Страница 137 из 155
Глава 16
— Ты что-нибудь видишь? — спросил я Альбину.
Она вгляделась в коридор и замотала головой.
— Нет. — И совсем тихо добавила: — Может быть, у него глюки?
— У призраков не бывает галлюцинаций, — нарочито громко сообщил Генрих Карлович. — По крайней мере, я о таком не слышал.
— А как же все те ночные шумы, которые вы постоянно порываетесь проверить? — возмутилась Эльза.
— Это не галлюцинации. А местные обитатели балуются.
— Подтверждаю, — Конрад положил ладонь на эфес. — Здесь многие неспокойны. Именно поэтому я и стал стражем.
— А разве стража не Хранитель назначает? — поинтересовалась Альбина.
Рыцарь кивнул.
— Он. Но назначение случилось именно после странных звуков, ещё при жизни. Собственно, поэтому я и не ушёл на тот свет. При смерти думал, что замку грозит опасность. И видел, что не могу его спасти.
Теперь стало очевидно, что и у Конрада осталось незаконченное дело. И, судя по виду рыцаря и по тому, как он спокойно это говорил, его это в посмертии совершенно устраивает. Правда, от этого пробирало сильнее, чем от любого пафоса.
— Столько веков знакомства, — негромко произнесла Эльза, — и вы ни разу этого не рассказывали, Конрад.
— Не спрашивали.
Альбина прониклась мгновенно.
— Конрад… — она сцепила руки у груди. — Вы семь веков его охраняете. Из-за того, что не смогли тогда…
— Барышня, — рыцарь приосанился, — в тебе столько чувства, что его хватило бы на гарнизон. Редкая чувствительность.
— Я за всех вас переживаю! — горячо ответила Альбина. — За каждого. Вы же все тут… держитесь.
Конрад помолчал под забралом. Подкат ушёл в сторону так же надёжно, как и все предыдущие, и рыцарь принял это с достоинством.
Я вернулся к делу. Каспар по-прежнему стоял посреди коридора и смотрел в голую стену, где не было ни окна, ни портрета. Ни-че-го.
Это было странно. Я подошёл ближе и решил уточнить прямо: раз сумасшедшим призрак быть не может, значит, дело в чём-то другом.
— Что вы там видели?
Каспар поднял указательный палец. Только потом удосужился ответить:
— Тише. Сейчас она снова появится.
Он смотрел в стену. И все мы, один за другим, тоже уставились, потому что ничего другого не оставалось, кроме любопытства.
Альбина подняла руки к лицу и сжала кулачки: предвкушение переполняло её до краёв. Я обернулся, увидел это и не удержался от улыбки.
Повернулся обратно.
И увидел. На долю секунды. Через коридор, из стены в стену, прошла девушка. Силуэт её был теплее и зыбче, чем у остальных призраков: у тех контуры резкие, а у этой они мягко светились изнутри, словно в ней сидело само солнце.
Это была не Клементина. Ни одна из тех обитательниц, кого я знал.
— Виктор Александрович, — Альбина подошла вплотную и шептала с энтузиазмом, — вы тоже увидели?
— Да. Это кто-то новый.
— А, это Офелия, — Эльза изобразила вздох. Театральный, с приложенной к груди ладонью. — Она ходит по кругу. Уже триста лет.
— А почему ходит? — спросил я.
— Не знаю. — Эльза пожала плечами. — Мы никогда не интересовались. Да если честно, Виктор, я уже и забыла про её существование. До сегодняшнего дня.
Я снова стал смотреть в стену.
Через пару минут девушка прошла опять. Медленно, ровно, не оборачиваясь, и на этот раз я успел её разглядеть.
Платье простое и светлое, без украшений. Руки опущены. Взгляд устремлён вперёд, чуть ниже линии глаз.
Она была похожа на ангела. Такой красоты я не встречал у живых женщин ни в одном из двух миров.
Каспар смотрел ей вслед, и лицо его было другим. Так глядят на то, что нельзя взять.
Я встал на то место, где ей предстояло пройти в третий раз.
Она прошла сквозь меня. И на миг я почувствовал лютый холод.
— Виктор Александрович! — Альбина схватилась за щёки. — Вы… она вас насквозь!
— Проверял гипотезу. Подтвердилась. Она местный призрак, как и все остальные.
Помощница посмотрела на меня с ужасом и восхищением в равных долях.
Обитатель: Офелия.
Авторизована.
Особая способность: поиск.
Угрозы не представляет.
В отличие от всех остальных, на авторизацию Офелия не отреагировала никак. Ей было будто всё равно. Она пошла дальше, в стену.
— Не знал её раньше, — потрясённо произнёс Генрих Карлович. — Виктор Александрович, её нет в описи. Триста лет в замке, и ни строчки! Как я мог не заметить!..
— Так же, как и я забыла, — сказала Эльза. — Она ходит мимо всех. Её просто перестаёшь замечать, Генрих. Часы на стене тоже никто не видит.
— Она проходит сквозь мои посты, — добавил Конрад. — Каждую ночь. Я привык считать её частью обхода.
Сотни лет три призрака смотрели на неё и не видели. А новенький увидел за минуту. Я отметил и это: у Каспара, похоже, было особое зрение на то, что плохо лежит. Или на то, что плохо видят другие.
Маршрут я уже понял: она кружит между комнатами и коридорами этого этажа, всегда одной и той же дорогой. Триста лет одним путём.
Я на стройке нахожу пропажу за неделю. Она не нашла за триста лет. Значит, либо искала не там, либо искала то, чего в этих коридорах никогда не было.
Интересно…
Повернулся к призракам.
— Всегда один и тот же маршрут?
— Всегда, — кивнула Эльза. — Одно и то же, Виктор.
— Как же она прекрасна, — тихо произнёс Каспар.
Я посмотрел на него. Впервые за всё знакомство хаусмайстер говорил о чём-то с чувством, и это было не о вещи.
— Ну наконец-то! — Альбина всплеснула руками. — Наконец-то тебе хоть что-то нравится! Я полдня старалась, а тут за одну минуту…
— Она, кстати, разговаривает, — сообщил Конрад. — Я пару раз слышал. — Он замолчал и демонстративно задумался: — Хотя подождите. Или это была не она?
— Генрих Карлович? — спросил я.
Полицмейстер огладил бакенбарды.
— Точно знать не могу. Показания второго свидетеля не подтверждены и требуют проверки. Сам я слышал нечто, но идентифицировать источник по всей форме не имел возможности.
Увиливал он с наслаждением. Полицмейстер любил формулировки, которые ни к чему его не обязывали: они позволяли ему никогда не солгать.
— Я мог бы за ней… — начал Каспар, не отрывая глаз от стены.
— Нет.
— Я только посмотреть.
— Вот именно, — сказал я, и хаусмайстер умолк. — Не факт, что ей это преследование нужно.
— А может, попробовать её остановить? — Альбина посмотрела на стену, за которой скрылась Офелия.