Целитель для демона

Девушка в этот момент помогала Сирр дойти до уединённого кабинета. Кровница сильно пострадала при нападении. Разъедающий яд попал ей на ногу, повредив верхний слой кожи. Дарек запретил Сирр выходить на бой в этой практике. Залечивали ей рану поэтапно, накладывали обезболивающее каждые три часа. Сама ходить не могла, но к концу нашего здесь пребывания должна уже залезть на коня.

– Сейчас, Мориан, – крикнула мне целительница и скрылась за дверью.

Дарек выглянул из своего рабочего кабинета.

– Я могу помочь, – не спрашивал, а утверждал главный целитель. Прямой и непоколебимой походкой направился в мою сторону.

– Пошёл вон! – рявкнул я. Яркие язычки пламени пробежались по рукам.

Дарек остановился, словно на воздушную стену налетел. Осмотрел сверху вниз. Заострил внимание на моей голове.

– У тебя шишка на лбу, – констатировал он, показав на себе.

– Знаю, не для тебя получал. Изыди, я сказал!

Брови главного целителя поползли вверх, чуть ли не слившись с волосами. Драться с ним не хочу, но вылечить себя не позволю. Хватит. Я мог после боя к своей целительнице приползти. Такую возможность пропустил побыть лишний раз с ней рядом.

Камилия вышла с хромающей девушкой, уложила её и подошла ко мне. Хорошо, что не увидела отвисшей челюсти Дарека.

– Ох, – спохватилась она, разглядев ушиб, – за что тебя так?

– За дело, – довольно улыбался. – Я пытался украсть кабана.

– Ясно, – хихикнула она. К пульсирующей шишке приложили холодную руку, магия потихоньку забирала боль. – То-то я думала, куда убежали наши парни. Надеюсь, принесут тарелочку.

– Если меня очень попросить, могу принести, – я продолжал давить лыбу.

Рядом крякнул Дарек – бессовестно подслушивал. Я злобно покосился на него, хотел послать куда подальше, но нежные и сильные ручки моей целительницы чуть не свернули мне шею, возвратив голову на место.

– Сиди ровно, Мориан, – нахмурилась она. – Ты, может, не чувствуешь, но у тебя ещё волдырь от ожога.

– М-м, понятно, почему так чешется.

Дарек наконец-то соизволил отмереть и уйти к себе. Я сидел смирно и неподвижно, наслаждался близостью Камилии. От неё веяло резким ароматом лекарств, но я не морщил нос. Закрыв глаза, глубоко вздохнул, пытаясь уловить запах её духов, но тщетно. Целителям было запрещено пользоваться искусственными ароматами. Я прислушался к внутренним ощущениям. Демон блаженствовал. Чуть не урчал, как домашняя кошка.

– Ой! – воскликнула Камилия, отскочив от меня.

Мы оба проследили за пробегающей искрой. У меня всё замерло в груди. Я быстро схватил её за руки, осмотрев на наличие повреждений.

– Обжёг? – прохрипел я, но покраснений не видел.

– Нет, – мотнула она головой. – Испугалась. Это внезапно случилось.

– Прости, – подавленно произнес я. – Иногда я это не контролирую. Демон при сильных эмоциях просыпается. Без блокиратора такие выбросы практически не чувствую.

– Демон? Как ты ощущаешь его? – заинтересовалась Камилия, осторожно подошла и вновь принялась залечивать шишку. – Это отдельная личность?

– Да, я не он, – твёрдо заявил ей.

– Можно я посмотрю?

– М? – не понял я, растеряв всё своё умиротворение.

– Практикуясь в больнице, я нередко встречала магов, которые ощущали магию по-другому. Словно это подселившийся призрак. Поэтому их эмоциональный фон был нестабилен. Если таким не помогали, они сходили с ума.

– Хочешь сказать, я сумасшедший?! – поражённо воскликнул я. От неё такого не ожидал. Злобно прищурился, а искорки с треском пробежали по плечам.

Камилия отреагировала совершенно спокойно. Не обратила внимания на моё раздражение. Слегка улыбнулась и ровным тоном проговорила:

– Я всего лишь посмотрю. Мне, как целителю, любопытно. Ты не откажешь мне в практике? – невинно похлопала глазками с длинными бордовыми ресницами. И как ей можно отказать?

– Манипуляторша, – буркнул я, скрестив руки. Давая понять, что не одобряю её действий. – Хорошо, проверяй.

Дважды повторять не пришлось. Беззвучно похлопав в ладоши, забежала ко мне за спину. Я ощутил её прикосновения к лопаткам.

– Диагностика займёт некоторое время, – сообщила она.

Я сидел неподвижно, давая себя изучить. Ловил любопытные взгляды Дарека, который вытягивал шею поверх стопки свитков. Показал ему кулак, но тот лишь беззвучно смеялся. Еле удержался, чтобы не послать в него заклинание инферно, когда главный целитель решил проверить Сирр. Зачем к ней идти, если Камилия только что её усыпила? Покрутился подле больной и, не выдержав, подошёл к нам.

– Дарек, хочешь занять место кабана? – невинно спросил я.

– Лиарс, признайся, ты знаешь ритуалы приручения демонов? – уже в открытую веселился целитель. Скрестил руки и поглядывал на нас сверху вниз. Знает, что я двигаться не могу, а то слетит вся работа Камилии.

Впрочем, эта фраза относилась больше ко мне, чтобы я лишний раз позлился. Однако не получалось. Я ощущал некую странность. Мне много раз проводили проверку состояния здоровья, ничего особенного в этом не было, но сейчас демон вёл себя тихо. Прислушался к себе и к магии инферно. В груди разливалась теплота. Не обжигающий и колючий огонь ярости и гнева, а чувство удовлетворённости и правильности. Я чувствовал усталость, но меня не клонило в сон. Такое бывало, когда я приезжал после летней практики в пустую академию и мог спокойно ходить по её коридорам. Мне было легко. Не нужно было постоянно оглядываться, чтобы тебе в спину что-нибудь не прилетело, не нужно было держать бесстрастное лицо.

Целительница закончила. Она отошла от меня и вместе с ней та теплота, что зародилась в груди. Сдержал порыв схватить её и прижать к себе. Боялся, что напугаю своими чувствами.

– Что там? – нетерпеливо вклинился Дарек.

– Странно, – пожала она плечами. Камилия поправила и без того идеально уложенные волосы. – Никаких симптомов деперсонализации тела я не нашла. Источник магических линий функционирует без перебоев. Чего-то инородного в теле нет, подселившихся духов тоже.

– Угу, – важно кивнул целитель. – Мор, как ты спишь?

– Зубами к стенке, – рыкнул на него.

– Не знаю, как ты, а я вижу эмоциональное расстройство. Ничем не обоснованную агрессию, – меня решили проигнорировать. Целители обменивались фразами, понятными только им. Чувствовал себя подопытным, которому не дали право выбора.