Мертвец

Глава 29

Маленький Гаити оказался симпатичнее, чем я ожидал. В основном здесь были небольшие жилые дома, а на Второй авеню располагались магазины. Здания не выше двух этажей, что позволяло небу над Майами казаться еще выше.

Я попросил такси объехать квартал. Я понял, что мы на месте, когда мы проезжали мимо лавки травника на другой стороне улицы. Над входом нависал большой навес, с которого, словно занавески, свисали различные цветы и травы. Снаружи лавка выглядела зловеще. Это была закрытая пещера, в которой таилось что-то неведомое. Я был уверен, что она отпугивала всякую шваль. Только такие анимисты, как я, знали истинную ценность продаваемых таинств.

Как и говорил Эван, квартал, который мы объехали, состоял не из одного дома или здания. Это был целый комплекс. Несколько двухэтажных многоквартирных домов из бетона и кирпича стояли на открытом газоне, занимая почти целый городской квартал. Здания представляли собой угловатые уродливые постройки, родившиеся из нищеты 1980-х годов, выкрашенные в свой изначальный выцветший розовый цвет. Комплекс больше походил на обветшалую школу, чем на что-либо другое, но я предположил, что это социальное жилье. Вдоль тротуара тянулся высокий металлический забор, выкрашенный в зеленый цвет и в два раза выше меня.

Добро пожаловать в штаб-квартиру Cвятых Костей.

Когда мы проезжали мимо, в боковую калитку вошел старшеклассник с явным пистолетом в кармане. Он кивнул охраннику, который открыл ему ворота, и они ударили друг друга кулаками. Несколько человек на газоне обратили внимание на этот жест. Никто из них не был местным жителем, это была наемная рабочая сила. По территории комплекса бродили разведчики. Широкие газоны между зданиями обеспечивали хороший обзор. При ярком дневном свете сочетание открытого пространства и невысоких зданий не давало мне много тени, с которой можно было бы работать.

К счастью, хотя комплекс примыкал к улице с трех сторон квартала, с четвертой он граничил с жилыми домами. Маленькие, старые, обветшалые дома, конечно, но, надеюсь, в них нет банд. У них были небольшие задние дворики, примыкавшие к зеленому забору. Я решил, что это мой лучший вариант.

Я поблагодарил таксиста, забрал свою кошку и другие вещи и оставил ему сдачу. Должно быть, он хорошо знал этот район, потому что сразу же умчался прочь.

Я выбрал наименее обитаемый дом, ни машин перед ним, ни движения, ни звуков внутри, окна и двери заколочены, и пробрался на задний двор. Низкие пальмы и кусты скрывали меня, пока я осматривал дом и убеждался, что в нем никого нет. Я проверил металлический сарайчик в глубине двора, примыкающий к забору из рабицы. В нем не было двери, и внутри не нашлось ничего ценного. Поскольку сарайчик стоял боком к двору, он служил укрытием от любопытных соседей, а из него открывался прекрасный вид на зеленый металлический забор и Святых Костей за ним.

Я нырнул внутрь и принялся за работу. Сначала все шло по плану. Наложил чары на солнцезащитные очки. Подтянул крепления соломенной маски. Покормил кошку и опробовал на ней базовые команды. Сидеть. Ложиться. Прыгать. Циско Суарес был обычным заклинателем кошек.

После того как все было готово, оставалось еще немного времени. Я решил получше изучить территорию. Я выпустил черную кошку на задний двор, сел на корточки и закрыл глаза.

Неухоженная трава щекочет мои усы. Я осторожно делаю шаг за шагом, но при этом плавно скольжу по земле. Плавно пробираюсь между металлическими прутьями, отделяющими меня от более крупных объектов.

Я открыл глаза и выглянул из укрытия. Кошка продолжала двигаться сама по себе, как и положено. Но что-то было не так. Я все еще не в форме. Управлять им было непросто, он вел себя скорее как лошадь, чем как машина, и его нужно было подталкивать, а не поворачивать руль. В следующий раз мне нужно будет как следует потренировать свои некромантические навыки. А пока моя маленькая операция шла по плану.

Давайте разберемся с очевидным: вам может показаться глупым шпионить за бандой бокоров с помощью кота-зомби, но эти анимисты совершенно не знакомы с моей магией. Мартина научила меня их обычаям. Все бокоры поклоняются одному из Баронов Смерти. Их покровители знамениты в этих краях. Но они не единственные покровители смерти.

Существуют самые разные виды зомби. Самые разные виды смерти. Так говорил Батист, и он был прав. Гаитянское вуду, это лоскутное искусство, пережиток африканских традиций. Когда рабов увезли с их родины, они лишились своих корней, церквей, артефактов, даже священных предметов. Им пришлось приспосабливаться и работать с тем, что у них было. Импровизировать. В результате появился другой вид магии. Более непосредственный, но менее отточенный.

Колдовство возникает из-за необходимости. Это еще один инструмент в арсенале людей со свободной волей. Человек творит магию, а не наоборот. Ни то, ни другое изначально не является добром или злом. Мотивация, это то, где все усложняется. Мотивация порождается потребностью.

Вот почему вы не можете считать, что гаитяне разбираются в магии смерти, вуду и тому подобном. Смерть повсюду. С незапамятных времен в каждой культуре почитали смерть и боялись ее, и все, к чему относились с таким уважением, обязательно было связано с могущественной магией.

Опиэл таино земи, бог коренного народа араваков Карибского бассейна (в частности, Кубы и Флориды). Считалось, что дух собаки ведет души умерших в загробную жизнь, которую анимисты называют Мраком или Миром Теней. Кроме себя, я не знал никого, чьим покровителем был бы Опиэль, Пес-Тень.

Поэтому я повела мертвую кошку, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы на какое-то время обмануть даже опытных бокоров.

Впереди кто-то смеется. Я обошел их и почувствовал запах собаки.

Ротвейлера на поводке. Он пах живым, как и все остальные. В любом случае, лучше избегать их.

Я с любопытством направляюсь прямо к животному.

Что? Нет. Иди в другую сторону.

Пес возбуждается и бросается на меня, но мужчина удерживает его.

Я снова открыл глаза. Что, черт возьми, делал кот? Вместо того, чтобы избегать внимания, он его привлекал. Скауты наблюдали, как кот пытался обнюхать собачью задницу. Ротвейлеру эта идея не понравилась, и он продолжал поворачиваться лицом к меньшему животному. Двое Святых смеялись над этим зрелищем.