Песнь Холмов

— А где девочка? — спросил он, взглядом скользнув по столу, не совсем понимая, что происходит.

— В безопасном месте, в Ирландии, — ответила Мэгвин, не отрываясь от еды. — Неужели вы думали, что я буду подвергать опасности свою единственную ученицу?

Томас озадаченно посмотрел на Гилмора, который невозмутимо наслаждался вкуснейшим стейком, будто не замечая происходящего.

— Э, мистер Лливелин, это вы сегодня изображали мисс Поттер? — Гонт не скрывал удивления.

— Не исключено, — усмехнулся маг, поднимая взгляд и отставляя тарелку. — Девочка будет на празднике, только это важно.

Молчание вновь охватило комнату. Время от времени лишь слышалось тихое звяканье приборов, пока все трое продолжали есть, погруженные в свои мысли.

— Думаю, нам всем нужно подготовиться к вечеру, — сказала Мэгвин, ставя чашку на стол и встречая взгляд сына.

Гилмор кивнул, сдерживая улыбку.

— Да, всё уже давно готово. — Его слова были спокойны, но в глазах читалось лёгкое веселье.

Томас Гонт, не понимая, переводил взгляд с матери на сына.

— Что вы имеете в виду? Всё заранее распланировано, с Диагон-аллеей мы пролетели, значит, остается деревня друидов.

— Я же говорил, что в месте, полном магов, никто не будет воровать детей, — наставительно ответил Гилмор.

Лицо Мэгвин осталось бесстрастным.

— Не переживайте. Мы позаботимся о том, чтобы Тени ни о чем не догадались. Все наши договоренности в силе. — Она встала и направилась к камину. — Гилмор будет замещать девочку. Остальное сделаем по плану.

Томас нахмурился, но не стал задавать лишних вопросов. Он знал, что Мэгвин всегда действует по-своему, но договоренности соблюдает безукоризненно.

— Ладно. Просто стоило нас предупредить. Кстати, Питер Петтигрю сообщает, что с Блэком всё получилось так, как мы и планировали. Риверн сейчас ищет своего «господина», который, по всей видимости, его покинул. Так что наш план должен сработать как надо.

Гилмор тихо, но уверенно добавил:

— С Блэками этого следовало ожидать. Информация из Хранилища Лабиринта всегда подтверждается, так что всё идет по плану. А что касается девочки — мы просто избегали утечек. Сейчас о подмене знают только пятеро, включая вас. Думаю, этого вполне достаточно.

Мэгвин промолчала. Она бросила щепотку летучего пороха в камин и шагнула в изумрудное пламя.

На поросшие лесом холмы Уэльса спустился вечер. Воздух наполнился туманной свежестью, пахло мокрыми листьями, хвоей и дымом из редких деревенских труб. Всё было готово — Самайн в этом году вновь отмечали на широкой поляне между усадьбой Полые Холмы и поселением друидов. Здесь, под сенью древнего дуба, из века в век проходили сезонные ритуалы: приносили жертвы, пели обрядовые песни, обращались к богам и предкам, просили защиты, очищения и исцеления недугов.

Мэгвин сделала всё, чтобы этот Самайн выглядел как обычно. Атмосфера праздника не должна была вызывать ни малейшего подозрения. В семь вечера она вместе с ученицей вышла к поляне. В темноте мерцали факелы, тени плясали между стволами, слышалась музыка и приглушённое пение. Мэгвин и Белла бесшумно влились в круг участников и присоединились к обряду поминовения предков. Тонкие нити магии наполняли пространство вокруг дуба, переливались в воздухе, будто бы сам лес затаил дыхание.

Когда ритуал вступил в силу, Белле в грудь неожиданно ударил портключ. Всё произошло так стремительно, что даже Мэгвин, привыкшая замечать малейшие колебания магии, не сразу ощутила исчезновение. Только когда на руке вспыхнул лёгкий импульс — сигнал от артефактов, вживлённых под кожу сына, — она поняла, что план начал действовать.

Некоторое время Мэгвин изображала осторожную тревогу. Разыгрывать панику было бы неестественно. Она оглядывалась по сторонам, искала взглядом ученицу, спрашивала других — всё, как должно быть. Подошедший Томас Гонт негромко, едва заметно кивнул: в округе злоумышленников не обнаружено.

Согласно договорённости, Гилмор, приняв облик Беллы, должен был подать сигнал сразу после того, как окажется внутри ритуального круга — ещё до начала инверсии. Как только он вступит на место, выбранное Тенями для проведения обряда, должен был активироваться маяк, встроенный в артефакт под кожей.

Все участники операции уже собрались в кабинете Мэгвин в Полых Холмах. За окном ночь сгущалась над холмами, ветер гудел в каминной трубе, в доме поскрипывали древние балки. На массивном дубовом столе была разложена артефактная карта Британии — миниатюрная, пульсирующая магией модель. Глаза присутствующих были прикованы к ней: в напряжённой тишине каждый ожидал вспышки сигнала.

Сигнал поступил около десяти вечера. На артефактной карте вспыхнул огненно-красный маячок — резкий, настойчивый, пульсирующий тревогой. Он находился где-то в Шотландии. Первые секунды Мэгвин не могла точно определить местоположение — магия маскировки и плотные защитные чары искажали координаты. Но ситуацию спас Снейп.

— Это Хогвартс. Или его ближайшие окрестности, — негромко сказал он, вглядываясь в карту. Его голос прозвучал сдержанно, но в нём угадывался холодный металл.

— Н-да… — протянул Люциус Малфой, нахмурившись. — Мы сами закрыли школу на ремонт. И вовремя, как выясняется. Даже думать не хочу, что было бы, окажись там дети...

Он говорил без обычного пафоса, серьёзно, с тревогой, едва заметной, но искренней.

— Джентльмены, аппарируем по координатам. Со двора, — резко сказала Мэгвин, поднимаясь. В её голосе не было сомнений — только приказ и холодная решимость.

Мужчины, облачённые в защитные мантии невыразимцев, выходили из кабинета группами. Один за другим исчезали в темноте за пределами усадьбы, сопровождаемые глухими хлопками аппарации.

Когда очередь дошла до Мэгвин, она подошла к указанной точке, сделала шаг — и мгновение спустя очутилась в ночном лесу.

Темнота была густой и влажной, деревья стояли плотной стеной, а в лицо ударил тяжёлый запах мха и гари. Где-то впереди, на поляне, уже шёл бой. Воздух дрожал от всплесков магии, вдалеке слышались крики и глухие удары. Мэгвин не теряла ни секунды — выхватила палочку и ринулась вперёд, туда, где среди лесного сумрака полыхал багровый свет инверсии.

Ворвавшись на поляну с палочкой наготове, она была готова к сражению. Её взгляд мгновенно уловил суть происходящего — и увиденное показалось одновременно странным и тревожным.