Страница 69 из 76
Сначала были лишь проблески, но через две недели это уже привело к значительным осложнениям в наших отношениях, поскольку быстрое восстановление дало дополнительный эффект повышенного либидо.
— Ань, у меня проблемы, — заявил Скоропадский за завтраком. — И только ты можешь мне помочь.
Защиту от прослушивания я ставила сразу, но всё же обсуждать серьёзные вещи мы предпочитали по вечерам у него в комнате, поэтому прежде чем ответить, я ему знаком показала на недопустимость обсуждения в людном месте.
— Как именно?
— Спустить энергию, — невозмутимо ответил он. — После восстановления нестерпимо хочется женщину.
Олег уткнулся в свою тарелку, притворяясь, что ничего не слышал, а я впервые подумала, что Скоропадский прав: у моего единственного вассала нет стержня. Да, он не дурак, понимает, что в противостоянии с княжичем не выстоит, но утешало это слабо. Рассчитывать придётся только на себя, в отношениях со Скоропадским — уж точно.
— Обнаглел? — холодно спросила я.
— Э-э-э, — возмутился Скоропадский. — Ты уверена, что вопрос по адресу? У меня иное мнение, кто из нас двоих обнаглел. Ты эксплуатируешь меня на полную катушку, а я ничего взамен не получаю. Не забыла, что я вас с Олегом прикрываю?
— То есть эксклюзивная татуировка уже не считается?
— Разумеется. Её за прикрытие маловато, — нагло сказал он.
Смотрю, в этом мире все такие. Можно сказать, миниатюрный вариант Кассиуса. Прямо в драку не полезут, но постараются получить с тебя всё, до чего дотянутся. Скоропадский и раньше пытался меня прогнуть, но сегодняшняя попытка — самая вызывающая.
— Ты не забыл, что я пообещала забрать из тебя всё проклятие?
— Это было платой за информацию. Кроме того, причина моего нынешнего состояния — ты. Можно сказать, это случилось из-за тебя. Тебе и исправлять.
— Могу всё исправить: перестать вытаскивать из тебя проклятие и даже помочь ему развиться до прежнего уровня, — предложила я. — Это снимет остроту. Сделать?
— Я бы предпочёл альтернативу в лице тебя у меня в комнате ночью, — предельно прямо сказал он.
— Единственное, чем могу помочь, уже озвучила. У нас с тобой сугубо деловые отношения, другого не будет.
— Я и не предлагаю другого, — удивился он. — Мы с тобой с самого начала договорились быть исключительно деловыми партнёрами.
— И как с этим соотносится твоё предложение?
— Как к ещё одному способу платы за мою помощь.
— По-моему, я тебе переплатила. Мои услуги стоят явно дороже, чем твоё прикрытие. За остальным вон к Брагиной обращайся или занимайся самоудовлетворением, — продолжила я, решив не напоминать, что недавно он утверждал, что мы друзья.
Скоропадский глянул в сторону Брагиной, придирчиво осмотрел и решил:
— Она меня не привлекает как женщина. Только ты.
— Значит, твоя проблема стоит не столь остро, как тебе кажется.
Скоропадский замолчал, всем своим видом транслируя недовольство, и принялся усиленно поглощать пищу. Правильные техники, нужные конструкты — и еда настолько хорошо конвертируется в восстановление его тела, что к ритуалу он подойдёт в прекрасной форме.
На занятие в зале, разумеется, Скоропадский не пошёл, отправился к себе с оскорблённой миной, а мы с Олегом пошли на бесполезные занятия, на которых приходилось больше притворяться, чем работать.
— Извини, — сказал Олег. — Я должен был за тебя вступиться.
— Я могу постоять за себя сама.
— Я это понимаю. Как и то, что уступаю вам со Скоропадским по всем параметрам, но от этого я не чувствую себя правым.
— Я уже поняла, что твой основной принцип — выжить любой ценой. А в схватке со Скоропадским ты не просто проиграешь, а можешь умереть, — безжалостно ответила я.
Почему я должна была щадить его самолюбие и говорить, что всё в порядке? В порядке ничего не было. Это недостойное поведение по меркам обоих миров, и говорить обратное — только маскировать проблему.
— Прости, — понурился он. — Я хотел влезть, потом посчитал, что так будет неправильно. Скоропадский считает ровней только тебя. Я для него пустое место.
Потому что вёл себя Олег как пустое место. Желание выжить — правильное и своевременное. Но жить, себя не уважая, я бы не смогла, пусть мне тоже приходилось притворяться и молчать там, где Элира Альт высказалась бы со всей жёсткостью. Но я нынче не была ею, я была Аней Берестневой, чьё поведение должно укладываться в некие рамки, выход за которые приведёт к тому, что рано или поздно на меня обратит внимание Кассиус. К встрече с ним я была не готова, поэтому сдерживалась в словах. Но не тогда, когда молчание означало урон чести. Этого я не могла ни понять, ни принять.
Не в моей ситуации разбрасываться даже слабыми и трусливыми соратниками. Не всем быть бойцами. В нашем роду был алхимик, панически боящийся любого насилия. При этом алхимиком он был прекрасным, пусть и не пережил нападения Серров — его тогда никто в нашем замке не пережил.
Думаю, из Олега получится хороший профессионал-ремесленник, которых всегда не хватает любому роду. Олег уже привык к тому месту, на которое его поставило рождение, и вряд ли выйдет из этих рамок. А княжичу он на самом деле не смог бы ничего противопоставить сейчас, в нынешнем своём состоянии. Вот выйдем, научу его нескольким техникам — тогда и посмотрим. Может, самооценка вырастет, и он сам перестанет считать себя пустым местом? Но пока только так.
— Мои отношения со Скоропадским — не твоё дело. Не вмешивайся. Считай это приказом, — решила я.
— Хорошо, — облегчённо выдохнул Олег.
Он, как и я, прекрасно понимал, что одним разговором дело не закончится. Так оно и вышло. Скоропадский, получив резкий отказ, не успокоился, решил, что мой отказ не столь категоричен, как я хотела показать. Ведь общеизвестно, что все девушки спят и видят, как бы закрутить интрижку с княжичем, и если отказывают сразу, то лишь потому, что хотят набить себе цену. Вот он и пытался у меня выяснить, во сколько я себя оцениваю, чтобы предложить нечто соизмеримое.
Он ещё пару раз пытался внушить, что я кандидатура куда удачнее Брагиной. Наконец мне это настолько надоело, что я предупредила: стоит ему ещё раз ко мне подъехать — и он уже не сможет подъехать никогда и ни к кому по причине утери интереса к размножению.