Страница 65 из 191
— Снобы высшей категории, — фыркнул Риас. — Себя они считают высшей расой, а всех остальных так, неудачными экспериментами Богов. Да они даже себе подобных считают грязью, если те статусом не вышли. Эльфы далеко не все светловолосы, но светлая масть — чем светлее, тем лучше — у них признак принадлежности к высшей знати. У императорской семьи волосы белоснежные. У всех, кроме императрицы, она просто блондинка. Высшим можно только родиться. Если у эльфа тёмные волосы, ему никогда не светит высокая должность или знатный титул. Светловолосые эльфы тёмноволосых считают чуть ли не рабами, этакими выродками вида. И их мало волнует, что светлая масть — удел избранных, остальные имеют волосы самых разных оттенков, как люди и другие расы.
Информация обескураживала. В наших книгах тоже упоминалось, что эльфы бывают теми ещё поганцами, но чтобы настолько?
— Они хоть красивые? — спросила беспомощно. — Музыка? Искусство?
— Смазливые ублюдки, — скривился в ответ Риас. — И, увы, музыка у них действительно совершенно удивительная. Как и живопись со стихами. Они об этом прекрасно осведомлены и считают все попытки других народов создать что-то прекрасное пустыми бездарными потугами. И упаси тебя Боги высказать эльфу хоть каплю критики его шедевру, сразу запишет в смертельные враги.
Может, действительно — ну их, эльфов этих?
Ну нет. Риас может быть престрастен. Вполне возможно, они именно ему чем-то не угодили, отсюда и такое мнение с характеристиками. Я всё должна увидеть сама. Обязана пообщаться с удивительными существами магического мира. Может, хоть тогда появится хотя бы тень ощущения сказки, а не гнетущее чувство, что занесло в дремучее средневековье?
— Ну что, всё ещё хочешь к эльфам? — с надеждой на отказ спросил Риас.
— Хочу, — кивнула я утвердительно. — Я во всём хочу разобраться сама.
Сокрушённо покачав головой, он выплыл из комнаты, оставив меня размышлять об ушастиках и ожиданиях от встречи с ними.
Элуриас
Поверить не могу, что из всех мест Майе приспичило отправиться сюда. Да чего такого в этих эльфах, чтобы так стремиться с ними познакомиться? Смазливые, этого не отнять. Но чего стоит внешность при таком характере? Хороши в искусстве, не поспоришь, что вообще против всякой логики. Как им удаётся создавать что-то столь прекрасное с таким-то нравом?
Никогда не забуду, как к нам наведалась их делегация. Мне тогда было пятнадцать, я мало что знал об эльфах, и мне было очень интересно на них посмотреть, пообщаться. Из-за страсти Лемараса к обитателям поверхноститмне они были тоже очень любопытны.
Разочарование было быстрым. Острым. Ушастых было девять. Трое светловолосых — высшая знать, и у каждого по двое охранников и одновременно слуг, тёмной масти. С нами, королевской семьёй, они разговаривали с таким пренебрежительным снисхождением, словно мы не члены правящей династии, а так, какие-то плебеи. Они не демонстрировали этого прямо, но их отношение проскальзывало в интонациях, взглядах, жестах. Даже обычно спокойного Ларса они умудрились довести до кипения. Лем предпочитал их избегать, а меня так и подмывало сделать им какую-нибудь гадость. Только отец как-то держался.
Мне кажется, спустись с небес Боги, эльфы бы и с ними говорили так, словно снизошли до общения с низшими существами и делают им этим огромное одолжение.
А как они обращались с себе подобными, то есть, своими слугами! Словно те не эльфы, а рабы. Грязь по ногами их белобрысых небожителей. Прямые оскорбления, тычки просто так, унижения без причины — всё мы это наблюдали. При этом выдрессированные эльфы с тёмными волосами принимали всё это как должное, а потом отыгрывались на тех, до кого могли дотянуться. На дворцовой прислуге.
Никогда не забуду, как пришлось заступаться за молодую служанку, которую охранник одного из высших делегатов оскорблял самыми грязными словами и даже залепил ей пощёчину. А всё почему? Она надела тунику не того цвета! Его господин терпеть не может красный цвет, он оскорбляет его эстетические чувства, и своим явлением в тунике такого оттенка она оскорбила представителя высшего рода.
Ну не чушь ли?
Пришлось заступаться, требовать прекратить. В итоге он и меня чуть не обложил ругательствами, а ведь если уж им так важна иерархия, то я намного выше его по происхождению! У конфликта быстро нашлись зрители, и в итоге делегату пришлось с насквозь лживой улыбкой приносить извинения за своего слугу. Впрочем, он отыгрался на нём сразу, при нас. Несколькими быстрыми движениями отрезал длинные локоны провинившегося, тем самым обрекая его на позор.
У эльфов короткие волосы — знак отверженности. Они в собственном обществе словно прокажённые. Наказанные за жестокую провинность, преступление.
Говоря проще — охранник был сволочь, но даже меня поразила жестокость наказания. И если на эльфа, что обрёк его на подобную судьбу на неизвестный срок, он смотрел с отчаянием и смирением, то мне достался взгляд, полный лютой ненависти.
И вот я — точнее, мы — в Эсмирине. Городе, который эльфы построили для контактов с иными расами и который быстро разросся до невероятных размеров. В Эсмирину стремились для торговли с ушастыми, для отдыха и в поисках красивой жизни. Первый и второй вариант были вполне жизнеспособны, а желающие третьего быстро понимали — эльфам не нужны халявщики.
Почему же такие снобы, как эльфы, решились на строительство Эсмирины? Однажды даже до них дошло, что жить в изоляции, открещиваясь от сотрудничества с остальными миром, — путь в никуда. А пускать толпы посторонних в Эльфайсиэллин, их родной лес, им казалось страшным кощунством. Крайне редко туда могли дать допуск делегации иного королевства, в составе которой присутствует особа королевской крови. И то, не всегда. А вот в Эсмирину — добро пожаловать! Во всяком случае, если тебе есть что предложить, ты обладаешь полезными навыками или тугим кошельком. Все такие гордые и возвышенные эльфы совсем не были чужды корысти и жажды денег.
В Эсмирине было несколько кварталов. Торговый — для продажи и покупки всего, чего только можно: от редких лакомств до редчайших артефактов; ремесленный, выпускающий массу полезных вещиц и обеспечивающий город провиантом; гостевой, где и останавливались желающие в Эсмирине просто погостить; и центральный, где, собственно, и предпочитали останавливаться или жить эльфы. Там же располагались самые знаковые места в городе, и при посещении именно этого квартала приходилось соблюдать просто массу глупых правил.