Песнь Холмов

Подняв палочки, они начали синхронно вплетать в воздух нити защитных чар — серебристые линии дрожали в холодном свете утра, оплетая плато прозрачным куполом. Закрыв последний узел, маги молча взялись за руки.

— Лондон, — произнесли они в унисон.

Воронка магического перемещения раскрылась с мягким хлопком, и четырёх путников поглотил водоворот искривлённого пространства.

* * *

Белла беспокоилась и скучала по наставнице. В первый день она почти не отходила от окна в гостиной, устроившись в кресле с книгой, но слишком часто отрывалась от чтения, чтобы посмотреть на извилистую дорожку, ведущую к дому. Тревога тихо жила в её взгляде, хотя девочка и старалась держаться.

Миссис Снейп отнеслась к её состоянию с пониманием. Она не отвлекала Беллу разговорами и позволила ей побыть наедине с собой. Но уже на следующий день Айслинн с мягкой настойчивостью взялась за дело: она организовала время так, чтобы у мисс Поттер не оставалось сил на грусть.

Ингредиенты для зелий нужно было перебрать и пересортировать, часть — зачистить, часть — правильно упаковать. По хозяйству накопилось множество мелких дел: от чистки полок до подготовки сушильных камер для трав. Белла постепенно втянулась — у неё был живой интерес ко всему, что делала Айслинн.

Особенно её поразило то, как миссис Снейп настраивала старинную магическую прялку: вместо обычной кудели — сверкающая, крепкая паутина акромантула. Паучий шёлк тянулся тонкими серебристыми нитями, а ткацкий станок, усиленный рунами, оживал под пальцами Айслинн. Белла с жадным вниманием впитывала каждое движение, каждый нюанс.

— Попробуй настроить натяжение — вот здесь, — говорила Айслинн, — а вот эту нить нужно укладывать чуть плотнее.

Это было совсем не похоже на скучное обучение. Всё, что окружало Беллу в эти дни, было настоящим, живым — наполненным тайной, древними знаниями и особым уютом, свойственным дому, где магия вплетена в быт.

И всё же, несмотря на занятость и увлечённость, девочка замечала: сама миссис Снейп тоже ждала. Временами, думая, что Белла не смотрит, она бросала рассеянный взгляд на каминную полку, где стояли особые артефакты, связанные с Северусом. Один из них мерцал лёгким синим светом — и каждый раз Айслинн будто замирала, ожидая, что он изменится. Но этого не происходило.

Через неделю с небольшим их ожидания наконец были вознаграждены. Ранним утром на пороге дома появились мистер Снейп и Мэгвин.

Только проснувшаяся Белла выскочила в прихожую и тут же повисла у наставницы на шее. Та слабо улыбалась и гладила девочку по голове, крепко прижимая к себе. Рядом Северус, не произнеся ни слова, просто заключил Айслинн в объятия, и та прижалась к нему, закрыв глаза.

Впервые за всю последнюю неделю завтрак проходил в по-настоящему радостной обстановке. Несмотря на заметную усталость, отразившуюся на лицах путешественников, в доме ощущалось тепло и облегчение — словно тяжёлое ожидание спало с плеч всех его обитателей.

После трапезы Айслинн и Белла напоили вернувшихся тёплыми целительными настоями и уложили отдохнуть. Те, хоть и нехотя, подчинились.

Оставшаяся часть дня прошла удивительно легко. Белла помогала по хозяйству с особенным рвением, радуясь возвращению наставницы и уюту, вновь воцарившемуся в доме. Дел было много, но они словно делались сами собой — быстро и почти незаметно. Под вечер девочка даже удивилась: сколько всего удалось успеть.

На следующее утро, после сытного и спокойного завтрака, взрослые собрались в гостиной для приватного разговора. Белла с беспокойством наблюдала за тем, как Мэгвин и мистер Снейп переглядываются, едва притрагиваясь к еде. Что-то было не так. Наставница вернулась другой — уставшей, задумчивой, будто ещё не совсем вернувшейся из тех мест, где побывала.

Айслинн уже собиралась отправить Беллу перебирать новую партию ингредиентов в кладовую, но Мэгвин, подняв руку, мягко остановила её:

— Оставь её. Этот разговор касается прежде всего самой Беллы.

Айслинн кивнула и села рядом с мужем, а девочка, немного растерянная, осталась стоять, сжимая подол платья.

Мэгвин заговорила, рассказывая о событиях последних дней, подбирая слова четко, с привычной точностью, будто от каждой фразы зависело нечто большее, чем просто разговор.

— Мы с мистером Снейпом побывали в Лабиринте, — сказала она под конец, глядя Белле прямо в глаза. — Это было непросто, и то, что мы узнали, может изменить ход ближайших событий. Речь идёт о твоей безопасности. Нам придётся принять меры заранее, но с тобой ничего страшного не случится.

Белла нахмурилась, пытаясь понять, к чему клонит наставница.

— Почему вы думаете, что, если я попрошу мистера Блэка выполнить его прямые обязанности перед родом, он не согласится? — осторожно спросила девочка, не пряча удивления. — Зачем ему отказываться?

Северус тяжело вздохнул, но не вмешался, позволяя говорить Мэгвин. Та медленно покачала головой:

— Мы этого не знаем, Белла. Он может и согласиться, а может и нет. И, если Сириус откажется, нам придётся действовать быстро. Поэтому я и прошу мистера Снейпа сварить один очень редкий эликсир. Его нельзя назвать зельем принуждения, это… тонкая настройка магической совместимости. Я передам рецепт Северусу. Сама же намерена поговорить с миссис Блэк. Думаю, с ней будет проще договориться.

Мэгвин была собрана, в её голосе звучала сталь, но под внешней уверенностью Белла чувствовала тревогу. Наставница переживала. И, видимо, не зря.

Девочка кивнула, пытаясь осмыслить услышанное. Что-то подсказывало ей, что впереди ещё не один непростой разговор. Но, если наставница с ней, всё будет хорошо. Она не даст пропасть.

Вблизи деревни Клавелли, на крутом утёсе среди прибрежных лесов восточного Корнуолла, почти у самой границы с Девонширом, возвышалось старинное поместье рода Блэк.

Величественный особняк, окружённый густыми дубовыми и буковыми рощами, стоял на самом краю скалы, устремляя ввысь тёмные шпили и арочные башенки. Он принадлежал когда-то одному из самых знатных и влиятельных волшебных родов Магической Британии.

«Ноирклифф Холл» был основан в конце XVI века шевалье де Ноирвиллем — магом, бежавшим вместе с семьёй из охваченной кровавыми расправами Франции после Варфоломеевской ночи. В ту пору и старшая, и младшая ветви старого рода гугенотов, обладавшего магическими способностями, были вынуждены покинуть родину. Старшая ветвь растворилась в Швейцарии, а младшая пересекла Ла-Манш и обосновалась на южном побережье Англии.