Страница 33 из 155
Внутри пахло воском и старым деревом. Полки поднимались до потолка, стремянка ездила вдоль них сама, без человека, поскрипывая для солидности. На нижних ярусах теснились клетки для фамильяров и банки с землёй, помеченные от руки «заряженная, апрель», выше начиналось что-то посерьёзнее, за стеклом и с бирками.
За прилавком стоял сухонький старичок в вязаном жилете, дружелюбный до кончиков ушей.
— Чем могу помочь, молодой человек? — спросил он, подмигнув мне.
— Мне нужно защитить квартиру от призраков.
Старичок оглядел меня поверх очков, сверху вниз и обратно. Подмигнул мне ещё раз. Или это у него нервный тик такой?
— От призраков, — повторил он со скепсисом, будто я попросил средство от драконов в ванной. — А вы, простите, верите в их существование?
— Не верю. Знаю. У меня, между прочим, целый замок с призраками. А теперь ещё один в квартире поселился.
— А-а, — понимающе протянул старичок и покивал с тем особым выражением, с каким кивают буйным, чтобы не волновались. — Замок. Конечно. Вы знаете, молодой человек, я шестьдесят лет живу и ни разу призрака не видел. Ни на кладбище, ни в старых домах, нигде-с.
— И не увидите без специальных условий, это даже я знаю. Давайте уже не будем размусоливать: мне квартиру сдавать надо, а там явно кто-то бродит. Дадите какой-нибудь отпугиватель?
— Бродит, — повторил старичок и поправил очки. — Молодой человек, ко мне за шестьдесят лет с чем только не приходили. И с призраками приходили, как же без них, раз в год стабильно. Только всякий раз призрак оказывался то сквозняком, то соседом с перфоратором, а однажды голубями в вентиляции. Настоящего не случилось ни разу.
— Поздравляю, я открываю сезон.
Он вздохнул, нырнул под прилавок и выложил три коробки, от скромной картонной до солидной, с латунными уголками.
— Раз уж вы настаиваете. Бытовой охранный контур, модель «Тихий дом», — он постучал пальцем по средней коробке. — Держит периметр до восьмидесяти квадратов. Мелкую сущность выдавливает напрочь за неделю, среднюю удерживает за границей контура. Сертификат прилагается. Восемь четыреста.
Периметр он мерил квадратами, но поправлять продавца было себе дороже.
— А слой пыли идёт в подарок? — я провёл пальцем по крышке и предъявил ему серую подушечку. — Коробка у вас стоит с прошлой весны, ценник выгорел. Пять пятьсот.
— Молодой человек! Это профессиональное оборудование!
— Профессиональное оборудование не залёживается. Шесть, наличными, сейчас.
— Шесть, — старичок прижал коробку к груди, как раненого товарища. — Себе в убыток. Исключительно из уважения к вашему замку.
Я отсчитал купюры. Упаковывая покупку, он сунул в пакет что-то мелкое, вроде плетёного узелка с травой.
— Оберег, пустячок, за счёт заведения, — сказал он, и на слове «заведения» глаз дёрнулся дважды подряд. — И вот ещё что, молодой человек. Если контур не поможет, значит, у вас там не призрак. Тогда приходите, поговорим отдельно.
— Учту, — сказал я.
— И вот что ещё, — старичок побарабанил пальцами по прилавку, и скепсиса в голосе заметно поубавилось. — Замок ваш. Если там действительно неспокойно, я могу обезопасить и его. Выборочно, по помещениям. Работа выездная, дороже, зато результат другого класса.
Между строк читалось легко: дед хотел своими глазами проверить, водятся ли в моём замке призраки, или я всё же клиент из буйных. Он мог поверить, что там что-то магическое и другого рода.
Я прикинул со своей стороны. Контур, который держит сущность за границей, в спальне мне бы пригодился: ночные гости у меня уже случались, и повторения я не хотел.
Риск в сделке тоже имелся: посторонний со своими приборами на объекте, где фон в полтора раза выше учётного. Может и передать, куда не надо.
С другой стороны, лучше заранее узнать, что там разглядит частник, чем ждать этого открытия от комиссии Магбеза.
— По помещениям подойдёт, — сказал я. — Спальни в первую очередь. Когда сможете посмотреть объект?
— Да хоть завтра, с утра и подъеду, — легко согласился старичок. Глаз дёрнулся, на этот раз с энтузиазмом. — Оставьте адрес.
Я объяснил, как доехать, и забрал пакет.
Отпугиватель я настроил по инструкции и поставил ближе к геометрическому центру квартиры. Коробочка мигнула зелёным огоньком и загудела на грани слышимости, как трансформаторная будка через дорогу. Узелок с травой я на всякий случай повесил на гвоздик у двери: кашу маслом не испортишь.
Потом вышел из квартиры, но сразу на лестничной площадке меня и поймали.
— Витенька!
Из девятой квартиры выплыла тётя Валя с полотенцем через плечо и тарелкой в руках. На тарелке под вторым полотенцем прятался пирог и пах яблоками на весь этаж.
— А я слышу, ходит кто-то у тебя, думаю, неужели сам! — она сунула мне тарелку, освободила руки и тут же всплеснула ими. — Похудел-то! Клава с пятого уверяла, что видела тебя сегодня, а я не поверила. Ты где пропадаешь?
— Дела, тётя Валя. Наследство вот оформляю.
— Замок этот, что ли? Клава говорила — я отмахнулась, думала, брешет. Правда, что ли, замок?
— Правда. Проблемы с ним, вот и приходится мотаться — решать.
Она осеклась и посмотрела на меня внимательно, склонив голову набок.
— Раньше из тебя слова клещами тянуть приходилось. Угу да ага, весь разговор. А теперь отвечаешь прямо, по-взрослому, глаза не прячешь.
Минное поле напомнило о себе. Я пожал плечами:
— Выспался просто.
— Выспался он, — покивала она, но настороженность из взгляда не убрала, сложила её куда-то себе на заметку. — А в квартире чего затеял? Я слышала, двигал что-то, таскал.
— Прибираюсь. Хочу клининг вызвать, пусть вымоют как следует. Сам в замок переезжаю, а квартиру сдам.
Вот тут её и накрыло. Тётя Валя охнула, схватилась за сердце и привалилась плечом к косяку, полотенце сползло на пол.
— Сдашь? — переспросила она шёпотом. — Витенька. Ты же говорил, что квартиру Танину никогда сдавать не будешь. Вот тут стоял, на этом самом месте, после похорон, и говорил.
Шаг влево, мина. Я выдержал паузу ровно такой длины, чтобы она сошла за тяжело давшееся решение, и ответил коротко:
— Времена меняются.
Она смотрела на меня долго, поверх пирога, и что-то в её лице оседало, как пена в стакане. Потом подняла полотенце, вытерла о него чистые руки и кивнула сама себе.