Целитель для демона

– Ты не виновата, правда, – с нажимом произнёс Чариз. – Это наши с Тефой, эм, – он закусил губу, подбирая слова, – особые отношения. Мы встречались, а потом поругались. Она, между прочим, первая начала. Спустя некоторое время начал уделять внимание другим девушкам, а Тефу как подменили. Она думает, что я её собственность и должен замечать только её, хотя мы вроде все выяснили. С тех пор она со всеми девушками грызётся, с которыми общаюсь, а я назло ей общаюсь со всеми, – лукаво улыбнулся он и подмигнул.

– Она довольно-таки устрашающая, – я невольно передёрнула плечами, вспомнив её презрительный взгляд.

– Маска, – небрежно фыркнул парень. – Она бывает милой, правда. О, вот и профессор! Готова к самому нудному уроку в своей жизни?

Я сначала не поверила Чаризу: как может быть алхимия скучной? Это же настоящее волшебство, которое ты собственными руками, без использования эфира, творишь. Настойки могут спасти жизни получше целителей или необратимо отравить человека. Чего стоит сам процесс готовки снадобья. Искусство! Как оказалось, от преподавателя зависело многое. Пожилая женщина бубнила лекцию себе под нос и рисовала рецепты на доске. Тема урока для меня была простой – «Закрепитель». Нужно было приготовить один из девяти рецептов. Я выбрала в своей специализации закрепитель швов после операций, а Ноару подробно написала рецепт о дополнении к заклинаниям клетки духа. На моё счастье, Чариз не был напрочь бездарен в алхимии. Он чётко следовал инструкции, вопросы задал лишь пару раз по поводу количество капель люминия и выбора, какую траву лучше положить: в рецепте говорилось о любой из парализующих растений.

В итоге оба заработали высший балл и, довольные, забыв о конфузе в начале пары, отправились в столовую. Остальные одногруппники постепенно подтягивались.

– Ками, прости, я отойду на минуту, – сказал Ноар, указав на старосту.

Девушка не взяла себе поднос, бросила все отчёты и блокноты на стол и закрыла лицо руками. Её плечи вздрагивали.

– Да, конечно, – кивнула я, подхватив порцию Чариза, и пошла искать места для двоих.

Свободный столик был через три колонны от них. Я его быстро заняла и не начинала трапезу без напарника. Попивала горячий чай и косо поглядывала за разговором Ноара и Балрит. Благородный блондин оставил несчастной девушке платок, чтобы она вытерла слёзы и скрыла красный нос. Взял у неё один блокнот и, отыскав меня взглядом, отправился к нашему столику.

– Неуд, – коротко оповестил он.

– По алхимии? Так это вроде её специализация.

– Вот именно, – печально вздохнул он, раскрыв блокнот. – Она завалена отчётами: нелегко вести сотню курсантов. Лисса, между прочим, талантливый алхимик. Сама рецепты пишет, а тут неуд. Профессор ей ещё дополнительную литературу задала помимо готовки зелья, а когда ей читать, если это…– демонстративно повертел блокнотом.

– Хм, знаешь, я могла бы помочь, – задумчиво произнесла я, перебрав в тарелке жухлые листья салата. – Я была старостой группы в прошлой академии. Правда, нас было всего двадцать человек.

– Ты пока хорошенько над этим подумай, – серьёзно посоветовал он. – Тебе и так нелегко учиться на четвёртом курсе, куда бумажная волокита?

– Очереди желающих помочь Лиссе я не наблюдаю, – пожала плечами. – Дополнительная работа отвлечёт от ненужных мыслей.

– Было бы неплохо, – сказал Чариз, откусив кусок хлеба. – Ты бы быстрее влилась в коллектив, да и положительно показала себя перед преподавателями. Как примешь решение, порадуй её, – кивнул в сторону старосты. – Хоть какая-то весёлая новость для Балрит будет.

Я кивнула и решила озвучить свой ответ завтра. Сегодня меня ждало ночное дежурство в лазарете. Мы распрощались. Я сразу побежала на третий этаж учебного корпуса. Кто оставался на всю ночь – освобождался в этот день от обычных пар у госпожи Офелии Ларенции. Мы должны были ухаживать за больными и ранеными после тренировок на полигоне. Такие были каждый раз.

Я переоделась в форму целителя, показалась старшей по смене и расписалась в журнале. Меня здесь хвалили и пристально за работой не следили. Мастер-целитель – пожилая строгая дама – в первый же день прогнала меня по темам, приняла практику практически за все курсы академии и отпустила, заявив, что меня и учить ничему не нужно.

– Будет тяжело только на полевой практике, – откровенно предупредила она. – Там спокойно не посидишь, с ложечки лекарство не дашь. Каждая секунда на счету. Впечатлительным лучше не соваться. Ты же не такая, верно? – в её тоне послышалась усмешка, но на лице не дрогнул ни один мускул. – Или оторванная нога тебя поразит?

Я стойко выдержала её пугающее заявление и рассказала историю из практики городской больницы, когда к нам принесли одну леди, облитую алхимической кислотой. Подробно рассказала профессору, сколько слоёв кожи отошло на лице, как текло из глаз и какого цвета кости в лицевой части. Одна моя однокурсница после этих слов выбежала из аудитории, прикрыв рот рукой. Чувствую, ей на итоговом экзамене придётся трудно. Профессор Ларенция проводила её тяжёлым и недовольным взглядом. После этого на меня махнули рукой и отпустили.

Всё, хватит летать в облаках воспоминаний. По списку отметили всего троих больных. Одно отравление и двое пострадавших в драке: первокурсники что-то не поделили. Уговорила парня с третьего курса выпить горькое и противное лекарство. Благо его больше не рвало. Плохо, что от еды пока отказывался. Профессор сделала пометку, что если завтра есть не будет, то заставят силой. Парню не сказала, будет сюрприз. Тем более мне запрещено ему это сообщать. Первокурсники с синяками и ссадинами – завтра утром на пары пойдут. Я отметила в блокноте, что один из парней уже ходит, не хромая. Из срочного пока всё: можно тихонько скрыться за ширмой, делать домашнюю работу и готовиться к завтрашним лекциям.

Краем уха услышала лязг мечей. Окна лазарета выходили на полигоны, тренировочные поля и открытый стадион для практик. Наверняка специально так устроено, чтобы целители заранее знали, кто к ним попадёт: любовались и делали ставки. Под вечер начинались индивидуальные занятия или узкие дисциплины.