Хранитель Замка. Дилогия

Глава 18

Генрих Карлович догнал нас на лестнице. Плыл он следом медленно, и бакенбарды его подрагивали от возмущения на каждом метре пути.

— Эльза! — окликнул он графиню.

Она продолжала плыть по коридору, держа чашку на весу и глядя прямо перед собой. Весь её вид сообщал, что решение принято и обсуждению не подлежит.

— Эльза, ты снова нарушаешь правила! Это немыслимо! — голос полицмейстера загудел в каменных стенах, и с оконного карниза посыпалась мелкая пыль.

Графиня остановилась. Чашка выскользнула у неё из пальцев, ушла сквозь пол и тут же вернулась на ладонь. Эльза обернулась и ответила с терпением, отточенным явно на этом же собеседнике:

— Генрих, ты уже надоел со своими правилами. Лезешь с ними в каждую дырку и не можешь включить банальную логику.

Она повела рукой с чашкой в мою сторону.

— Виктор теперь хозяин замка. В ближайшие недели он привезёт сюда рабочих, чтобы этот замок сохранить. Ведь и ты, и я не хотим отправиться на тот свет.

— Скорее не можем, — мрачно хмыкнул Генрих Карлович.

— Это уже другой вопрос. Мы как минимум не знаем, что там. А здесь нам хорошо.

— Правильнее сказать, что нам тут привычно, — хмыкнул он второй раз.

— Так вот, — голос Эльзы стал жёстче. — Если рабочие начнут работы и столкнутся со всякого рода странностями, сюда больше не приедет ни одна бригада. Помнишь, такое уже бывало? В восемьдесят пятом. Когда Лев хотел починить северное крыло.

— Помню, — Генрих Карлович хмыкнул в третий раз.

Хмыкал он коротким гуденьем в нос, и бакенбарды при этом вздрагивали, как усы у моржа. Смеяться было неуместно, я и держался изо всех сил.

Попутно я отметил и другое. Графиня её века спорить с мужчиной так, в лоб, с «банальной логикой» наперевес, попросту не могла: этому не учили, за это наказывали. Либо посмертие сильно меняет людей, либо в Эльзе сидела ещё одна загадка, до которой у меня пока не доходили руки.

«Дама сейчас победит, — сообщил Тихон. Кот шёл рядом со мной, хвост трубой, и наблюдал за спором с трибуны знатока. — Усатый уже гудит вполсилы. Это у него отступление».

— Мы должны помогать хозяину, а не вставлять ему палки в колёса! — Эльза повысила голос.

— В этом замке всё ценное, а он только и ищет, что бы продать, — отчеканил Генрих Карлович. — Это наследие всех, кто жил здесь до вас.

— И сколько это наследие стоит? — спросил я. — В деньгах.

— Оно бесценно. Как минимум для всех обитателей замка.

Говорил он о чём угодно, кроме денег, это читалось по тону. Потом полицмейстер поднял взгляд на Эльзу, и фигура его качнулась, будто под ним дрогнула невидимая опора.

— У нас был уговор, — закончил он тихо.

— Уговор был со Львом, — ответила Эльза. — А Льва больше нет.

— Если ты сейчас покажешь его им, то будь уверена: завтра сюда привезут с десяток специалистов и заберут его из замка.

— Не заберут, — сказал я, и оба призрака повернулись ко мне. — Если вы сможете объяснить, почему этого делать не стоит. Генрих Карлович, вы переживаете за замок. Я тоже. У нас с вами одна цель.

Полицмейстер молчал. Фигура его истончалась на глазах, сквозь мундир проступила стена коридора и трещина на ней, подсвеченная Системой жёлтым. Он колебался между «остаться» и «раствориться» в самом прямом смысле, какой только возможен для призрака.

— Если его забрать, — выдавил он наконец, — то что реставрируй замок, что не реставрируй. Вопрос времени, когда он обрушится.

«О как, — Тихон сел и обернул лапы хвостом. — Начальник, я передумал. Дослушаем».

— Как я понял, мы идём к чему-то ценному, — сказал я ровно. — И от этого ценного зависит жизнь замка. Пока не понимаю, каким образом. Объясните на месте, и я даю слово: мы договоримся о том, чтобы это не продавать и не выносить за пределы замка. Вас это устроит?

Слово хранителя в этом доме весило больше любой подписи, я успел в этом убедиться. Генрих Карлович посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на графиню. Фигура его уплотнилась, бакенбарды замерли, и он выпрямился по стойке смирно.

— Устроит, — кивнул он.

— Вот и отлично! — Эльза хлопнула в ладоши. Чашка ушла сквозь пол и вернулась раньше, чем стих хлопок. — Тогда за мной!

Она поплыла дальше, и мы двинулись следом.

По пути коридор прошёл под комнатой Конрада. Сверху сквозь перекрытие давило «So

Эльза привела нас в главный зал.

Тот самый, с центральной балкой. Три мои опоры стояли под ней, как я их и ставил, и Система держала над ними спокойную жёлтую строку с прогнозом в сто сорок семь дней. Свет из трёх узких окон на восточной стене падал косыми полосами, и в них медленно кружилась пыль.

«Чисто, — Тихон повёл носом, не дожидаясь вопроса. — Гнилью не пахнет с самого утра. Паёк, напоминаю, удвоенный».

— Помню я про паёк.

Зал тянулся метров на двадцать в длину и десять в ширину. Плиты пола местами потрескались, местами просели, у дальней стены темнел камин, огромный, с широкой полкой, на которую встали бы пятеро в ряд.

Эльза подплыла к стене справа от него и указала на участок кладки, ничем не выделявшийся среди соседних: серый камень, швы, зелёный мох в трещинах.

— Вот здесь. Сюда нужно нажать. Я не смогу этого сделать: в этом зале я не могу взаимодействовать с предметами.

Я подошёл к стене. Тихон обнюхал плиты у плинтуса, прошёлся вдоль кладки туда и обратно.

«Чисто, начальник. Работай».

Я положил ладонь на камень. На ощупь он был прохладный, обычный, но под пальцами, глубже холода, отозвалось знакомое тепло. Дар откликнулся сам, без запроса, и Система мигнула.

Обнаружено скрытое помещение.

Тип: хранилище Сердца замка.

Состояние: повреждено.

Уровень доступа: владелец. Подтверждён.

Я посмотрел на Эльзу. Она кивнула.

Камень поддался легко, утопился в стену на пару сантиметров, и в глубине кладки щёлкнул механизм, глухо и тяжело, как засов сейфа.

Секция стены справа от меня сдвинулась. Из растущей щели повалила пыль, густая, плотная, я прикрыл рот рукавом и переждал. Проём открылся в рост человека, и за ним стояла темнота, глухая, без единого отсвета.