Страница 103 из 191
— Тебе совершенно не за что извиняться, — отозвался я искренне. — Это ты прости меня. Если бы не я, ничего бы не было…
В горле встал горький комок. Хотелось разреветься, как маленькому.
— Да, — кивнула Майя. — Но если бы не ты, вчерашний день я бы не пережила. Даже уплыви они, наглумившись вволю, я бы не смогла с этим жить. Стыдно признаться, но второй раз я бы подобное не смогла пережить. Мне бы оставалось только оборвать свою никчёмную жизнь, если бы я не рехнулась окончательно в процессе.
— Мне так жаль, — сказал я, едва сдерживая постыдные для мужчины рыдания, но потом, зажмурившись, взял себя в руки и произнёс, как клятву себе и ей. — Запомни, я больше никому не позволю тебя обидеть. Никогда.
— Риас, перестань, — улыбнулась она мягко. — Ты не можешь этого обещать, хотя бы в силу того, что рано или поздно настанет тот день, когда мы расстанемся навсегда. Но пока ты рядом, я буду рада твоей защите.
Она говорила всё это легкомысленным тоном, улыбаясь не только лицом, но и глазами. Я не чувствовал от неё никаких негативных эмоций. А мне самому от сказанной ею истины стало неожиданно больно. В груди всё сжалось от самой мысли, что однажды её в моей жизни не станет.
— Даже не сомневайся, — попытался я улыбнуться, — ты под надёжной защитой. И я рад, что ты пришла в себя.
— Мне очень помогла твоя мама, — призналась Майя. — Ты счастливый человек, то есть, руалс. У тебя замечательная мама. Потрясающей души женщина. Не каждая стала бы вытирать сопли и слёзы посторонней девице, а у неё хватило на это душевного тепла. У многих и для своих-то детей не найдётся слов утешения. Моя собственная мать так вовсе бросила меня в роддоме. А у тебя мама просто чудесная.
— Я знаю, — улыбнулся я уже вполне искренне.
Мама она такая. Она чувствует, когда кому-то плохо, и стремится помочь. Жаль, что я в своё время её так и не услышал и превратился в подонка и палача.
Я не могу изменить прошлое, но будущее зависит от меня. И я сделаю всё возможное, чтобы Майя больше никогда не знала слёз боли и отчаяния.
Жизнь постепенно входила в привычную колею. Увы, ненадолго. Ларсу удалось напугать Асмориану, но она быстро оправилась. Не прошло и трёх дней, как она снова явилась во дворец. Более того, умудрилась как-то проскользнуть мимо охраны и появилась на пороге моей комнаты.
Я накануне решил показать Майе своё жилище. Она оценила. Назвала комнаты «мужскими». Мы сидели в гостиной и азартно рубились в «пьяницу», когда явилась Асмориана.
— Эл! — воскликнула она, когда я открыл дверь, и тут же повисла у меня на шее. — Ты не поверишь, случилось чудо! — затем она заметила Майю. — Я что, не вовремя?
— Ты не можешь быть вовремя, Асмориана, — произнёс я, отцепляя её руки. — Между нами всё давно в прошлом.
— Неправда, — не согласилась она. — Нас ждёт счастливое будущее. Нас и нашего малыша. Наша встреча стала началом новой жизни, Эл!
Почувствовал, как мгновенно остолбенел и по телу поползли мурашки страха. Нет! Невозможно!
— Я проверял, на тебе было заклинание от зачатия, — сказал не своим, мёртвым голосом.
— Ты же знаешь, — улыбнулась Асмориана, — ни одно заклинание в этой области не дает полной гарантии безопасности.
В глухом отчаянии, почти панике, просканировал её своим куцым даром целителя и обмер от ужаса, ощутив совсем новую, такую хрупкую жизнь в её утробе.
— Ты бы хоть пару-тройку недель выждала для достоверности, — подала голос Майя. — Ещё бы через пару часов после секса явилась с такими заявлениями.
Ах, ну да, забыл. Люди интересное положение обнаруживают куда позже. А нам достаточно пары дней, чтобы определить, что зачатие состоялось.
— Майя, — сказал я, задыхаясь от отчаяния, — она в самом деле ждёт ребёнка.
— И что? — не поняла она. — Может, она уже месяц как ждёт его.
— Нет, — произнес онемевшими губами. — Когда мы встретились несколько дней назад, она не была беременна.
В прошлом я мечтал, что моё семя укоренится в теле Асморианы и она подарит мне ребёнка. Он станет нашим общим продолжением, соединит нас крепче любых клятв. Сейчас я испытываю только бесконечный ужас, отчаяние и безысходность.
Боги, за что? Чем я настолько вас прогневил, что вы караете меня столь сурово и беспощадно?
— И всё равно, это совсем не гарантия, что ты автор её интересного положения, — прозвучал голос Майи, становясь лучом надежды в бескрайнем мраке обречённости.
— Да как ты смеешь! — вспыхнула Асмориана. — Эл, закрой рот своей зверушке! Она оскорбляет мать твоего будущего ребёнка!
— Если он вообще мой, — уцепился я за абстрактную надежду. — Когда плод станет больше, проведём магическую проверку.
— Что?! — взвизгнула Асмориана. — Я не буду проходить никакие проверки! Это может быть вредно для ребёнка!
— Тогда плыви отсюда и не морочь мне голову, — произнес я тоном, не допускающим возражений. — Или в будущем ты проходишь проверку, или сразу убирайся.
— Ты ещё пожалеешь, — прошипела она в бешенстве. — Будешь умолять о прощении, но не получишь его. Как и женой твоей я никогда после такого не соглашусь стать.
— Эй, дамочка, полегче, — вклинилась Майя. — Даже если ты носишь ребёнка Риаса, то ему светит стать максимум бастардом. Риас уже мне предложение сделал. И даже если случился момент ссоры, во время которого он гульнул налево, это не повод расставаться.
От заявления Майи у меня отвисла челюсть. Но я не спешил опровергать её слова. Уж если выбирать между женитьбой на Асмориане и Майе, я уверенно выбираю последнюю! С ней мы сможем быть парой на публику и друзьями наедине. А Асмориана — это гарантированные рога и позор на всю Ореаниду.
— Очень смешно, — расхохоталась Асморинана. — Эл, скорее, в храм уйдёт, чем ляжет с тварью иной расы.
— Всё меняется, — цинично усмехнулась Майя, — вкусы и наклонности тоже. Мы так много времени проводим вместе, что вопреки старым убеждениям Риаса полюбили друг друга.
— Чушь! — заявиоа Асмориана. — Бред! Эл никогда не посмотрит на такое ничтожество, как ты!
— Правда? — произнесла Майя с хищной улыбкой.
А потом, подплыв ко мне, поцеловала меня. Уверенно, глубоко. Противостоять её напору я не мог и не хотел, потому сразу сдался в плен её губ. Таял, растворяясь в этом поцелуе, чувствуя, как желание — яростное и первобытное — вытесняет остатки здравого смысла.
— Наконец-то свалила, — произнесла Майя, отстраняясь. — Можешь не благодарить.
— Я… я не понимаю, — ответил, ещё не совсем осознавая реальность.