Страница 159 из 191
— Лорд Элуриас, — вздохнул он и, пройдя вглубь комнаты, уселся на стул, — мне достаточно лет, чтобы сразу рассмотреть неприязнь, основанную на ревности.
Сжал зубы и старался дышать глубоко. Мечтал лишь, чтобы не покраснеть, выдавая себя этим с головой.
— Ко мне глупо ревновать, — продолжил Виктор, так и не дождавшись от меня ответа. — Майя — прекрасная девочка, но именно девочкой я её и воспринимаю. Милой, доброй и слишком юной. Подозреваю, и вы не сильно старше, а юности свойственны категоричность и слишком сильные эмоции. Учитесь контролировать свои порывы и думать прежде всего головой, но не забывайте слушать своё сердце.
— Я не нуждаюсь в ваших советах, — ответил я, стараясь звучать ровно.
Кем он себя возомнил? Вторым отцом? Пришёл тут, советы ненужные раздаёт, поучает. Не пойти бы ему?!
Следом визит нанёс здравый смысл, частично гася раздражение. Во всей этой ситуации больше всего злило то, что он прав. Именно моя импульсивность — причина большинства моих проблем. Сколько раз я сначала делал, а лишь потом думал?
А слушать сердце… Первый раз, когда я так поступил, утонул в боли и позоре. Да и сейчас мне достаётся только горькая безнадёжность.
— Не собираюсь вас поучать, — произнёс Виктор, поднимаясь на ноги, — но Майе с вами повезло. Вы к ней совсем не так равнодушны, как хотите показать. И если хотите когда-нибудь стать чем-то большим, чем другом, будьте рядом. И рано или поздно она ответит вам взаимностью, ведь вы ей тоже не безразличны.
Ну да, конечно. Именно поэтому во время недавнего разговора о моём признании она смотрела на меня с такой виной, почти отчаянием. А быть рядом… Буду, всё время, что нужен, и постараюсь остаться хоть гостем, даже когда она во мне нуждаться перестанет.
Не желая обсуждать что-то столь личное с Виктором, уставился в окно, давая понять, что разговор окончен.
Майя
Риасу в гостях у Виктора не нравилось. Не потому что дом, обстановка или хозяин плохи, а он с чего-то вздумал меня к нему ревновать. Смешно и грустно разом. Моё подозрение о ревности окончательно окрепло после того, как Виктор покачал сокрушённо головой на побег Риаса из дома вчерашним вечером.
— Глупый мальчик. Глупый и слишком молодой, оттого и эмоции все через край и чувства столь яркие.
— О чём вы? — нахмурилась я.
— Если сама не понимаешь, — улыбнулся Виктор, — кто я такой, чтобы говорить о творящемся в чужой душе?
Он не сказал ни слова о ревности прямо, но этот снисходительный, почти отеческий взгляд говорил громче любых заявлений. А мне в очередной раз стало неловко. Эта внезапная влюблённость Риаса всё так усложняла! Откуда она вообще взялась? Не мог он случайно перенести чувства с Асморианы на меня?
Давно ли он меня едва терпел рядом, а теперь вдруг любит? Слабо верится. Это он весь из себя красивый, богатый и титулованный принц. Да и характер не так плох, если узнать его получше, и расчётливой подлости с жестокостью в нём нет. В такого как раз можно было бы легко влюбиться, но я такой ошибки совершать не собираюсь. Между нами столько всего стоит, что проще перечислить, что связывает, чем то, что разделяет.
А я обычная. Такая обычная, что становится тоскливо. Во мне нет ничего необычного. Ни внешности, ни характера, ни талантов. Более того, всю жизнь я всегда чуть хуже, чем нужно. Потому при наличии минимального выбора он всегда и у всех был не в мою пользу, чего бы это ни касалось. А значит, и внезапно вспыхнувшая любовь Риаса скоро угаснет. Как было у меня с Анорасом.
Но сейчас эта любовь и ревность, которую она порождает, создают определённые проблемы. Мы чуть не поругались, когда я решила задержаться тут на день. Кто, кроме Виктора, лучше пояснит мне все непонятные моменты в собранной информации? Да и просто общаться с ним мне нравилось.
Виктор был удивительным человеком. Он не любил чужаков, но за тех, кого принимал, стоял горой и был готов поделиться всем, чем может. Он даже Риасу вызвался преподать несколько уроков по магии огня, ведь он дипломированный огневик. А тот ещё сначала и выделываться начал. Сам, мол, всё освою. В тот момент хотелось провалиться на месте от неловкости за Риаса и придушить его за глупость.
Хорошо, что в итоге здравый смысл в его голове одержал верх. Я уже собиралась отозвать его в сторонку для серьёзного разговора.
Правда, с утра нам сначала пришлось помочь Виктору обиходить всю его живность, которой было немало. Надо было видеть ошарашенное лицо Риаса и как он морщил свой аристократический нос, обоняя запахи хлева и загонов. Косилась на него и невольно хихикала. Стоит отдать ему должное, он ни разу не пожаловался и не отказался от работы. А порядок в огороде Виктор поддерживал с помощью магии земли. К ручному труду прибегать приходилось, но ради нас он сделал выходной.
Сначала он несколько часов разжёвывал мне основы и правила использования магии. Под его присмотром я даже кое-что попробовала, и всё вышло! Затем после обеда часа три гонял Риаса по магии огня.
А вечером мы жарили мясо, и у меня было такое прекрасное, тёплое чувство, что я приехала в гости к хорошему другу. Я искренне надеялась, что друзьями мы с Виктором стали и свидимся ещё не раз.
К сожалению, всё хорошее имеет свойство быстро заканчиваться. Когда прощались, у меня невольно слёзы наворачивались на глаза, так я прониклась к этому суровому, но доброму и искреннему мужчине.
С его поддержкой я даже решилась открыть портал до самой Мириосы! Записи Виктора были надёжно спрятаны в пространственном кармане, правда, у Риаса, свой я пока не создала. А нам надлежало вернуться в Ореаниду.
Риас был задумчив и, казалось, словно чуть ли не к битве готовился. Его настрой несколько настораживал, но решила не лезть к нему. Захочет, сам скажет.
Он и сказал.
— Майя, — начал он, чуть помявшись, — не уверен, что следующую вылазку на сушу будем производить с благословения моего отца. Как и в том, что мама поможет с «клубом любителей карт».
— Что случилось? — насторожилась я.
— Я собираюсь рассказать отцу про Лема, предварительно стребовав клятву непричинения брату вреда, — произнёс Риас. — А также сообщить, что при любом раскладе не женюсь на Асмориане.
— Давно пора! — ответила я совершенно искренне. — Я про эту… Асмориану.
— То есть… ты не против? — спросил он, словно сомневаясь в услышанном. — Ты ведь понимаешь, что за такое отец в момент может лишить меня всего, сделав изгнанником? А значит, никакой поддержки королевского дома, только моя личная.