Дотянуться до легенды

Глава 17

— Слушай меня, братишка, — произнёс гауптманн быстро, тихо и очень серьёзно, присев рядом со мной на корточки. — Ты жить хочешь?

Вот оно! Сейчас главное не спугнуть и не наделать ошибок — опыта агентской работы у меня не было, да и актёр из меня, наверное, так себе. Никогда себя в подобном амплуа не пробовал. Не доводилось как-то.

— Х-хочу… А кто ж… не хочет?

Я даже слегка зашевелился, показывая, что эта новость придала мне кое-каких сил.

— Ты же понимаешь, что если ничего сейчас не предпринять — то тебя… А, скорее всего, и меня тоже… — он сделал паузу, словно нагнетая и без того напряженную обстановку, — … пристрелят. Понимаешь?

— П-понимаю… — кивнул я, подтягивая себя повыше.

Вебер с одобрением качнул головой, понимая, что силы у меня еще остались.

— Значит, нам надо отсюда сваливать! — наконец выпалил он. — Понимаешь? Уходить. И как можно быстрее… Пока нас здесь не кончили комиссары.

То, чего ждали Егор Фомич и Фёдор Игнатьевич, произошло — Вебер сам заговорил о побеге. Теперь нужно узнать конечную точку — куда он так стремился попасть.

— А к-куда мы побежим? — простонал я, старательно изображая человека, который уже ни во что не верит. — Да нас на любом посту без документов…

— Будешь меня слушать и помогать — выживешь! Есть у меня в Рославле несколько хороших знакомых, которые нам помогут. Такие же, как мы с тобой — которые понимают, что красные комиссары — зло. Они нам помогут — сделают документы. Настоящие. И спрячут до поры, если нужно будет залечь на дно.

Я внимательно слушал, стараясь не упустить ни слова. Если у Вебера есть «люди», которые «делают документы», значит, речь идёт о серьёзной сети. Однако, пока он не сказал ничего конкретного, кроме того, что этим «людям» ненавистен советский режим.

— И что я должен сделать? — хрипло спросил я.

— Помоги мне выбраться отсюда, — произнёс Вебер. — Хотя бы попробуй — тебе терять нечего! А когда мы доберёмся до своих — я устрою твою жизнь. В город мы сумеем проскользнуть незамеченными — везде сейчас такая неразбериха… А в мутной воде, братишка, легче всего ускользнуть. Главное из-под охраны выскользнуть.

— А если поймают? — хрипло спросил я, отводя взгляд, изображая смятение. — Расстреляют же…

— А тебе не один ли чёрт — за что тебя хлопнут? Но если получится — я устрою твою жизнь. Клянусь! Решайся, парень…

Он отстранился, давая мне время «на подумать». В голове лихорадочно крутились мысли. Перво-наперво — Вебер поверил, что я на его стороне. А вот конкретики пока никакой. Только то, что в Рославле есть некие «люди», способные «помочь» этому гаду. И всё. На все мои последующие расспросы, Вебер технично уклонялся, обещая, что решит все проблемы, едва оказавшись на воле.

Я медленно, с видимым усилием, кивнул. В моих глазах, по моей задумке, должны были читаться и страх, и отчаянная, цепкая надежда на спасение.

— Х-хорошо… — прохрипел я, цепляясь рукой за его гимнастёрку. — Я помогу. Только… только не обмани…

Вебер с облегчением выдохнул — он мне поверил. Только вот что дальше? Никаких конкретных сведений он мне не выдал.

— Держись, парень, — произнёс Вебер, помогая мне перебраться с земляного пола на нары. — Приходи в себя побыстрее, и мы отсюда свалим…

Он не успел договорить, как дверь открылась и на пороге появился уже очень хорошо знакомый мне младший политрук:

— Еремеев, на выход!

— Надеюсь, что меня сразу к стенке не поставят, — шепнул мне на ухо псевдо-Еремеев, — и я еще вернусь. После этого он вышел из землянки под конвоем особистов.

Минут через пять после того, как увели Вебера, дверь землянки снова скрипнула, и на пороге появился полковой комиссар Егор Фомич. Комиссар бегло оглядел тесное и темное помещение, а затем уселся на нары рядом со мной.

— Ну что, «Мастер огня», докладывай. Удалось что-нибудь вытянуть из этого гада? Понимаю, времени прошло всего ничего, но мы должны были сразу после тебя дёрнуть его на допрос, чтобы не порождать сомнений.

Я тоже уселся на нары — до возвращения Вебера играть роль полумертвого бедолаги больше не имело смысла.

— Поверил он мне, Егор Фомич, — произнёс я, стараясь говорить чётко, несмотря на распухшую губу, — полностью поверил. Сам предложил побег. Сказал, что в Рославле у него есть «люди», которые «помогут» — сделают документы, спрячут, если нужно будет залечь на дно. Но на этом — всё. Больше никакой информации вытянуть из него не получилось. И, скорее всего, не получится — слишком тёртый он калач.

— М-да… — произнёс он огорчённо. — В принципе, шанс действительно был весьма мал… Значит, в Рославле у него есть «свои» люди?

— Да, в Рославле, — подтвердил я. — И это люди, которые «понимают, что красные комиссары — зло», — процитировал я слова немца.

— А если в Рославле у него диверсионная группа? — предположил комиссар. — Ведь это, Коля, уже совсем другая песня… Это может быть целая агентурная сеть, которую немцы начали создавать заранее. Понимаешь, что это значит?

Я кивнул: Рославль — крупный транспортный узел. Если немцы успели там создать сеть, это может обернуться огромными проблемами для всего фронта, о чем я и сообщил Егору Фомичу.

— Точно! И поэтому останавливать операцию сейчас мы просто не имеем права! Так что слушай меня внимательно, Коля. Сейчас я отвлеку от допроса Фёдора Игнатьевича. Скажу ему, что есть более срочные дела, чем возня с одним дезертиром. Он отложит допрос этой вражеской сволочи на пару часов.

— А зачем? — не понял я.

— А затем, — усмехнулся комиссар, — мы уже дали понять шпиону — никто с ним возиться не будет. Всё, что его ждёт — расстрел по законам военного времени. Вас обоих расстреляют — это Фёдор Игнатьевич постарается до него донести, перед тем, как его вернуть сюда. Улавливаешь?

Я медленно кивнул, начиная понимать ход его мысли.

— Он поймет, что бежать надо прямо сейчас, и начнёт действовать.

— А мне что же, придётся бежать с ним? — Я уже понял, куда «клонит» комиссар.

— Именно! Ты умный парень, Коля. Всё правильно понял — ты бежишь с ним, втираешься в доверие, становишься своим человеком…

— Я не смогу! Я же неподготовленный агент — он меня вычислит…

— Сможешь! — отрубил Егор Фомич. — Пойми, Николай, это очень серьёзно! Нам неизвестно, на что способна эта группа диверсантов в Рославле, но если к ним направили целого гауптманна Абвера…

Он немного помолчал, а затем продолжил: