Страница 88 из 191
Лишь явление Мяусия, который, почувствовав беду, примчался по улицам города к хозяину, стало ярким пятном в этой тёмной безнадёге. В отличие от меня, фамильяра к Риасу пустили, сочтя его полезным. Лишь глубокой ночью мне сообщили — Риас будет жить и быстро встанет на ноги.
После чего я ещё несколько часов провела, ожидая, когда он придёт в себя. Меня пытались отправить спать, потому как толку от моего присутствия всё равно нет, но я не могла уйти, не убедившись, что опасность миновала.
За это время я пролила огромное количество слёз, и многое успела обдумать. Эта наша ссора из-за поцелуя… Я по-прежнему не могла принять его поступок. Не могла заставить себя считать это мелочью, но и прежней бесконечной обиды с таким же острым недоверием не было.
Разбирая случившееся по мгновениям, я поняла главное — он спас меня. Закрыл собой от выстрела. Как я могла после такого продолжать на него злиться, как было недавно? Не могла. Не получалось. Значит, нам предстоит выстраивать общение заново. Более чётко очерчивать границы допустимого. Ну а этот поцелуй, который и меня немало взбудоражил… Его лучше просто вычеркнуть из памяти.
И всё равно я злилась на него. Уже не столь яростно за поцелуй, как за этот поступок. За пережитый ужас. За эти часы полной беспомощности. Эта злость мешалась со щемящей душу благодарностью, ведь не поступи он так, я бы уже не злилась. Я бы вообще не испытывала никаких эмоций, так как меня бы просто не было.
А когда он очнулся, состоялся самый странный разговор между нами за всё время знакомства. Сначала на волне облегчения, что он пришёл в себя, как и обещали, мне хотелось броситься ему на шею и расцеловать, затем это желание быстро трансформировалось в желание добить его за ужас, пережитый мной за эти часы. Мяусий отвлёк внимание Риаса на себя, что позволило мне взять эмоции под относительный контроль.
Для меня не стало открытием, что ему нужно, чтобы я жила, потому что иначе его покарает проклятие, но я не осознавала до этого момента, насколько эта кара страшна. Мне говорили, но почему-то я словно слушала краем уха и воспринимала краем сознания. Именно так, слушая едва живого Риаса, я в полной мере осознала, насколько сильно его жизнь завязана на мою. Это не просто «плохо мне — плохо ему», это смерть живьём в случае моей гибели. И это куда страшнее, чем просто умереть.
Вторым потрясением стали выводы Риаса о причинах этих нападений. Но ведь он прав: откуда у меня взяться врагам? Возможно, они могут быть у него, но, похоже, сам Риас так не думает. Но они точно есть у его отца. У любого правителя их в достатке. Неужели мы стали мишенью из-за этого? И что в таком случае нам делать? Засесть в Ореаниде и не казать оттуда носа? И сколько я там выдержу, прежде чем начну сходить с ума от тоски и безысходности. На дне океана красиво, но жить там? В месте, для человека не предназначенном, без шанса найти своё место, обрести друзей и, возможно, семью? Банально не видя света солнца?
Разговор Риаса совершенно вымотал, и после он снова уснул, а я в полной мере ощутила, насколько устала сама. Целители забегали часто, и в следующий визит гнома, желающего проверить состояние принца, сообщила ему, что пациент приходил в себя. И попросила показать мне угол, где я смогу немного поспать.
Следующее пробуждение Риаса я бессовестно проспала. А после нас ждал путь обратно. Каким бы хорошим ни было магическое исцеление, руалсу требовалась вода родного океана. Возможно, именно её не хватало, чтобы он окончательно встал на ноги, не шатаясь от слабости.
— Прости, что испортил тебе визит к гномам, — заговорил он, ожидая настройки портала. — Если хочешь, позже вернёмся сюда.
— Глупостей не говори, — покачала я головой. — Ты жизнь мне спас. Гномы славные, но пока мне хочется сбежать отсюда поскорее, а не развлекаться здесь.
— Значит, найдём другое место, куда бы тебе хотелось, — улыбнулся Риас бледно.
Найдём, наверное. Но теперь стоит выбирать пункты назначения из тех, где мне хотя бы в теории могло понравиться и где при том я бы могла в случае чего остаться жить, а не развлекаться, подобно безголовой туристке. Слишком высока оказалась цена у моего желания побывать в сказке и познакомиться со сказочными существами. Мне нужно искать себе дом и занятие, а не шататься по миру в поисках новых впечатлений.
— Обязательно, — отозвалась я. — Береги силы, Риас. До твоего дома ещё добраться надо, а ты еле жив.
— В порядке я, — фыркнул он из чистого упрямства и нежелания признавать свою слабость, а потом улыбнулся удивительной мальчишечьей улыбкой. — И спасибо, что я снова Риас.
На это мне было нечего ответить. Нет, для меня он не стал прежним Риасом, которому я доверяла, но уже и не был только принцем Элуриасом, которому верить никак нельзя. В моей голове эти стороны его «я» всегда были словно разными личностями. Сейчас они переплелись столь сильно, что не получалось отделить их друг от друга, что наполняло меня смятением и полнейшим непониманием, как быть.
В Ореаниде меня ждала знакомая комната и знакомое одиночество. Лишь спустя часа четыре после прибытия меня навестил тат Рирансор, проверить моё состояние. Видимо, тат Повасин занят с Риасом или выдохся, работая с ним.
К вечеру заплывал Регаларс. Он был привычно дружелюбен. Расспросил о случившемся, чуть поболтал со мной и отбыл. После визитом меня почтил сам король. В отличие от сына, он был бесстрастен и лаконичен. Выслушав мой рассказ, кивнул и, не попрощавшись, выплыл.
Риаса я увидела только к обеду следующего дня. Он заглянул буквально на минуту, убедиться, что со мной всё в порядке, и сообщить, что сам в полной норме и отбыл по каким-то важным делам.
Сидя в одиночестве в опостылевшей комнате, у меня никак не получалось отделаться от ощущения, что в беде, случившейся с Риасом, винят меня. Его отец, так точно. Весь его вид во время визита выражал недовольство. Как подозреваю, мной и необходимостью тратить на меня время.
К вечеру второго дня ко мне приплыла сама королева Диалара. В отличие от мужа, она проявляла участие. Единственная, кто спросил не только как я себя чувствую физически, но и что у меня на душе. Попыталась заверить её, что всё в порядке. Вышло ли? Не уверена.
— Вы тоже считаете, что ранение Риаса моя вина? — не выдержала я.
— Что? Нет, конечно, — посмотрела Диалара удивлённо. — Эл взрослый парень, это было его решением. А кто так считает?
— Ваш супруг, его величество Дарриар, — призналась я.