Страница 80 из 191
А в глазах у неё ярко светилось — как хорошо, что у него нет сына! Пожалуй, действительно, хорошо. Не знаю сколько в этих словах владыки шутки, но лучше не рисковать. Майя явно не готова ни к отношениям, ни тем более к браку и обязательствам, которые он накладывает. И пришлось бы долго объяснять невозможность этого союза. А кто знает гномов, вдруг бы обиделись?
— Баредас, а ведь у тебя дочь-красавица, — снова заговорил мой сосед, — а тут вон, жених. Кровь королевская, не такой и зануда, как можно было ожидать. Хлипковат, но всё поправимо.
Зря я в этот момент решил сделать глоток местного пойла. Подавился от шока, никак не мог откашляться. Сосед решил постучать по спине, да так, что я чуть зубы о столешницу не выбил.
Что я там недавно говорил? Онсиния похожа на мурену? Но она хотя бы руалса! А тут… Перед глазами замелькали кадры возможной супружеской жизни. Вот невеста, собираясь на свадьбу, спрашивает: заплести ей бороду или оставить распущенной? Вот она просит взять её на руки, невзирая на разницу в комплекции в весе. Когда воображение дошло до брачной ночи, мне стало совсем страшно.
Боги, нет! Пусть это всё окажется лишь глупой шуткой! Я не готов так рано жениться и ещё меньше хочу расчёсывать жене бороду!
— Даже не думай, пап, — вмешалась потенциальная невеста, — ну какой из него муж? Да он боевой топор не поднимет, да и меня тоже. Безбородый. Тощий, что в постели придётся искать долго. Да и детей с плавниками я не хочу.
— Аргина, — произнёс владыка предостерегающе.
— Только не обижайтесь, принц, но мне нравятся совсем другие мужчины, — проигнорировала она слова отца. — Уверена, среди своего народа вы признанный красавец и завидный жених, но я с собой рядом вижу кого-то… Ну, похожего на папу.
— Никаких обид, принцесса, — отозвался я с облегчением, которое не уверен, что удалось скрыть.
— Ах ты ж егоза, — растрогался владыка. — Но впредь будь учтивее. Это его высочество Элуриас оказался необидчивым, а кто другой мог бы и оскорбиться. И здравствуй — политический скандал.
— Хорошо, папа, — покладисто согласилась Аргина.
— Жаль, — обронил мой сосед. — Долго ты будешь искать ей жениха, Баредас, с такими-то запросами! Тот ей не нравится, и этот не пригож.
— Аргина — моя единственная дочь, и сколько понадобится, столько и буду искать, — посуровел владыка. — А ты, Зобар, лучше бы обновил свои знания по расам, тогда бы и чушь не городил.
— А что не так? — недовольно отозвался Зобар.
— То, что я бы никогда не отпустил мою драгоценность на океанское дно, а руалсы не могут долго обходиться без океана, — пояснил снисходительно владыка таким тоном, словно с глупым ребёнком разговаривал. — Да и какие бы дети были от такого союза? Какие наследники? Бородатые дистрофики с жабрами? Без обид, принц, — бросил он на меня извиняющийся взгляд.
— Никаких обид, — мне вдруг стало весело.
— Вы хороший че… руалс, — отозвался он. — Ваш отец может вами гордиться.
Вот тут сильно сомневаюсь. Я, скорее, сплошное разочарование отца, чем повод для гордости. Слишком много я натворил и проблем принёс. Впрочем… плевать. Я его тоже слишком за многое не одобряю. Мы с ним чересчур разные, чтобы понять друг друга.
— Выпьем за мудрость и ум! — провозгласил новый тост владыка.
И мы выпили. Даже я. Хотя до этого момента предпочитал крайне осторожно цедить напиток. Опасался слишком опьянеть, и вдруг стало так плевать. Сомневаюсь, что гномы осудят, если чуток переберу с алкоголем.
Потом Майя, которая уже хватила лишнего, потащила меня танцевать.
— Пойдём, Риас! — тянула она меня в сторону пляшущих гномов. — Ну что ты ломаешься, как девчонка!
Не понял, причём тут девчонки и как они ломаются, но решил ей уступить. В голове была поразительная лёгкость, ноги сами против воли отбивали навязчивый ритм. Наплевать на все правила и условности, плясать, словно не знаю ни единого танца — а с танцами суши это так! — почему бы и нет?
— А вы хорошо смотритесь вместе, — выдала внезапно Аргина, что отплясывала рядом.
Кроме Майи тут из женщин была Аргина да ещё пара гномок. И всё. Остальные сплошь мужчины.
— Мы с Риасом только друзья, — рассмеялась Майя, опираясь на меня для равновесия.
— А вот и зря! — послышался другой голос гнома, чью бороду уже обильно обсыпало сединой. — Правда, ребята?
— Да! — грянул громогласный рёв множества глоток.
— Перестаньте, — покачал я головой.
— У нас есть традиция, — заговорила Аргина, ухмыляясь в бороду. — Гости должны преподнести дар хозяину дома.
Дразг! Я же знал об этом, но в суете всё вылетело из головы! В дорожном мешке упакован это разнесчастный дар! Почему до этого момента никто об этом не напомнил? И отчего чудится, что впереди ждёт какая-то пакость?
— Я завтра завезу, — начал я оправдываться. — В номере забыл в спешке.
— Не-а, не пойдёт, — а владыческая дочь уже порядком пьяна. — А значит, что? Значит теперь мы решаем, какой хотим подарок!
— Да? — осторожно спросила Майя. — И какой же?
— Целуйтесь! — объявила Аргина торжественно, и её поддержал восторженный рёв множества гномов, в котором утонули одинокие призывы к адекватности.
Майя посмотрела на меня испуганно, почти с ужасом. На миг царапнула абсурдная обида — разве я такой урод, что сама мысль поцеловать меня вызывает такой ужас? Потом ещё не совсем отравленная алкоголем часть сознания напомнила, каков неё опыт общения с мужчинами. Надавал себе мыленных оплеух и напомнил, что она вообще-то человек, а это… — как она там говорила? — ксенофилия! Вот!
Лицо Майи вдруг стало из испуганного задумчивым, а после озарилось облегчением.
— Легко! — ответила она и, подмигнув мне, звучно поцеловала в щёку.
— Фу! — загудели гномы. — Кто так целуется? Разве это поцелуй? Целуйтесь нормально!
Да что с ними не так? Осмотрев горящие предвкушением лица, осознал — не отстанут. Была не была! Майя меня потом убьёт, но это будет потом. Главное, чтобы бородачи продолжения не потребовали!
И, нагнувшись к застывшей и растерянной Майе, взял её лицо в ладони и поцеловал. Как целуют не подругу или сестру — в щёку, а как женщину — в губы. Гномы загудели и заулюлюкали, а мне вдруг стал безразличен этот шум. Её губы оказались удивительно мягкими и нежными. Поцелуй отдавал выпитым алкоголем, но всё равно был необъяснимо сладким. Кружил голову, заставляя кровь бежать быстрее по венам.