан. – А отец у девушки богатый торговец был и не захотел дочку отдавать наемнику, у которого всего добра – пара серебряных монет в кошельке и конь. Нашел торговец этот некроманта и заплатил ему, чтоб колдун порчу на Эрайна навел. Тот и навел… И стал бы Эрайн тухлым болотом, кабы боги не пожалели парня, не превратили его в звенящий Эрр. И Зианну, убивавшуюся по любимому, тоже речкой сделали. Два потока сливаются во-он там, – указал на восток капитан. – Так и соединились они, пусть и не в человечьем виде…
– А торговец что?
– А торговца того как раз болотом и сделали, из которого Зианна вытекает.
– Поделом, – хмыкнула я. – А про дольмены что-нибудь знаете? А про Лес? – кивнула я на заросли, подступавшие к дороге. – А про холмы? Почему они такие круглые?
На пару секунд лицо капитана так напомнило Тима, заклеванного моими вопросами, что я, позабыв о Йарре и монастыре, чуть не прыснула.